Читаем без скачивания Кругом одни принцессы - Наталья Резанова

— А дракон? — хмурилась королевна. — Или на ятаган свой полагаешься?

— Зачем сразу ятаган? Попробуем сначала договориться. А то видывали мы людей, которые похуже драконов…

Договариваться не пришлось. Мы спокойно пересекли лес, добрались до высоченных, заросших мхом ворот, прошли через них и оказались у подножия вырубленной в горе лестницы. А рядом с ней лежал дракон — такой гигантский крокодил с крыльями, расцветки майского жука. И он спал. Мы притиснулись друг к другу, надеясь обойти его незаметно, однако дракон приоткрыл один глаз и спросил сиплым голосом:

— Вы кто?

— Мы — три странствующие принцессы, идем к великому магу Абрамелину.

— Тогда проходите, — сказал дракон и снова закрыл глаз.

— Это провокация, — пробормотала королевна. Мы подождали немного, потом я махнула рукой.

— Я пойду вперед, а вы, в случае чего…

И двинулась по ступенькам. Ничего не произошло. Остальные потихоньку подтянулись. Княжна, которая была замыкающей, не удержалась и погладила дракона по боку, прошептав: «Хорошая зверюшка». Дракон заурчал во сне.

— Ты бы еще бантик ему на хвост навязала, — мрачно заметила королевна. Как больше пережившая, она была более скептически настроена.

Преодолев подъем, мы вошли в пещеру. Маг, симпатичный пожилой дядька, сидел за столом, заваленным пергаментами, хрустальными шарами и прочей бутафорией жанра, и что-то сосредоточенно черкал на разграфленном листке — то ли гематрией занимался, то ли кроссворд решал.

— Привет, девочки! — сказал он, подняв голову. — Откуда вы?

Вопрос дурацкий, но замечать это было бы неучтиво.

— Мы из королевства, прошли через лес, ворота и по лестнице, мимо дракона…

— И Барсик вас не тронул? Так я и думал.

— Это дракон, что ли? — возмутилась королевна. — Да он у вас совсем обленился.

— Ну, не скажите. Он вполне в рабочем состоянии. Может и огнем спалить, и просто задушить. Бывало, высунешься за ворота, а парни там лежат рядком… все белые… и мертвые… Но вы обратили внимание, что на воротах написано?

— Нет. Там не видно ничего, все мохом заросло.

— Увы… А написано там: «Войти сюда может только муж благородный и мудрый, бескорыстный и чистый сердцем». Это Малагис написал, мой учитель, когда защиту устанавливал. И дракона он настроил соответственно. Понимаете, он был маг великий, но человек несколько ограниченный, и никогда не думал о женщинах. Поэтому не установил для женщин никаких условий. Они могут сюда приходить какие угодно и в любом количестве. Но не догадываются. Иногда я так об этом жалею… Не подумайте дурного — я человек уже немолодой. Просто у меня проблемы с домашним хозяйством. С питанием справляюсь — наколдую чего или Барсика посылаю, если натурального захочется. А вот в квартире не чувствуется женской руки…

Это было мягко сказано. Все его големы, мумии, фолианты и глобусы заросли пылью и паутиной, только на столе было почище. Типичное жилье старого холостяка.

— Вообще-то живется мне не так уж плохо. Читаю, в магический кристалл смотрю. Обычно он у меня настроен на королевский дворец. — Абрамелин вытер пыль с хрусталя. — Вот — палач, пытает очередную бабульку… вот король прячется под кроватью, потому что боится покушений…

— Собственно, из-за этого мы и пришли, — прервала я Абрамелина. — Говорят, только ты можешь снять проклятье с короля…

Он грустно усмехнулся.

— Проклятье! Скажут тоже! Ничто не поможет королю, кроме смерти, потому что никакого проклятия нет. Он всегда был трусом и мерзавцем, только, пока на страну не напали, это не было заметно. А потом, чтобы оправдать преданную армию и отданную казну, он и выдумал эту сказку с подмененным сердцем. Сжег одну бабку, другую… и уже не мог остановиться. Конечно, все они признавались, под пыткой чего не признаешь…

— Знакомая история… — я вспомнила султана и «няньку-злодейку». Причем султан в данной ситуации представал попригляднее. Воистину, всё познается в сравнении.

— А скрижаль с секретом счастливой жизни — такая же туфта, как проклятье? — поинтересовалась королевна.

— Нет, она существует. Малагис уверял, что вывел универсальную формулу счастливой жизни, и записал ее. Я с ним не совсем согласен, но он считал, что другой нет. Это тайна, но вам я покажу…

Он убрал с полки глобус небесных сфер и траченное молью чучело совы, смахнул паутину и указал на каменную плиту, вмурованную в стену.

