желание помочь сестре. Но мы все сражались с целью, нам нужно было оставить ее. Казалось, у нее все было под контролем.
Я на это надеялась.
Тиган и Вин бились бок о бок, на их запястьях были коричневые браслеты из бусин, молитва за Арвина, которого уже не было с нами. Мы все бились во имя него.
В моих волосах была схожая полоска кожи, как и у Истона и других.
Мы бились за тех, кого потеряли, но я знала, что мы потеряем больше до конца дня.
Но эта война была нашим последним танцем, и мы победим. Мы не позволим тирании и диктатуре победить.
Мы не пустим зло к власти.
— Он идет к нам! — закричал Тиган и посмотрел на Серого, который стал двигаться. Мы смотрели, как он отступает за свою армию. Они даже не понимали, что их использовали как пушечное мясо для его защиты.
Я подняла взгляд, увидела Люкена на Брэлинн, ее облик дракона был большим и красивым, она летела к Серому. Люкен как — то забрался на спину своей половинки, и теперь он бился с мужчиной, который звал его своим сыном.
Даже если это было ложью.
Да, Алура предала нас, но мир предал ее задолго до этого.
Не было времени думать об этом. Не было времени винить ее. В конце мы все равно оказались бы тут.
На стороне Серого было много воинов, предупреждение о предательстве Алуры не помогло бы в результате. Но мы все еще хотели победить.
Люкен опустил меч и выстрелил Воздухом в Серого, народ остановил атаку, но Брэлинн в тот миг напала огнем. Две стихии слились в вихрь, но члены Лиги перед Серым подняли руки, и волна Воды полетела к дракону.
Я закричала, послала Воздух сбить магов Воды, помочь Брэлинн удержаться в небе.
Я знала, что будет поздно.
У Серого были и маги Огня.
Они не были Враждебностью Огня, я не знала, кем они были, но они были в форме, казались сильными, сильнее многих других магов Огня.
Они могли быть другой половиной Враждебности Огня, но уже не было важно, кто они.
Потому что они стреляли огнем в мою лучшую подругу.
Мне не нужно было переживать, потому что в небе был не один дракон.
Слейвик кричал, бросая камни во врага. Он смеялся, как маньяк, катался на Домовом по воздуху.
Мы не знали до последнего, что Слейвик мог говорить с существами.
Я была уверена, что он мог говорить и с Брэлинн в ее облике дракона, но не было времени думать об этом.
Я знала лишь, что Домовой и другие крылатые существа в воздухе нападали на Серого и его армию.
Не они одни были в небе с Брэлинн. У Серого были свои существа. Может, он не управлял ими так, как мог Слейвик, но он использовал ткань нашего мира, чтобы выпустить существ.
Над нами летали Домовой и виверины.
Море у двора когда — то было с дельфинами, другими существами, а теперь там были кракены, их щупальца взлетали, пока они бились.
Горгоны и василиски, прочие монстры бились друг против друга.
Дракон Серого напал на Брэлинн, но она была быстрее, и ей помогал Люкен.
Казалось, весь мир мейсонов бился изо всех сил.
Существа из прошлого были теперь в настоящем, и не все хотели хаоса. Они следовали за Слейвиком, он в какой — то степени управлял ими. И раз Слейвик был на нашей стороне, я считала это победой.
Я отвлеклась от неба, посмотрела на Истона. Мы ударили Огнем по отряду. На их стороне были маги Огня, и наш огонь встретили их огнем, голубой, красный, лиловый и оранжевый смешивались, вихрь огня почти опалял. Я топнула ногой, послала Землю к врагу, но их маги Земли делали так с нами.
И это продолжалось.
Вода против Воды. Воздух против Воздуха.
У нас были схожие силы, хотя мы использовали их по — разному.
Но мы сражались, пытались выжить.
Мы не отступали. Мы не теряли землю, но и не пробивались вперед.
Лорд Огня вышел вперед, вытянув руки, прищурив глаза. Он соединил ладони, Враждебность Огня рядом с ним делала так же. Стена Огня вырвалась перед ним, понеслась к врагам.
Крики агонии оглушали, но я игнорировала их.
Тут не было покоя. Его и не будет, пока Серого не убили. Пока те, кто боролся за него, не поняли, что нужно было жить иначе.
Но сейчас они умирали, как и мы.
Эмори билась с клинками, которые ей точно дал Джастис.
Он сражался рядом со своим мужем, Ридли использовал магию Воды, защищая свою половинку, а Джастис Огнем защищал свой народ.
Мое сердце разбивалось за них, но даже раненый Джастис колдовал. Он не сдался, не замкнулся в себе, горюя из — за потерянного. Он боролся.
И Ридли исцелял, когда не бился, но они делали, что могли.
Все они.
Дельфина и Лания бились вместе, двигали руками в сложных движениях, которые я не видела раньше. Их опыт был единым, я не слышала об их древней магии.
Они смешивали Воду и Воздух, спокойно защищали свой народ. Дельфина не видела, что было перед ней, но Лания защищала и направляла ее.
Дельфина была пленницей, как когда — то была дочь Лании.
Но теперь мы будем свободны. Должны быть.
Моя магия пела во мне, и я знала, что пришло время.
Магия Духа болела, и я хотела, чтобы она пела оставшимся душам, помогала им найти путь в следующую жизнь. Но это было не мое место. Пока что.
Я была Жрицей Духа, и я упокою души, которые мы потеряли сегодня. Я не буду использовать их, как Серый. Но этого было мало.
Пока что.
Родес стоял рядом со мной, вытянув руки, парил над землей, использовал магию Воздуха, чтобы резать врагов.
Кровь брызнула на нас, одна из горгон ударила по врагам. Но мы были живы. И останемся такими. Я просто не хотела произносить фразу «любой ценой».
Истон был с другой стороны от меня, мы втроем двигались вместе, словно тренировались десятки лет, а не месяцы.
Я надавила ногой на землю, грязь смешалась с кровью, Водой и Землей врагов и нас. Земля поднялась острыми дисками, и я атаковала василиска передо мной.
Им Слейвик не управлял.
Я крикнула:
— Закройте глаза. Я закончу с этим.
Родес и Истон послушались, я на это надеялась. Я добавила магию Огня к диску Земли, обезглавила василиска одним
