того, как василиски усаживаются, чуть не сполз от смеха под стол. Наконец, с трудом совладав с собой, я принял как данность нелепые позы, в которых вокруг нас расселись крокодилы. Уставившись стеклянными взглядами в нашу сторону, они поглощали плоды Древа, когтями вытаскивая их из нагрудных кузовков. Опасные челюсти мерно похлопывали, придавая завтраку неповторимое звуковое сопровождение.
Меня мучило предчувствие, будто я что-то забыл. Что-то важное. В очередной раз обведя всех пристальным взглядом, вспомнил: я же на новолуние обещал прислать в Алесун фею. Одна из моих жриц должна была благословить землю, или как там это у них называется.
– Феечки, кто из вас желает отправиться на новую луну в Алесун?
Фейки отчего-то притихли, изредка на меня поглядывая и не решаясь обозначить свои кандидатуры.
– Мой лорд, а им обязательно в Алесун? – поинтересовался Двухсотый. – Они ж совсем беззащитные.
– Я уже договорился, что одна из наших девочек пошаманит на хороший урожай, – поставил в известность всех я. – Поэтому если мы не выполним условия договора, то очень плохо себя зарекомендуем. Тем более, что сейчас там обживается Киеренн.
– А что пообещали? – спросила лиска.
– Шестую часть от урожая.
– Мало, – задумчиво протянул Двухсотый.– После ритуала феечки земля родит обычно в десять-двенадцать раз больше.
– Ты же книг не читал, откуда знаешь? – поинтересовался я столь исчерпывающему ответу.
– Ну так, когда я жил в теле человека, ещё будучи мелким пацаном, собственными глазами видел! – поделился леший. – Те из крестьян, которые могли уговорить на ритуал жриц Древа, жили припеваючи. А тебя ввели в заблуждение, чтобы ты заставил работать фей практически за бесценок. Это им надо отдать шестую долю, и с них хватит. Но ты, лорд, не расстраивайся. Я искренне верю, что бортник уже обошёл всю деревню и договорился с местными на совершение ритуала за солидный куш.
– Думаю, ты преувеличиваешь его таланты, – встряла в разговор Селеста. – Он сам крестьянская кость, и торговля – это не его стихия.
– Время покажет, – не стал спорить леший. – Но что-то мне подсказывает, что чёрная кость ещё сыграет нам на руку. Как минимум, со своими он договориться сумеет.
Шаманка лишь пожала плечами.
Я уже успел позавтракать и собирался уходить, когда из-за стола поднялась Вальора.
– Спасибо вам за стол, мои милые, – поблагодарила споровица девчонок. – А вам, красавицы, пора домой, – обратилась она уже к трём человечкам, тоже завершившим трапезу и мерно болтающим между собой. – Мой лорд, окажете мне честь отвести наших прекрасных гостий к архивариусу Гупетте?
– Конечно отводи, – согласился я, понимая, что смысла держать девушек у себя нет. Циния, единственная из них, кто захотел остаться с Древом, уже наша соратница. Остальным самое место у себя дома. А то Рон как-то нехорошо на них облизывается, как бы конфуза не случилось. – Вальора, у тебя какие дальнейшие планы?
– Сейчас леший перебросит меня в Алесун. Как только я улажу там все дела, за день управлюсь, двинусь в Малум. Двухсотый, ты же сможешь открыть портал в столицу?
– Вот не знаю, – признался леший, тоже поднявшись из-за стола и подошедший к нам. – Я там уже черт-те сколько не был, поэтому если ошибусь, не обессудь, не со зла это.
– Ладно уж, – приуныла лиска. – Надеюсь, ты вскорости всё-таки вспомнишь ближайшие рощицы у столицы. Только сначала вот что. – Вальора подошла к границе, где ствол Древа соприкасается с землёй. Тонкими пальцами наметила линию. Обозначенное место немного замерцало, а потом начали подниматься странные растения, похожие на трубочки, как свирели. – Эти малыши помогут нам общаться в разлуке.
Я недоверчиво покосился на странную конструкцию. Интересные динамики в призме фэнтези-антуража. Собственно, почему нет. Здесь каждый колдует как умеет.
– Вальора, подожди, – вспомнил я одну немаловажную деталь. – Тебе же деньги нужны.
Я уже хотел было призвать Хранилище, но лиска отреагировала мгновенно, остановив меня.
– Ничего мне не нужно. У меня есть приличный капитал. Хватит на выкуп десятка таверн в столице. Поэтому не переживай.
Это известие стало несколько неожиданным. Я, конечно, полагал, что Вальора далеко не нищая, но и не догадывался, что у споровицы за душой вполне приличное состояние. Тем более, что Алесун – приграничная периферия, а вот в Малуме, подозреваю, расценки на недвижимость более драконовские.
– Подожди-ка, – обратил на себя внимание леший. Припав на колено, он что-то начертил на земле, на моих глазах выращивая очень сильно вытянутый цветок. Сорвав его, Двухсотый, подошёл к лиске сзади и вплёл в рыжую копну.
– Так я всегда буду знать, где ты, чтобы создать портал поближе.
– У меня тоже для тебя подарок, – Вальора по-настоящему растрогалась подарком Двухсотого. Она поднесла к губам кулачок и выдохнула, раскрывая ладонь в сторону леса. Облачко спор быстро улетело в заданном направлении, и к нам через некоторое время вышла стая кабанчиков. Лиска подошла к вожаку и погладила того по щетинистой бочине.
– Мои хорошие… Вы верно служили. Оставайтесь же сейчас с друидом, он подарит вам новую жизнь. Мой лорд, забирайте их себе… Я видела в деле и цурула, и ворона, у зверей после алтаря действительно появляются новые возможности.
– Стоп, ты что, в Малум надолго собралась? – не понял я такого широкого жеста.
Вальора кивнула.
– Нам нужно сделать из Империи ручную собачонку. Чтобы когда потребовалась помощь, её воины были бы рады встать под наши знамёна. Люди, конечно, достаточно хилые и ограниченные, вершина их развития – маги. Но их очень много. Задайся они целью уничтожить Сальвир – так бы и произошло. Но отпустим мечты. Империю нужно приручить, а для этого потребуется много времени и усилий. Периодически, конечно, я буду появляться здесь.
– Так значит, у меня будет ездовой кабанчик, – встрял не по теме леший, явно довольный тем, что споровица отдала своё стадо. – Это мне, это моё… Ууух! Кабанчик будет!
– На здоровье, – улыбнулась лисица и для большего эффекта чмокнула Двухсотого в щеку. – Но имей в виду: если мне вдруг попадётся медведь, ты останешься вместе со своим кабанчиком.
– Это не страшно, я верю, что боевой хрюндель – лучшее, что можно приспособить под питомца на всей Гондване.
На этом моменте мне стало как-то обидно за цурула и остальных петов.
– Вальора, я
