В прошлом году ко мне обратилась больная диабетом женщина из глубокой провинции. Незадолго до того у нее (в возрасте 57 лет) впервые в жизни был цистит с умеренно выраженной клиникой, и она обратилась к врачу в деревне. Мне она рассказывала, кстати, с глубоким благоговением, как врач достал из ящика стола и дал ей дорогие таблетки – 14 штук на неделю, после приема которых цистит у нее «совершенно» прошел. Беда была в том, что с тех пор у нее все хуже и хуже с кишечником, но с «благородными», дорогими таблетками она это, конечно, не связывает. Таблетки эти оказались зиннатом цефуроксимом. Это цефалоспориновый антибиотик с широким спектром действия, один из самых современных и мощных, почти в 10 раз дороже обычных доз пенициллина. Как, по какой логике и интуиции в случае этой банальной инфекции, без определения чувствительности у женщины, которая не принимала в прошлом никаких лекарств (что давало бы основание предположить возможную резистентность), врач решил назначить именно этот мощный цефалоспориновый антибиотик, не побоявшись ни дисбактериоза, ни псевдомембранозного колита, ни реакции печеночных ферментов?!
Вот как назначаются антибиотики, лавинообразно и неконтролируемо растут их производство, потребление да и последствия, и не только в виде резистентности.
Я помню, что еще около 10 лет назад метронидазол назначали почти только в гинекологии, с особыми предупреждениями и мерами предосторожности. Сегодня он стал широко потребляемым антибиотиком после любой операции, при любых патологиях, особенно в связи с открытием Helicobacter pylori [10] .
Один из моих бывших пациентов, устав правильно жить и питаться, вновь перешел на питание чем придется. Ему зафиксировали выраженный дисбактериоз (кишечная палочка – 25 %) и модный Helicobacter, и сейчас он лечится (при дисбактериозе) большими дозами амоксациллина и метранидазола, которым якобы должен противостоять Хилак-форте.
Я говорю о вспышках гепатита С и других заболеваний не без основания. Ведь в той «грязи», которая царит внутри современного человека, в условиях этой жуткой эндоэкологии будут найдены не только Helicobacter, а что хотите. С развитием лабораторных технологий мы будем диагностировать все больше и больше вирусов, грибков, простейших, гельминтов. Представляете, если каждый из них будут «хорошо» лечить антибактериальными, мощными фунгицидными, противовирусными средствами? Вот поэтому медицинские учебники и формуляры продолжают пухнуть и расти, а человеческие организмы – чахнуть и сохнуть. Наш учебник по детским болезням был нормального формата, около 200–250 страниц, а гепатитов, к примеру, было всего два – А и Б. Последний выпуск учебника по детским болезням имеет формат в три раза больше, напоминает каталог большого музея, страниц – более 2000, а гепатитов уже плюс С, D, Е, F, остальные еще предстоит открыть.
В моей практике было несколько случаев того, как молодые люди, «успешно и тщательно» вылечившись от каких-либо инфекций половой сферы, женившись, обнаруживали олиго– или даже аспермию [11] .
...
Я оказалась в доме очень высокопоставленного чиновника. Я помню, с каким выражением лица мать семейства рассказывала мне, что ее сын болен гепатитом С, что он лечится во Франции, какие самые сильные препараты он получает, как ему каждый день ставят капельницу, и все это с таким умилением, как будто ее сын – большой герой. Не знаю, вылечился ли он от своей «благородной» болезни, но знаю, что одна из моих пациенток перед отъездом в США проконсультировалась со мной по поводу гепатита С, найденного у ее зятя, получила всю схему коррекции питания, очищения организма (в частности, печени) и натуральных методов терапии (усиления иммунной системы). Реализовав все это по мере возможностей, она рассказала мне о прекрасном самочувствии зятя и полной нормализации титра по гепатиту С.
Не знаю, как справятся с Helicobacter метронидазол с амоксациллином, но знаю, что и с ним, и с самой эрозией-язвой прекрасно справляется система коррекции питания, очищения организма, а также водный настой 30 %-ного прополиса, оставляя в качестве «побочного действия» прекрасное здоровье, окрепший иммунитет и улучшение в других нездоровых тканях и органах.
