— Магистра Йоланды Блэр здесь нет, — откликнулся Кейл с сарказмом, заметным, возможно, только мне (дескать, попробуйте доказать обратное).
— Его величество предполагал, что вы именно так и ответите. В таком случае он просил вручить вам это послание. — Молодой человек протянул декану конверт с крупной, привлекающей внимание печатью. — Будьте любезны, передайте его магистру, если она здесь появится.
Он развернулся на каблуках и удалился, не прощаясь.
Я долго и критично рассматривала письмо: как-никак уже получала не так давно «послание от его величества». Однако увиденное меня удовлетворило, и я сломала сургуч. Это была не единственная защита: письмо охранялось при помощи магии на крови. Крошечной капельки моей крови хватило, чтобы на листе проявился текст. Он был краток и не допускал двойственной трактовки. Король приказывал мне незамедлительно прибыть к нему на встречу, каковая, что интересно, должна была состояться в моём собственном доме.
Что ж, встреча, так встреча. Я, признаться, не терплю подвешенного состояния.
На небольшое расстояние можно переместиться и зеркалами. Поэтому я добралась меньше, чем за десять минут, даже не успев как следует обдумать все навеянные письмом вопросы: например, как король, пребывавший в отъезде, внезапно оказался в столице?
Эдбальд весьма комфортно расположился в кресле, которое заблаговременно развернули так, что оно стояло непосредственно напротив зеркала. Его величество знал, откуда я появлюсь, и желал продемонстрировать мне мою же предсказуемость. Вокруг царила идеальная чистота. Все вещи аккуратно стояли на своих местах. Можно было подумать, что мне привиделся разгром, совсем недавно учинённый здесь солдатами принца. Но я успела заметить последнюю из служанок, выскользнувшую из комнаты по мановению королевской руки.
— Здравствуйте, ваше величество. — Как следует осмотревшись, я ступила из зеркала на каменный пол. — Я вижу, в доме навели порядок!
— Я всегда навожу порядок там, где появляюсь, — резким тоном ответил монарх.
— Чем обязана честью видеть вас у себя в гостях?
Хмуря густые брови, Эдбальд устремил на меня требовательный взгляд.
— Где мой сын?
— Которого из них вы имеете в виду? Старшего или —?
Я слегка опустила раскрытую пятерню, намекая таким образом на того, что поменьше, точнее сказать, помладше.
— Местонахождение Анселя мне отлично известно. — Королю явно не понравился мой вопрос. — Где Орвин?
— Не имею ни малейшего представления, ваше величество.
— Лжёшь своему королю? — прищурился он.
— Я?!
Эдбальд, похоже, ожидал, что я по меньшей мере опущу взгляд, но тщетно: такую мелочь, как ложь, я давно уже не почитала за грех.
— Ваше величество, принц Орвин действительно долгое время ходил за мной по пятам, и это, признаюсь, немало меня раздражало. С недавних пор он, к счастью, перестал так поступать, поэтому теперь я далеко не всегда знаю, где он находится.
Король сжал губы в тонкую линию, сложил руки на груди и, не иначе, решил поиграть со мной в молчанку.
— Любопытно, — проговорил он наконец. — Почему ты так отчаянно защищаешь Орвина? Понимаю, он твой любовник, но, в конце-то концов, наверняка не первый и не последний. К тому же тебе действительно не нравилось постоянное сопровождение. Казалось бы, вот она, возможность отделаться от него навсегда. Так нет, ты из кожи вон лезешь, чтобы ему помочь. Причины?
Скажу откровенно: я оскорбилась до глубины души. Не из-за намёка на мою не девственную сущность: эта тема задела бы меня в последнюю очередь. Но утверждать, будто я лезу из кожи вон?! Да я так, всего лишь капельку напряглась.
Тем не менее, я постаралась сконцентрироваться не на обидах, а на ответе на вопрос.
— Знаете, ваше величество, он хорошо у вас получился.
— Благодарю за высокую оценку, — хмыкнул Эдбальд. — Однако тебе наверняка известно, что он не мой сын.
— Это неважно, — отмахнулась я. — Воспитывали его, как я понимаю, именно вы. И, вынуждена признать, получилось весьма удачно. Результат даже заставляет предположить, что, может быть, вы не так плохи, как я привыкла думать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не забывайся! — Король почти не повысил голоса, но в гостиной ощутимо повеяло холодом. — Я хочу видеть своего сына. В самое ближайшее время.
