кем был. Кровь на твоих руках темнее, чем на моих.
Серый не кричал, но мы были достаточно близко, чтобы я слышала.
Я сражалась, старалась спасти как можно больше своих. К сожалению, я не могла подобраться близко к лорду Огня. Мы не успеем.
Гриффин был так поглощен гневом и горем, что не собирался отступать.
Я не хотела смотреть, как еще один друг умирает.
Но выбора не было.
— Нужно было давно покончить с тобой, — Серый откинул голову и рассмеялся, капюшон упал с его лица.
Его кожа была такой бледной, что выглядела как мрамор. Скулы выпирали, но у него была резкая красота. И все же он… будто был неправильно сложен.
В этом не было смысла.
Может, сказывалось то, что он удерживал все те души в себе, испортил мир, создавал только смерть и агонию вместо красоты.
— Ты не смог меня убрать, когда я был просто помощником короля. Почему ты думаешь, что сможешь сделать это сейчас? — насмешливо спросил Серый.
— Мы пытались убить тебя до Падения, и ты ничего не сделал. Мы разберемся с тобой сейчас.
— Нет. И не выйдет. Мы оба знаем, что ты бесполезен. Ты был слабым в Обскурите, и Люмьер был сильнее. Мы оба знаем, что ты — ничто. Ты не смог даже защитить свою половинку и сына.
Я закричала, пытаясь привлечь внимание Гриффина, убедить его вернуться к нам, чтобы мы бились единой силой.
Но никто меня не слушал.
Я едва себя слышала из — за шума боя и подавляющих звук чар.
Гриффин зарычал.
— Ты принес Падение со старыми королями. Ты забрал у меня все. Теперь ты заплатишь, — лорд Огня бушевал, Огонь вырывался из его тела, из каждой поры, словно он всегда ждал этого момента. Такой силы я еще не видела.
Это не был хаос, они не просто показывали силы. Нет, лорд атаковал метко, знал, в кого целился. Серый пригнулся, но не отбивался. Не сразу.
Но он выглядел немного испуганно.
Я буду радоваться этому выражению до конца своих дней.
Сколько их у меня было.
Гриффин и Серый кружили, тень против огня, они сражались. Наконец, Серый использовал силы, а не прятался за другими.
Никто не хотел попасть им под руку, но никто и не помогал им.
Красный против лилового, свет против тьмы. Я едва видела, что происходило, ведь билась с врагами перед собой, пот капал со лба, тело болело. Я теряла силы.
Но я билась, следила при этом за Серым и Гриффином.
— Ты создал Падение, — снова закричал Гриффин, бросая больше Огня.
— И ты не остановил меня.
Дальше все произошло в какофонии тишины, вакууме, созданном теневой магией. В крике душ, которые заглушили давным — давно. Те, кого он исказил для своей силы и злобы.
Я закричала, но никто не слышал.
Ничего не оставалось делать.
Мы слишком долго молчали.
Серый выпустил дым, длинные струи смерти, которыми он управлял. Он обвил ими шею Гриффина. Гриффин шире раскинул руки, его Огонь заполнил пространство, горел на тех, кто был возле Серого, но не касался никого из наших.
Он смотрел в глаза Серого, а потом повернулся ко мне и кивнул.
Я подавила слезы, зная, что они никому не помогут.
Вместо этого я ударила ногой по земле, постаралась магией Духа остановить дым и смерть, которые выпустил Серый.
Но этого не хватило.
Я все еще была недостаточно сильной.
Но буду.
Должна быть.
Гриффин повернулся к Серому и… взорвался.
Все его тело взорвалось, огонь разлетелся, словно там была бомба, огонь пылал в воздухе.
Я пригнулась, но огонь меня не тронул.
— Богиня, — прошептал Истон рядом со мной. Я подняла голову, увидела, как Серый отшатнулся, его воины держали его, тушили огонь на его теле.
На лице Серого остался ожог, красный, кровоточащий.
Этого было мало, но я все же улыбалась.
Улыбалась, несмотря на боль и смерть.
Потому что это доказывало, что Серому можно было навредить.
И я знала, что Гриффин сделал то, что было нужно.
Он уже не страдал.
Но мы еще ощущали боль.
Мы шагали вперед, пробивали армию врага, чтобы добраться до Серого. Как только его не станет, это будет началом конца.
Мир все еще разбивался, и мне нужно было собрать его воедино.
Но я знала, что кристаллы во мне сделают это. Они зудели под кожей даже сейчас, хотели вырваться. Но они еще не были готовы.
Казалось, под моей плотью были ножи, и они пытались вырваться.
Может, я была не на правильном месте, или время еще не настало.
Но я знала, когда кристаллы вырвутся из моей кожи, это сделает мир мейсонов целым, каким он и должен быть.
Я на это надеялась.
Я не знала, что еще могла сделать, так что двигалась, сражалась.
И надеялась, что мы справимся.
Мы нуждались в этом.
— Лорды кончились, да? — рявкнул Серый. — Больше нет территорий и лидеров. Просто проигравший король и принц, который даже не получил свой титул.
— А ты — с манией величия, и ты ненадолго в этом мире, — крикнула я в ответ.
— Какие громкие слова. Но этого мало. Тебя не будет достаточно.
Кристаллы мерцали под моей кожей, я шагала вперед, вытянув руку, другая толкала Воду в тех, кто мог подобраться ко мне.
Я ощущала, как мой народ окружил меня. Лания и Дельфина двигались рядом с Розамонд и Эмори, убирали врагов одного за другим. Леди были в крови и саже, но еще двигались. Эмори хромала, но все еще сражалась.
Вин, Родес и Слейвик были на другой стороне, они были в крови, синяках, сами истекали кровью.
Но они еще сражались.
Джастис бился Огнем, сжигал врагов, прикрывая своего мужа. Ридли был на коленях возле члена Кредо, истекающего кровью.
Ридли спасал его. Спасал, кого мог.
Истон был рядом со мной, сражался, теплое присутствие за моей спиной. Он будет всегда помогать мне.
Я не дам больше никому из друзей или тех, кто был мне важен, умереть из — за того, кто верил, что власть над миром должна была стать его.
Маги Духа манили меня. Я ощущала их присутствие вокруг себя.
Мы победим.
Я одолею Серого.
Вдруг пророчество вернулось ко мне, и я знала, что близилась моя жертва.
Я знала, что нужно было сделать. Но мне нужно было подобраться ближе.
Я направилась к Серому, и он улыбнулся.
— Надоело позволять невинным умирать за тебя? — спросил Серый.
— Ты прячешься за армией, почти не сражаешься. Но я вижу