— ORA ЕТ LABORA! — я присвистнула. — Тоже мне, тайны царя Соломона. Это самое «молись и трудись» на стенке любого монастыря написано.

— А Малагис уверял, что формула эта секретная, — вид у Абрамелина был убитый.

— Значит, монахи дошли до нее своим путем… Кстати, а где сам Малагис?

— Да боги его знают. Ушел лет сто назад в паломничество, поклониться мощам святого Мерлина, и не вернулся.

— Ладно, дамы и господа, что делать будем?

— Обедать, — сказал Абрамелин, и это было правильное решение.

Он наколдовал перекусить. Сказать по правде, его магическая стряпня была хуже той, что подавали в трактире «У дуры», но мы тактично промолчали. Зато вино в плетеной бутылке, которую маг достал из-под стола, было выше похвал. Должно быть, его приволок Барсик. Распив по стаканчику, мы раскинулись в креслах повольготнее, и я вернулась к прежней теме.

— Так значит, Абрамелин, положить конец королевскому проклятию может только смерть?

— Ты что задумала? — вмешалась королевна. — Это не наши проблемы.

— Угу. Сами мы не местные, дело наше пятое… но если так пойдет дальше, в королевстве скоро сожгут всех женщин. Пора это прекращать.

— И что ты предлагаешь?

— Есть задумки. И тебя, Абрамелин, я попрошу поспособствовать. Не бойся, с горы слезать не придется. Во-первых, я хочу изучить через магический кристалл дворцовый комплекс. А затем, возможно, понадобится кой-какой реквизит.

— Идет, — отвечает он. — Завалялось у меня тут барахлишко… по молодости форсил, а сейчас надевать уже неприлично.

Мы забрали то, что не окончательно истлело, и напоследок маг спросил:

— А может, кто-нибудь останется?

— Я бы осталась, — грустно сказала княжна. — Барсик очень симпатичный. Но я хочу встретиться с мужем.

— Что ж, тогда порасспросите знакомых, не согласится ли какая пойти ко мне в домоправительницы.

— Мы пришлем к тебе Дуру, — сказала я, и остальные согласно кивнули.

Когда мы с королевной появились перед входом во дворец, вид у нас был еще тот. Высокие колпаки со звездами, мантии с солнцем и луной, жезлы. Мы держали большой сундук. И грянули хором:

Зло есть добро, добро есть зло.

Летим, вскочив на помело!

Взявшись за руки бегом

Вкруговую в пляс пойдем.

Замелькает хоровод,

Из-под ног земля уйдет,

Девять раз кругом, кругом,

Обежим и круг замкнем.

Круг заклят и слово наше крепко!

Текст нам тоже дал Абрамелин. Уверял, что самый ни на есть подлинный. Во всяком случае, впечатление произвел. Привратник побледнел и спросил:

— Откуда вы, ночные вы чертовки?

— Мы, — говорим, — ученицы великих магов Мерлина, Малагиса и Абрамелина (на этих мы могли ссылаться смело. Мерлин давно умер, Малагис вроде бы тоже, Абрамелин же в недосягаемости). Принесли, по их воле, лекарство от королевского проклятия. Оно в этом сундуке.

Вышел церемониймейстер, начал требовать сундук. Никак нельзя, отвечаем мы. Заглянуть в сундук может только миропомазанный король. Всякого другого чары лекарства убьют на месте. Пока пререкались, явился король — весь из себя король: гордая осанка, голова откинута, очи, кудри, то, се… Но мы уже знали из магического кристалла, какой он был пакостник. Договорились, поскольку он боялся оставаться наедине с сундуком, что мы будем рядом с ним, дабы руководить процессом излечения. Нам только этого и надо было. Разумеется, предварительно нас обыскали на предмет наличия оружия (его не было) и отобрали жезлы (они были не настоящие и могли сгодиться лишь на веретена). Что было дальше, легко угадать.

Я открыла сундук, король нагнулся посмотреть, что там на дне, и королевна опустила крышку. А края мы заточили на совесть — что твое лезвие… Потом мы запихали обезглавленное тело в сундук, спустились из окна по веревкам, которыми были опоясаны, а внизу нас ждала княжна, каковая, будучи специалистом по животным, свела лошадей из королевской конюшни…

Насколько я потом слышала, в покои короля долго потом не решались войти, несмотря на вонь. Потом один слуга всё же отважился. А раз было сказано, что заглянуть в сундук может только король, его королем и выбрали. Он уменьшил подати и прекратил охоту на ведьм.

А мы тем временем ехали в сторону Радужного моря. На что жили? Разве я не сказала, что мы прихватили кое-какие безделушки в королевских апартаментах? Это же подразумевается. А потом загнали с прибылью.