К дому Кейла отправились пешком. Наверняка за моим жилищем велась слежка, но ведь такой маршрут никого не удивит. Вот если бы мы бесследно исчезли, воспользовавшись зеркалом, это вызвало бы ненужные подозрения. Тем не менее, когда впереди замаячила знакомая черепичная крыша, мы разделились. Точнее, Кейл просто продолжил путь, я же двинулась в сторону, одновременно запуская руку в сумку и нащупывая зеркальце. А, скрывшись от посторонних глаз между очередным забором и широким древесным стволом, ушла в подпространство. Таким образом, мы продвигались двумя разными дорогами, и, если бы один попал в ловушку, у другого оставались неплохие шансы благополучно добраться до места.
Не встретив преград, я оказалась в доме первой, причём вышла из зазеркалья прямиком в одной из спален второго этажа. Перетащила в коридор стул, залезла на него и несколько раз стукнула в потолок. Затем соскочила на пол и стала ждать.
Чердачное окошко, совершенно незаметное на первый взгляд, приоткрылось, и я увидела лицо Орвина, который, в свою очередь, подслеповато вглядывался в коридор: освещение наверху было слабым. Узнав меня, он на секунду исчез из виду, чтобы затем вновь появиться в проёме.
— Хорошо, что ты вернулась, — сказал он, спрыгнув вниз.
Отряхнулся. Пыли наверху, видать, скопилось порядочно.
— Как ты узнала, где я скрываюсь?
— Кейл предупредил, что ты в потайной комнате.
— И ты так сразу её нашла?
— Ну, во-первых, он объяснил в двух словах. А во-вторых, не забывай, чей это раньше был дом.
— Профессора Дэггарта. — На память и внимательность к деталям Орвин не жаловался. — Вы тесно общались?
Взгляд принца стал напряжённым.
— Он был моим научным руководителем. Со временем мы стали хорошими друзьями. Так что я здесь бывала, и про тайник под крышей знала.
— И именно поэтому привела меня сюда?
— Отчасти.
С первого этажа раздался щелчок отпираемого замка.
— Это Кейл, — поспешила объяснить я. — Учти: теперь он знает, кто ты такой. Так что можешь пока снять маскарад.
До сих пор Орвин продолжал скрываться под своей рыжей личиной.
— Откуда он узнал?
— Не моя инициатива. Так сложились обстоятельства. Твой братец заявился ко мне домой с претензиями. Посреди этого веселья пришёл Кейл. Зато теперь мы точно знаем, что можем ему доверять. Он имел возможность сдать тебя с потрохами, но вместо этого помог.
— Всё в порядке? — окликнул нас хозяин дома, как раз поднимавшийся по лестнице.
— Да, всё чисто! — тут же отозвалась я. — А как добрался ты?
— Без приключений.
Кейл преодолел последние ступени и шагнул в коридор. Орвин, лишь немного помешкав, задействовал артефакт, снимая личину.
— Ваше присутствие — честь для меня, ваше высочество, — склонил голову декан. Впрочем, без лишнего пиетета.
— Скорее большая опасность, — возразил принц. — И я благодарен вам за помощь.
— Прости, что сразу не сказала всё, как есть, — добавила я. Если эти двое говорят такие красивые слова, как же я могу остаться в стороне? — Я должна была тебя предупредить, но и права такого не имела.
— Я всё отлично понимаю, — отмахнулся Кейл.
— А как ты вообще оказался у меня дома? — запоздало спросила я.
Почему-то по дороге сюда я даже не подумала об этой странности.
— Мы забеспокоились, когда выяснилось, что ты ушла, — ответил за него Орвин. — И магистр Грант решил тебя поискать.
— Можно просто Кейл, — вмешался тот. — На всякий случай я предложил его высочеству (точнее, тогда я не знал, кто передо мной, но дело сейчас не в этом) переждать наверху. Повезло, что в доме есть надёжное укрытие. А сам первым делом направился к тебе — и не прогадал.
— Про «не прогадал» — спорный вопрос, — скептически хмыкнула я. — Хотя если ты шёл за острыми ощущениями, то получил по полной. Было бы лучше, конечно, тебя не впутывать. Но я благодарна тебе за поддержку.
При всей своей циничности я не могла не признать, что Кейл поступил благородно, самоотверженно и…красиво.
