с желанием меня придушить, затем вздохнула, положив ладонь на макушку, посмотрела на Зои.
— Если Вася говорит, что надежда есть, я буду ему верить.
— Надежда, — проворчала Ханна, ткнула пальцем в Иву. — Вот она знает, чем всё закончится. Дневники свои дописала, запечатала и домой передала вместе с письмами. Ходит, улыбается, как смирившаяся с казнью. Знает, что он этот мир спасёт, но сам погибнет.
— Это правда? — Зои серьёзно посмотрела на Иву.
— Я вмешиваться в будущее не планирую, — сказала она. — Как и в ваш глупый спор.
Айн Ханна даже зарычала от злости. Щёлкнула меня по лбу и молча уселась в соседнее кресло, скрестив руки на груди.
— Но мне тоже кажется, что Василий ведёт себя опрометчиво, — сказала Ива. — Собирается прыгнуть в вулкан перед самым извержением со словами «сейчас я всё исправлю».
Ханна согласно кивнула. Зои переводила взгляд с одной на другую, затем всплеснула руками. Встав, она подошла к моему креслу, протянула руку.
— Пойдём прогуляемся, — предложила она. — Посмотрим, готовы ли купальни. Руфи говорила, что у них здесь большой бассейн есть.
⠀⠀
*⠀⠀*⠀⠀*
Вечер и ночь во дворце главы города прошли тихо и спокойно. Я только утром узнал, что «Расколотый» вернулся перед рассветом, привёз два десятка одарённых и трёх важных королевских учёных. Последние занимались изучением разломов и увиденным были тронуты до глубины души. Хорошо бы они близко к разлому не полезли и их не поубивало. Меня всё это интересовало мало, поэтому я прекрасно выспался, позавтракал и до обеда просто отдыхал в компании Зои. Ближе к полудню мы с ней вышли на крышу дворца, чтобы посмотреть на город с высоты. Понаблюдали за суетой на дворцовой площади. И если я был спокоен, как сытый удав, то Зои извелась за это утро.
— Вася, я тебя очень прошу, будь осторожен, — наверное, в десятый раз сказала она.
— Обязательно буду, — сказал я, обнимая её за плечи и прижимая к себе. — Не переживай. Меня больше пугает неудача. Если мы этого слизняка найдём, но ничего сделать не сможем.
Я ещё полчаса назад уловил присутствие мамы Ночь. Она была где-то в городе, возможно, вместе со старшим Ка. Зои глубоко вздохнула, когда позади открылся разлом и на нас упала чёрная тень огромного паука.
— Как вчера сказала Ива, не переживай, я всё исправлю, — сказал я и поцеловал её в щёку.
Обернувшись, посмотрел на маму Ночь, в облике паука выглядящую немного пугающе. Она пробежала прямо над нами, собираясь спрыгнуть с крыши дворца на площадь. Я не успел ничего сказать, когда что-то дёрнуло меня вслед за ней. Головокружительный полёт с крыши закончился в разломе, где я во что-то больно врезался, и почти сразу мы вылетели с другой стороны. В лицо ударил холодный, почти ледяной ветер, а дезориентация сменилась падением. Такое чувство, что мама Ночь выпала из разлома метрах в ста над землёй.
Зажмурившись на несколько секунд, я ожидал жёсткого приземления, но меня лишь немного вжало в спину мамы Ночь, и мы уже мчались по холодной равнине, примыкающей к высоченным горам. Хорошо, что я умудрился удержать посох в руках, вцепившись в него, как в спасательный круг. Мама Ночь хотела, чтобы я встал и посмотрел куда-то в сторону гор. При этом она продолжала мчаться, не уступая в скорости парящему кораблю. Я смог лишь немного приподняться, но этого хватило, чтобы увидеть слизня, размерами сопоставимого с колоссом, напавшим на город Вечных. Нас разделял километр или больше, но из-за его размеров сложно было точно определить расстояние. Демон был просто огромным, бордово-зелёным и жутким на вид. Мы его быстро догоняли, двигаясь параллельно. На нас он не обратил внимания, продолжая ползти вдоль горного хребта, оставляя за собой след из противной на вид слизи.
Резко сменив направление бега, мама Ночь рванула к нему наперерез. То, что я немного ошибся с оценкой размеров колосса, стало понятно очень скоро. Он возвышался как минимум на тридцать метров, превосходя высотой даже королевский дворец в Первом царстве. И стоило приблизиться чуть ближе, как в нос ударил затхлый запах болота, медленного гниения или испорченного мяса. У меня даже голова закружилась, а в горле встал ком. Когда же между нами осталось метров двести, запах стал невыносимым. Мама Ночь споткнулась, и мы полетели кубарем по серой земле с редкой зелёной растительностью.
По земле я кувыркался не меньше двадцати метров, набив с десяток шишек и едва не переломав ноги и руки. Умудрился потерять посох и порвать одну штанину, за что-то зацепившись. Вроде бы потерял сознание на секунду, но тут же резко пришёл в себя, как будто мне пощёчину влепили. Встав на четвереньки, потряс головой, затем с трудом поднялся, едва снова не упав. А мир вокруг уже приобрёл противный зелёный оттенок. Даже холодное солнце, освещающее равнину, стало зелёным, как и земля вокруг. Я заметил маму Ночь, метрах в сорока справа. Она сжалась в комок, подобрав под себя ноги. И за секунду до того, как на неё обрушился поток грязной магии, растворилась в зелёной вспышке разлома. Выходит, что слизень её заметил и решил на всякий случай прибить. Он даже скорость сбавил ненадолго.
— Отравил, гад, — сказал я на языке дами.
Получилось не очень уверенно. Зато я перестал чувствовать смрад, разлитый в воздухе. Его стало слишком много, и скорее всего, мозг просто отказался воспринимать. Оглядевшись, я понял, что в зелёном мареве, разлитом вокруг, посох найти не получится, только зря время потрачу. Неприятно, но не критично. Собравшись с силами, побежал в сторону колосса. Первую сотню метров преодолел легко, несмотря на ватное тело. Единственное, что ощущалось в полной мере, так это жжение в груди. Внутри что-то горело, едва не прожигая насквозь. Ещё бы колосс не двигался так быстро по равнине, чтобы мне поспевать за ним. Бежать изо всех сил и одновременно использовать силу голоса не так просто, особенно когда тебя мутит, а перед глазами всё плывёт.
Вблизи оказалось, что колосс покрыт наростами, как крупными чешуйками. Они скрипели и хрустели, когда по телу проходила волна и он двигался вперёд. Да и к слизням его отнести можно было с большой натяжкой. Я даже не знаю, что это был за монстр, и как, вообще, мог появиться на свет. Что за существо было способно породить нечто подобное? Если бы источник вечной жизни мог ожить и начать двигаться, то он ощущался бы именно так. Колосс не пожирал магию, а источал её, словно не мог удержать в