— А как же быть с некоторыми мелочами? Ну, например, — я попыталась говорить как можно более небрежно, — государственная измена, покушение на убийство и тому подобное?..
— Я же сказал, что навожу порядок там, где появляюсь, — отрезал Эдбальд. — Братья поругались — и помирились, с кем не бывает? Недоразумение разрешилось. Завтра они прилюдно пожмут друг другу руки, и каждый займётся своим делом.
Тоном это было сказано таким, что я не сомневалась: если один из братьев вздумает возражать, гнить ему в темнице. Тем не менее, я решила уточнить:
— Его высочество Ансель знает о вашем решении?
— Не так чтобы это тебя касалось. Но если тебе очень хочется быть в курсе, то да, он был извещён.
Понятно. Выходит, я не ошиблась: король вернулся и заново устанавливает свои порядки, больше ничьё мнение его не волнует… Впрочем, в данной конкретной ситуации оно и к лучшему.
— Я постараюсь передать ваши слова принцу Орвину, если, конечно, сумею его разыскать, — осторожно пообещала я.
— Да-да, будь любезна. Заодно — если, конечно, сумеешь его разыскать, — скажи, чтобы не задерживался. Я предпочитаю переговорить с ним здесь, прежде чем мы отправимся во дворец.
На языке вертелось нечто саркастическое в духе «Рада, что вам понравилось в моём доме», но по-настоящему мне не давало покоя совсем другое.
— Ваше величество, позвольте один вопрос.
— Только коротко.
— Как вы узнали о том, что здесь приключилось? Вы же были в отъезде.
— Король знает обо всём, что происходит в его королевстве, — строго сообщил Эдбальд, но затем со вздохом махнул рукой. — Шейд счёл событие достаточно важным, чтобы отправиться ко мне через тени. И сумел привести меня обратно тем же путём.
Я была столь глубоко впечатлена, что беззвучно изобразила аплодисменты. Путешествовать на большие расстояния через зеркала очень сложно, порой даже нереально. Серьёзный участок без качественных отражений — и всё, дорога теряется. Возвращайся назад, если не хочешь навеки заплутать в подпространстве. С тенями несколько проще: до тех пор, пока существуют источники света, будь то магические лампы, огонь, солнце, луна или звёзды, предметы, отбрасывающие тень, тоже найдутся. Но долго продвигаться вперёд, прыгая из одного сгустка тьмы в другой, ныряя в иные миры, чтобы сократить дорогу, да ещё и вести с собой не обладающего даром спутника… Это воистину подвиг для такого мага, как Шейд, умелого, но не обладающего сверхспособностями. Надо бы намекнуть Крону, или ещё кому-нибудь в магическом совете, что теневик заслужил следующую ступень. Но это потом, а пока у меня другое дело.
И, попрощавшись с Эдбальдом кивком головы, я шагнула обратно в зеркало.
Я изложила Орвину то, что знала, и предоставила ему самостоятельно принимать решение. Впрочем, принц не колебался. Узнав о прибытии отца в столицу, он незамедлительно отправился к месту встречи. Я предпочла не вмешиваться, но вскоре выяснилось, что возвращение блудного сына прошло благополучно. Орвин приехал во дворец вместе с монархом, встреча с Анселем прошла в тёплой, дружественной обстановке, и жизнь потекла своим чередом. Принцы на людях улыбались и жали друг другу руки, а что происходило за закрытыми дверьми, никому не сообщали. Мы же с Кейлом, облегчённо выдохнув, возвратились к своим преподавательским обязанностям.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глава 14. Преступление и наказание
Мы сидели в преподавательской, и каждый занимался своим делом. Кейл проверял семинарские работы, то и дело ругаясь и разражаясь тирадами в духе «Мы же двадцать раз это проходили!». Мне в этом отношении было легче: я письменных заданий не получала. Тем не менее, оценивать успеваемость студентов требовалось, а потому я вела своего рода дневник, записывая, как проявили себя на занятии ученики. На какой уровень прошли, что создали, насколько задумка соответствовала реализации. И даже произнесённые слова или подмеченное мною поведение, если это казалось важным.