Орвин заметил мою тёплую улыбку, и, кажется, она ему не понравилась. Однако принц промолчал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Надо решить, как быть дальше, — поспешила продолжить я, не давая Кейлу возразить, что на его месте так поступил бы каждый, или что-нибудь ещё в этом роде. Признаться, благодарственные речи, заверения во взаимном уважении и прочие расшаркивания заставляют меня здорово напрячься. Даже когда всё это делается от чистого сердца. Есть вещи, которые лучше чувствовать, а не обсуждать. — По-хорошему, тебе, Орвин, лучше бы исчезнуть из города как можно быстрее. Я подбросила охотникам ложный след, и пока они клюнули, но долго это не продлится. В итоге поиски ни к чему не приведут, и тогда Ансель снова вспомнит про меня — и про Кейла.
Говоря о стражах, я невольно употребила слово «охотники», которое обычно приберегала для другого человека — того, чьи поступки вынудили Эдбальда обратиться ко мне за помощью. Это вызвало чувство диссонанса, каковое, по-видимому, разделял и Орвин — если судить по быстрому взгляду, которым он мазнул по моему лицу.
— Ваша безопасность тоже под угрозой, — озабоченно напомнил он. — Но при всём этом — можем ли мы позволить себе покинуть столицу? Мы ведь не закончили дело, а оно слишком важно. Важнее наших жизней.
Он попытался при помощи взглядов договорить то, что не мог произнести вслух при Кейле.
— Это моё дело, — возразила я. — Тебе участвовать необязательно. А мне в столице не так уж и опасно.
— Ты не знаешь моего братца.
— Не знаю, но догадываюсь. Я неплохо умею додумывать — в том, что касается мерзости человеческой натуры. Но я готова рискнуть.
— Рисковать — не женское дело! — неожиданно жёстко отрезал Орвин.
Я закатила глаза к потолку. Крышка люка по-прежнему была приоткрыта. Недолго думая, я влезла на стул и захлопнула её.
— Я не женщина, — сообщила я собеседникам, глядя на них сверху вниз. — Я — зеркальный маг и немножко государственный преступник.
— Что за ерунда?! — воскликнули мужчины практически хором.
Видя столь редкое для этих двоих единодушие, я снова закатила глаза, а затем спустилась со стула.
— Я никуда не уеду до тех пор, пока мы не найдём… — принц осёкся, скосил глаза на Кейла и закончил фразу несколько иначе, чем собирался изначально: — …то, что ищем.
— Это важно, не спорю. Но осталось всего три…вещи, и я смогу закончить сама.
— Думаю, я догадываюсь, о чём вы говорите, — вмешался Кейл. — Так что можете не тратить силы на игру словами. — Тут в его голосе, пожалуй, прозвучал некий намёк на обиду. — Речь ведь идёт об артефактах, ключах от магического зеркала, верно?
Мы с Орвином дружно повернули головы и не моргая уставились на декана, принц — подозрительно, я — скорее удивлённо.
— Откуда вам об этом известно? — нахмурился Орвин.
— Логическое мышление, — пожал плечами Кейл. — Непоследнее качество в научной работе. Я, конечно, не зеркальщик, но за новостями слежу. Знаю, что вы вдвоём расследовали смерть архиепископа. Понимаю, что вы не случайно появились в институте. К тому же прости, Йоланда, но нетрудно было понять: ты не пошла бы преподавать у нас ради собственного удовольствия. Хотя, мне кажется, ты стала постепенно втягиваться… Но речь не об этом. Я догадывался, что тебя интересует, но не хотел лезть не в своё дело. Однако раз уж сейчас об этом всё равно зашёл разговор… Не знаю, важно это или нет, но, думаю, я должен рассказать.
— Что? — моментально оживилась я.
Поразмыслить о недостатках нашей конспирации можно и позже. Если живы останемся.
— Ты ведь спрашивала про профессора Дэггарта. Я не был слишком близко с ним знаком, и, ясное дело, он не рассказывал мне, кому передал ключ. Но незадолго до своей смерти он уезжал из столицы. Куда именно, неизвестно. Посреди семестра так просто всё не бросают, если, конечно, речь не идёт о научной конференции. Но никаких конференций по теории магии тогда не было.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— И это никого не удивило? — поинтересовался Орвин.
