В глазах же всей остальной троицы тут же промелькнуло облегчение. Ребята всерьез предполагали, что, будучи сегодня дежурным по Лицею, мэтр Массажу вызвал их в качестве дополнительной рабочей силы. Например, подмести садовые дорожки, вынести на свалку мусор, подстричь фигурные кусты аллеи у главных ворот.
– Можете быть спокойны, к приходу гостей все готово, – заверил их Массажу. – За исключением одной маленькой детальки...
И он хитро улыбнулся, подкручивая черные усики.
– Вас ожидает сам Берендей Кузьмич, – торжественно закончил он, делая рукой приглашающий жест.
Однако двери обсерватории тут же сами широко распахнулись, и стремительно вошел Берендей. Его лицо выражало одновременно тревогу, удовлетворение и озабоченность. Очевидно, именно этот букет чувств и эмоций снедал теперь главного чаровника Лицея.
– Явились, други мои? – кивнул он ребятам. – Оч-чень замечательно и просто расчудесно. Гости уже явились, и теперь пьют молоко и закусывают кренделями с дороги. Не ровен час, теперь уже прибудут сюда, а я еще не дал вам самых главных указаний. Ручаюсь, это будет для вас, ребятки, самый большой сюрприз последних дней.
– За какой именно период? – деловито осведомился педантичный Максим.
В течение его недолгого пребывания в Лицее сюрпризов на его голову, тем не менее, уже свалилось видимо-невидимо. Денис же, Леся и Влада просто сгорали от любопытства.
Денис тут же забыл и про рыбалку, и про недочитанные книжки в стиле фэнтези. Еще бы – сам старший чаровник Лицея Берендей Кузьмич сулит им что-то интересненькое!
– За отчетный, – сухо молвил чаровник. – Только, чур! – сразу не отказываться! Уговор?
– Могила! – единым духом выдохнули Денис с Максом.
А девочки презрительно фыркнули. Они предпочитали более романтичные и вместе с тем – гораздо более убедительные клятвы и обещания.
Спустя несколько минут ребята впервые ошеломленно переглянулись. Сказать, что они были удивлены – значит, не сказать ровным счетом ничего.
Знаменитый чаровник лично предложил им защищать честь их родного Лицея волшбы и чародейства! И не где-нибудь, а в самом сердце Севера! В далеком замке лесного Норда, где размещалась Академия местной магии и волшебства под звучным названием Магисториум! Разве с этим могло сравниться жалкое купание в мелкой и теплущей Дунайке?
Но Денис не успел еще даже и обмолвиться с друзьями парой слов, как во дворе прозвучала чистая, голосистая труба.
Берендей немедленно огладил свою окладистую бороду, шутливо погрозил ребятам пальцем и вышел в двери. За ним тут же отправился месье Массажу, знаком велев друзьям следовать за ним. Денис вышел первым, и его глазам предстало занимательное зрелище.
Посередь обсерваторского двора, мощенного древним серым булыжником, выстроилась шеренга людей в темно-синих и черных одеждах. Среди них оказалось трое взрослых и пятеро ребят. Очевидно, это и были посланцы Магисториума, тамошние учителя и воспитанники.
– Высокий ректор-Магистр Академии Магисториума в моем недостойном лице приветствует достославных хозяев Лицея и желает всем здравия и процветания! – негромким, но звучным голосом произнес высокий седобородый мужчина, закутанный в длинный плащ. – Сам я декан Алоиз, старшина делегации. Для ведения дел и ритуалов уполномочен и просветлен великим ректором-Магистром Академии.
При этих словах он низко поклонился, едва не прочертив рукой по булыжнику двора. И можно было заметить, как на груди волшебника, в складках слегка распахнувшегося плаща, что-то морозно, серебряно блеснуло.
Берендей крякнул, приосанился и завернул в ответ не менее цветистое приветствие. А месье Массажу помахал за него шляпой, тоже едва не подметая землю.
Видно было, что такие вычурные и церемонные этикеты чаровнику не по сердцу, но уважить дорогих гостей следовало непременно по их собственному обычаю.
Пока взрослые волшебники обменивались церемонными поклонами и словами любезности, Денис с друзьями во все глаза разглядывали учеников Севера.
Пятеро ребят были одинаково одеты и обуты – в темно-синие куртки с откинутыми глубокими капюшонами, крепкие шаровары и невысокие мягкие сапожки на толстой подошве. По всему видать, обувь воспитанников Магисториума была специально приспособлена для ходьбы по горным лесам и каменистой почве.
Только подпоясаны ребята были шнурами разного цвета. У самого маленького, Леонарда – белым. У прочих – темными, почти сливавшимися с тканью курток.
