помогать страждущим, лечить больных и наставлять заблудших на истинный путь. Сейчас же нас ведут по пути головорезов, не видящих света Предков. Нам говорят, что народ Ларингии погряз во грехе, а потому их нужно очищать огнём и мечом, но оглянитесь – мы стали простыми убийцами. Меня, как недовольного решениями Совета Легатов, вместе с другими братьями-рыцарями отправили на другой континент. Мы были смертниками, которым не обещали даже помощи. Нас отправили на войну. На убой, словно мы не люди, а грязные и бесправные животные. Смерть. Нас ждала там только смерть под руководством слабоумного дворянина, который даже не принял пострига, чтобы считаться нашим братом. Нам говорили, что там живут только грязные язычники, что не могут пойти на путь истинный, но это не так. Все наши воины, что готовы были мыслить, а не слепо бить мечом, выжили и оказались даже не в плену, а в гостях у моего старого друга. – Вард показал на меня, - Все вы его знаете и помните, как совет Легатов и отце Таций боялись его, а потому приказали изгнать Вадима из страны, забыв о всех его подвигах и делах во славу Церкви. Как видите – я жив. Живы и все наши братья, которые сложили оружия в ходе боёв за этот город. Мы не воюем с людьми. Наш главный противник – изуверы, сидящие во главе нашей Церкви!
- Похоже, брат легат Вард, в вашу голову проникли еретические идеи! Наша Церковь всегда была, есть и будет святой! – поднялся со своего места один из пришедших в город приоров.
- Брат Грегор, - мягко обратился к нему безволосый Вард, - вы не смотрите в сущность, а наблюдаете за жизнью нашего общества лишь поверхностно. Да, мы также наставляем заблудших на путь истинный, но вспомните кто нам сказал, что многие из ларингийцев еретики? Разве они поклоняются Серому Богу? Разве они нарушают наши догматы? Они не строят капищ, не собирают людей в рабство и не приносят людей в жертвы кровавым духам! Не смотря на все кровавые удары наших войск, люди продолжают приходить на воскресные службы и приносить Церкви пожертвования. Вспомните, как мы поступали раньше! Мы не атаковали мирные поселения, мы не убивали людей десятками, а то и сотнями лишь из-за того, что они могут чуть иначе молится Высоким Предкам.
- Легат Вард, вы предлагаете нам выступить против официальной власти Церкви? – рассудительно заговорил другой гость, - Одних обвинений будет слишком мало для того, чтобы мы смогли созвать на свою сторону братьев и аристократию Ларингии. Нам нужны конкретные предложения, ан е простые голословные заявления. Мы должны составить тезисы, чтобы вынести официальное обвинение Совету Легатов и Тацию. Нужно делать это как можно быстрее, а иначе мы пропустим время разговор и настанет время говорить уже не нам, а нашим клинкам.
- Вы готовы меня поддержать, брат Болейн?
- Да, брат Вард. Я не думал, что недовольство среди наших людей выльется в открытую войну, но раз это случилось, то тормозить процесс уже слишком поздно. Единственное, что меня интересует, так это насколько далеко мы готовы зайти. – Болейн перенёс взгляд с Варда на меня, - Вадим, я был одним из тех воинов, что воевал в последней войне с ватанийцами, когда вы были обычным пехотинцем. С того времени я запомнил вас, как человека слова и чести. Я пророчил вам великое будущее, но никогда бы не смог подумать, что вы достигните титула целого короля. Думаю, сейчас вы не просто так прибыли в Ларингию со своей армией, если бы здесь не были затронуты ваши собственные интересы. Так что же вы хотите?
Я посмотрел на Болейна. Он был человеком давно не молодым, но определённо умудрённым опытом. Церковник, судя по множественным шрамам на его открытых руках, прошёл далеко не одну войну, а потому поговорить с ним стоит, ведь рассуждает он вдумчиво, раз обратил на моё влияние в зарождающемся конфликте. Тем более, что этот приор относился ко мне с значительной лояльностью, которой удостаивались немногие.
- Вы правильно отметили, Болейн, что в этой войне у меня есть собственные интересы. Я, будучи правителем независимого государства, не могу допустить, чтобы на мои земли вторгались войска с целью уничтожения людей, что находятся под моим вассалитетом. – я оглядел собравшихся приоров, - Как видите, ваши браться живы и вернулись сюда. Ещё часть скоро прибудет в город, когда моих земель достигнут гонцы на кораблях. Я готов идти с вами на сотрудничество, но вместе с тем мне необходимы гарантии того, что Церковь Высоких Предков не будет вмешиваться в дела на лагриканском континенте ближайшие пятьдесят лет.
- Вадим, что вы имеете ввиду под этим предложением? – спросил меня Болейн, продолжавший изучать мою персону взглядом своих внимательных глаз.
- Ни одного монастыря не должно быть построено в Лагрике. Я разрешу вам воздвигать церкви в моих городах, ведь знаю, что некоторые из моих подданных верят в Высоких Предков, а вера для человека важна если не как воздух, то уж точно не меньше пищи. Вот только ни одной единицы вооружения не должно быть найдено в этих церквях. Также я запрещу вашим монахам вести на моих землях торговую деятельность, а пропитание должно будет добываться исключительно собственным трудом на выделенных мною же землях. Между тем, церкви будут обложены налогом, который я согласую с епископом, которого вы направите с моими кораблями обратно.
- Сомневаюсь, что вы согласны будете подписать такой договор лично с Тацием. Ведь я прав?
- Так точно. Ещё моим условием будет полное переустройство церковной иерархии. Пусть я в бывшем наёмник, но мне не хочется ещё раз воевать с Церковью. Реформируйте свою организацию, а уж потом я буду согласен вести переговоры с новой властью в Церкви.
- Получается, что вы хотите паритета и мира, между нами, не позволяя никому усилятся?
- Именно. Что же касается попыток решить сложившийся кризис при помощи слова, то
