Она встряхнулась, прямо как золотистый щенок, и облачилась в рубашку и платье. Потом сунула под мышку корсет и взяла ботинки.
— Сегодня на ленч курятина! — крикнула она через плечо. — Не опаздывай.
Он смотрел, как она идет босиком по траве, спина прямая, влажные пряди блестят на солнце. Он ждал, что она обернется, помашет, вернется, поцелует его и больше никогда не уйдет. Но она исчезла за гребнем холма, а он остался сидеть в холодной воде, съежившись телом и душой.
Это не конец. Не может быть концом. Он непременно что-нибудь придумает, даже если исчерпал все свои приемы и уловки. Но он копнет глубже, пойдет дальше. Впереди у него вся оставшаяся жизнь, чтобы вновь завоевать сердце Лоретты.
Глава 17
Ну вот. Достаточно ли спокойной и беззаботной она выглядит? Там, у водопада, был ужасный момент, когда она осознала, что они снова были неосмотрительны, и ее охватило отчаяние. Отчаяние — и невозможная надежда. Если бы она забеременела, решение было бы принято за нее. Она никак не смогла бы лишить отца еще одного ребенка и больше ни за что на свете не отказалась бы от части своей души — части себя.
Ей не пришлось бы терзаться мыслью, правильно ли поступает она, нося эту ношу, сохраняя тайну. Она устала поступать правильно. Устала от жертвенности.
Но для Беатрикс было бы страшным потрясением узнать, что она незаконнорожденная. А каким ударом для Джеймса было бы узнать, что его «тетя» — давняя любовница отца и именно из-за нее у его матери никогда не было ни малейшего шанса стать счастливой со своим мужем, несмотря на все ее состояние и красоту. И что именно из-за нее Кон покинул своего сына и бесцельно скитался по свету.
Уж очень много принесла она несчастья, печально подумала Лоретта. Но прошлое позади. Будущее же она постарается сделать как можно лучше и начнет прямо сейчас. День неправдоподобно прекрасен, золотистый и теплый, с услаждающим слух музыкальным пением птиц и журчанием серебристой речушки. Она наслаждалась ощущением травы под босыми ступнями. Уже давным-давно не ходила она босиком, полуодетая, с растрепанными, безнадежно спутанными волосами.
Лоретта надеялась, что успеет привести себя в порядок до того, как ее кто-нибудь увидит.
Удача была на ее стороне. Она вошла в дом через открытую переднюю дверь и взлетела по лестнице. Утром она убежала в спешке, чтобы посмотреть на овец. И теперь, если она хочет привести себя в более или менее божеский вид, в первую очередь надо что-то сделать со спутанными волосами.
Лоретта поискала в кармане шпильки, но они, похоже, выпали из него по дороге домой.
Содержимое кармана Кона стало для Лоретты откровением. Теплый трепетный восторг охватывал ее при мысли, что ее скромные подношения путешествовали по миру, как частичка дома. Частичка ее сердца.
Ах, Кон, глупый, сентиментальный человек! Наверняка теперь он должен сознавать, насколько невозможно было бы воссоединение, несмотря на их бесспорную страсть друг к другу. Страсть закончится. Уже закончилась. Сегодняшний день не повторится.
Лоретта сняла влажное платье, облачилась в халат и начала мучительный процесс распутывания и расчесывания волос. Она услышала хлопанье дверей и голоса внизу, потом быстрый топот по лестнице — значит, дети вернулись с купания и спешат переодеться к ленчу.
Кон придерживался деревенского распорядка, с плотным ленчем в середине дня. Сегодня вечером они составят детям компанию за детским чаепитием. Вчерашняя официальная, неловкая атмосфера за обедом не должна повториться, чему Лоретта была ужасно рада.
Она снова заплела косу и надела чистое платье. Если не считать порозовевших от солнца щек и носа, от ее рискованной проделки не осталось и следа. Она была решительно настроена провести весь остаток дня за чтением или игрой в настольные игры с Беатрикс, ей не хотелось сталкиваться с Коном.
Послышался легкий стук. Лоретта открыла дверь, и в комнату заглянула Беатрикс:
— Меня послали за тобой.
— Отлично. Я умираю с голоду. Как прошло купание?
— Вода холодноватая, но как только немножко подвигаешься, то этого уже не чувствуешь. Ты уверена, что мы должны уехать?
— Вполне. Теперь, когда ты научилась плавать, окунем тебя в Пиддл. Когда ты вернешься домой, твои мама с папой не узнают тебя из-за чешуи и плавников.
Беатрикс разглядывала дорогие баночки с красками для лица и пузырьки с духами на туалетном столике Лоретты.
— Мне не разрешается купаться в океане.
— Стой спокойно. — Лоретта помазала розовым маслом за ушами Беа. — Океан сильно отличается от озера и реки, это уж точно. Помню, когда я в первый раз приехала в Пензанс, океан привел меня в ужас. Он был таким бескрайним. И бурным. Твои родители правильно делают, что не разрешают тебе в нем купаться. — Она приколола часики матери на воротник Беа, гадая, любила бы бабушка свою внучку или видела бы в ней лишь свидетельство греха Лоретты, если бы девочка осталась в доме.
Как просто было бы для Лоретты утонуть в океане тогда, двенадцать лет назад, когда ее выслали из Дорсета! Одним холодным и мрачным зимним днем соблазн был особенно велик. Но ребенок в животе протестующе толкнулся, и трусливая мысль исчезла. Лоретта доказала, что достаточно сильна, чтобы жить без дочери, и теперь у нее должно хватить сил жить без Кона.
Она поцеловала Беа в макушку:
— Пойдем вниз, милая.
Следующий день тоже был солнечным и теплым. Дети подкреплялись на природе, плавали, катались на пони и рыбачили. Они также обследовали близлежащие пещеры под надзором Нико и Томаса. Они помогали пасти овец и любовались облаками. Лоретта помогала на кухне и в саду, пока Кон с мистером Картером ездили на встречу с соседями и договаривались насчет ремонта дороги.
В воскресенье все домочадцы поднялись рано и, избегая ухабистой дороги, отправились пешком через холмы в деревню и ее скромную церквушку. Кон, Лоретта, дети и их экзотические слуги стали объектом любопытных взглядов, когда заполнили скамьи спереди и ряд сзади. Была ли проповедь о блудном сыне запланированной или спонтанной, Кон не знал и знать не хотел. Его уже нельзя ни оскорбить, ни спасти. Через два дня Лоретта, Беа, Сейди и Нико должны были уехать в Йоркшир.
Он сделал все возможное и невозможное, чтобы убедить Лоретту изменить свое решение. Еще никогда он не излучал столько очарования и добродушия. Наградой ему были невыразительные улыбки Лоретты и ее поспешный уход, когда он входил в комнату. Она весело болтала с детьми за едой, но по отношению к нему была подчеркнуто сдержанной. Кон был уверен, что она запирает дверь своей спальни на ночь, хотя в данных обстоятельствах не осмелился бы сломать ее оборону.