А вот чем опасны мощные антибиотики, помимо резистентности как общечеловеческого бедствия:
• аллергическими, возможно, даже анафилактическими реакциями;
• дисбактериозами, которые, в частности Clostridium difficille (грамположительные анаэробные бактерии, вызывающие тяжелое поражение кишечника), могут привести к развитию так называемого псевдомембранозного колита (такой колит очень опасен, возможен летальный исход);
• токсичны при патологии щитовидной железы, могут спровоцировать синдром удушья (Gasping Syndrome) со смертельным исходом у детей (клиндамицин);
• не рекомендуются при таких редких заболеваниях печени, как синдром Ротора или Стивенса – Джонсона; спросите врача, который назначает данное средство, знает ли он об этом и учитывает ли при назначении;
• «возможны понос, тошнота, рвота, головные боли» – гарантии ради предупреждают нас инструкции, отмечая, что это бывает нечасто и быстро проходит, а тяжелые случаи исключительно редки. А если эти статистические редкости произойдут у вас или вашего ребенка? Что ж, тогда вам придется в полной мере осознать всю глубину и трагизм ошибок медицины.
Нельзя обойти вниманием тот факт, что широкое бесконтрольное применение антибиотиков за последние 2–3 десятилетия привело к резкому возрастанию и распространению грибковой инфекции. Относительно мягкий, старый добрый нистатин, который мы привыкли назначать, оказывается, практически не всасывается в желудочно-кишечном тракте и не предотвращает грибковую суперинфекцию иной локализации (кроме желудочно-кишечного тракта): полости рта, половых органов, дыхательных путей и т. д. Для такой «профилактики» надо назначать антимикотические препараты системного действия помощнее: кетоконазол, флюконазол, миконазол. Это для профилактики! А ведь они сами по себе довольно токсичны, поскольку являются фунгистатиками – фунгицидами, убивающими грибки. Их побочные действия весьма разнообразны: от тошноты, рвоты, боли в животе, головокружений, судорог, зуда, сыпи и ангионевротического отека до нарушений функции печени, гиперлипидемии, лейкопении, тромбоцитопении, гипокалиемии и т. д. Да, хорош «профилактический» препарат, его даже при общем заболевании нужно назначать очень осторожно. Вот тут-то к месту были бы знания натуропатов о системе питания, о натуральных фунгицидах, не обладающих токсическими побочными действиями. Да куда там, академическая медицина не снисходит до этого, только почему-то от такого «лечения» люди болеют все больше и больше.
Для более полного охвата вопроса надо сказать, что мы можем получать антибиотики и приобретать резистентные штаммы, даже не употребляя их. Около половины выпускаемых в мире антибиотиков и гормонов используется для лечения домашних животных или для стимулирования роста при кормлении скота, в результате отмечается присутствие антибиотиков в мясе и молоке. К тому же целый ряд резистентных штаммов развился именно в организме животных: в США ежегодно 300 смертей и 270 000 отравлений напрямую связаны с использованием пенициллина и тетрациклина в качестве стимуляторов роста. Антибиотики в мясе и молоке могут вызвать те же аллергические реакции, даже анафилактический шок и смерть.
Мировой рынок антибиотиков к 2000 году составил около 40 млрд долларов. Реклама новых и дорогих антибиотиков оказалась недостаточно обоснованной, приводит к их нерациональному использованию и побочным действиям: резистентности, распространению грибковой патологии, дисбактериозам, снижению иммунитета и прочим последствиям.
В настоящее время политика ВОЗ направлена на рационализацию назначения антибактериальных средств: создан перечень основных лекарственных средств, в которые входят только 16 антибиотиков, остальные объявлены резервными (особенно цефалоспорины третьего поколения), и их применение рекомендуется ограничить особыми показаниями.
В одном из номеров «New England Journa lof Medicine» указывается: «Если нынешняя практика (назначения антибактериальных средств. – А.Н. ) сохранится в следующем столетии, развивающиеся страны (только ли? – А.Н. ) и больницы будут питательной почвой и хранилищем для развития и сохранения резистентных генов и полирезистентных штаммов, которые будут мешать сегодняшней и будущей химиотерапии.
Есть два главных повода для беспокойства. Во-первых, патогенные микробы в нормальном организме приобретут критическую добавку генов резистентности и вирулентности, что приведет к их широкому распространению и серьезным инфекциям среди населения. Во-вторых, бактерии, резистентные ко всякой имеющейся химиотерапии, станут преобладающими нозокомиальными (внутрибольничными) патогенными организмами».