"Вот по этой примете их и отличать нужно", – смекнул Денис. – "Небось, тоже – по годам обучения разнятся...".
Ему сразу приглянулся Арвид, широкоплечий, высокий парень, с открытым и честным лицом. И еще Густав. В отличие от других ребят, как по команде дружно потупивших взгляд, этот нет-нет, да и посматривал на Берендея и лицеистов со спокойным и дружелюбным интересом.
"А неплохо бы у ребят выспросить об их житье-бытье", – прикинул Денис, изредка поглядывая на воспитанников и особенно на широкоплечего здоровяка Арвида. – "По всему видать, у них совсем другие порядки. Даже по одежде видно – все по форме, ровно по уставу военному..."
Денис представил, как бы они заявились в Магисториум всей своей разношерстной компанией. Особенно любительница экстравагантных нарядов Влада! Да и Леся частенько устраивала себе на платье целые гирлянды из живых цветов, точно настоящая фея весеннего леса.
Пожалуй, нужно будет перед сборами всем как-то договориться, чтобы не оделись как стая попугаев!
Однако, как оказалось, экстравагантные наряды отпали сами собой.
Когда все ритуалы и церемонии были соблюдены, воспитанники Магисториума вместе с учителями отправились в гостевой терем – обустраиваться. Берендей же представил ребят из делегации Лицея декану Алоизу.
Седобородый северянин покивал головой, пожевал губами, после чего пригласил Берендея Кузьмича отойти в сторонку. Так сказать, переговорить наедине.
Шептались они недолго.
Все это время рядом с ребятами оставался только дежурный по Лицею месье Массажу в ожидании каких-нибудь срочных распоряжений от чаровника.
Берендей, судя по выражению его лица, вначале удивился словам декана, затем нахмурился и вопросительно посмотрел на северянина.
Тот покачал головой и твердо что-то сказал, видимо, повторил уже сказанное. После чего знаменитый чаровник Буяна нехотя кивнул, и они распрощались.
Декан поспешно ушел к своим людям, в гостевой терем, а Берендей вернулся к ребятам. Вид у него был озадаченный, если не сказать больше – чаровник откровенно расстроился.
– Вот ведь незадача, – пробормотал он, оборачиваясь вслед ушедшему северянину. – Ведь забраковал наш гость Владу! Попросил заменить ее в делегации Лицея. Вот такие дела...
– Это почему-у-у? – разочарованно протянула девочка. – А Денис? А Леся? Это ж несправедливо, Берендей Кузьмич!
– Знаю, что несправедливо, – согласно кивнул чаровник, хмуря косматые брови. – Нешто я не разумею? Да ведь так пожелать изволил сам высокий гость декан, язви его комар... А мы ж все-таки – встречающая сторона, получается. Тут тебе и законы гостеприимства, и эле-мен-тар-ная вежливость!
Последние слова Берендей Кузьмич произнес тихо и в сторону, однако расслышали все.
– Ну, насчет справедливости-то их высокий декан поправился маненько... – вздохнул чаровник, и ребята слегка приободрились. – Да только не так, как вам думается, ребятки... – тут же охладил их энтузиазм Берендей. – Не в ту сторону, стало быть.
– Что значит – не в ту? – тихо, одними губами произнесла Леся.
– Не одной Владе, однако, нынче отказано, – покачал головой чаровник. – И тебя, Лесенька, он тоже попросил заменить. На кого-нибудь из ребят, значит...
Тут уж все лицеисты буквально застыли на месте. Денис просто не верил собственным ушам!
– Ну, это уже ни в какие ворота не лезет! – чуть ли не заскрежетала зубами пунцовая от возмущения Влада. – Только я засобиралась, платья прикинула и все прочее ... А теперь еще и Лесю не брать? Да какое он право имеет, Берендей Кузьмич?!
И в ее голосе тут же послышались слезы горькой обиды. Леся пока молчала, но тоже сердито надулась, как мышь на крупу.
– Как это – какое? – в притворной строгости зашептал чаровник. – Они ж гости. А желание гостей – закон. Так испокон веку повелось. И не только на Буяне, а на всем честном свете. Придется теперь уважить гостей, выполнить их просьбу. Очень, кстати, твердую и непреклонную, – прибавил он с нажимом.
Всеобщее уныние воцарилось среди ребят. Даже месье Массажу сочувственно глядел на девочек. А он давно и заслуженно славился в Лицее тем, что среди учеников у него никогда не было никаких любимчиков.
– Ладно, Денис и Максим, ступайте собирать рюкзаки, – вздохнув, велел Берендей.
