меньше и меньше. Слуг было, по меньшей мере, столько же, хотя Шаннан никогда не давал себе труда их сосчитать. Может быть, это знает Барл, сказал он, потому что Барл знает все о Цитадели Конклава.
Середина подковы использовалась для демонстрации магических возможностей обедавших. В качестве главного блюда были поданы свежие яблоки, и один из магов бросил сердцевину в центр комнаты. Это удивило Джодаха, пока он не увидел, что зернышки внутри огрызка быстро проросли, их стебли переплелись, одеревенели и стали толще, пока между столами не встала настоящая яблоня, усыпанная золотистыми плодами. Яблоки падали с дерева по очереди. Во время полета вниз каждое превращалось в блестящий колокольчик и ударялось о мраморный пол с резким звоном. Собравшиеся маги зааплодировали, а слуги разнося шербет, уклонялись от корней, обходя яблоню.
Бросивший огрызок маг низко поклонился и произнес другое заклинание, заставив дерево съежиться и складываться внутрь себя до тех пор, пока оно не превратилось в обычный огрызок яблока, который расторопный слуга поднял и унес из зала.
– Ремарин всегда устраивает что-нибудь в этом роде, – сказал Шаннан, показывая индюшачьей ножкой на одетого в зеленое мага.
На дуге подковы вспыхнула война между едой, после того, как один из наполненных черной маной магов, оживил скелет индейки и отправил ее в атаку на собравшихся, она напала на дальний конец стола, зажав под одним крылом очень большой нож, а под другим – вилку для разделывания мяса.
Кое-кто из обедавших откинулся назад, когда к ним рванулся полуразделанный труп, но несколько магов организовали сопротивление из-за корзин для хлеба. Несколько длинных батонов, наполовину разрезанных вдоль, согласованно рванулись вперед, с флангов их поддерживали волны оживших булочек.
Две силы сошлись прямо напротив Джодаха, рядом с местом, где сидела Дорин. Беловолосая волшебница покинула свое место, как только оживленные куски домашней птицы столкнулись с легионами из теста.
Шаннан начал живо и взволнованно комментировать битву для всех, кто мог его слышать. – Мертвая индейка ворвалась в середину булочек к обеду! Их масляные внутренности не представляли проблемы для сверкающего столового серебра, и дух домашней птицы разрезал их на кусочки! Во все стороны летят крошки! Но подождите, длинные батоны занимают позицию, они поднимаются, словно кобры, и бросаются на воскресшую индейку! Он снова и снова бьют ее, не давая птице возможности перевести дух! Да, да! Все закончилось, все! Выпечка захватила поле боя. Дрожжи тоже что-то могут! Ура! Ура!
Слуги, мудро исчезнувшие во время столкновения, снова появились, чтобы вычистить самые страшные остатки и принести десерт.
– Когда Барл и Его Мажество отсутствуют, представление всегда оказывается неплохим, сказал Шаннан. Он кивнул в сторону верхней оконечности подковы, и, естественно, там оказалась пара пустых стульев, которые Джодах до этого не заметил.
– Этому есть причина? – просил Джодах. – Они не одобряют магов, играющих с едой?
– О, десерт! – сказал Шаннан, абсолютно не замечая высказывания Джодаха. – Тебе надо попробовать шоколадный пудинг. Ради него стоит умереть.
Пудинг оказался лучшим из всего того, что Джодах пробовал за всю свою жизнь. Казалось, что он плавится внутри с прохладным ощущением, которое проходит по всему телу. Джодах лениво подумал о том, нет ли магов и на кухне?
Джодах позволил себе выпить еще один стакан вина и заметил, что Шаннан одну за другой поглощал небольшие порции виски. Затем слуги распахнули двери позади пустых стульев Барла и Майрсила, и один из них объявил, что в курительной комнате будут стихи и заклинания.
Шаннан поднялся из-за стола, пытаясь утащить Джодаха с собой. – Первым делом занимают лучшие места, – с энтузиазмом произнес он.
Джодах спокойно освободился от его руки. – Сегодня был долгий день, – дипломатично сказал он. – Думаю, что мне надо некоторое время поразмыслить, а затем рано лечь спать.
Шаннан заморгал от мысли, что размышления тоже надо планировать.
В конце концов он сказал: – Ладно, – и начал продвигаться к дверям. – Увидимся за завтраком! – крикнул он через плечо.
Большая часть общества направилась в курительную комнату. Беловолосая женщина преследовала одного из официантов, а старик рядом с Джодахом продолжал неразборчиво писать на своей табличке, перед ним нетронутой осталась половина ужина.
Джодах поднялся и отправился в свою маленькую комнату. Он прошел мимо нескольких открытых дверей, из-за которых раздавался смех, а в одном случае – пение.
Наконец он добрался до собственной на тот момент комнаты. Он разделся, помылся и забрался под простыни. Мягкое постельное белье казалось ему еще лучше, чем вчера.
Он был в безопасности. У него была крыша над головой. Его накормили. Он работал с магами. Здесь не было ни гоблинов, ни городской стражи, ни церкви. Он наконец нашел место, где хорошо разбирались в магии.
Это был очень хороший день, подумал Джодах. И когда он уже погружался в объятия сна, ему в голову пришла одна последняя мысль.
Он подумал: я могу этим пользоваться.
* * * * *
Барл тихо, но уверенно постучался и вошел в личный кабинет, ожидая увидеть Лорда Верховного Мага сгорбившимся над каменным календарем со своими песочными часами. Вместо этого Майрсил сидел за столом, окруженный горами книг. В центре этого вихря лежала тонкая папка с тремя листочками бумаги, на которых была записана беседа с Джодахом.
– Вы звали меня, Лорд Маг? – спросил умелец.
Майрсил посмотрел на Барла и улыбнулся, эта улыбка мгновенно подсказала умельцу, что Лорд Верховный Маг что-то открыл и очень обрадован своим открытием. Бард видел такое выражение лица и раньше – Майрсил был мастером дать магам пять различных и явно не связанных между собой заданий лишь затем, чтобы собрать их результаты вместе и придти к заключению, которое никто не предсказывал.
– Как дела у новоприбывшего? – радостно спросил Майрсил.
– Согласно вашим указаниям он был определен в Библиотеку в качестве переписчика, – невозмутимо сказал Барл. – Я направил одного из моих младших учеников помочь ему обустроиться. Могу поинтересоваться, чем вызван такой интерес к именно этому юному магу?
Майрсил снова улыбнулся и хихикнул. Он повернул сообщение. – Джодах из провинции Гива, – сказал он, – ученик ныне покойного Воски, имя которого никому из нас ни о чем не говорит. Но в записи разговора утверждается, что у него в роду был маг.
Барл глубоко вздохнул и на секунду задумался. – Джарсил. Он сказал, что его прадеда звали Джарсил. Вы уже упоминали об этом.
– Прапрадеда, – поправил Майрсил. – Теперь
