начале своего технологического развития, но не пройдет и пары столетий, как все изменится.
Гремлины на дух не переносили механизмы. Они с радостью все ломали, не заботясь о том, что поломки могли вести к человеческим смертям.
Нелюбовь к технологиям привела к тому, что гремлины стали врагами гномов. Те, в отличие от своих волшебных собратьев, питали к механизмам нешуточную страсть.
Может быть, она чего-то не знала?
За два года Агата узнала и вспомнила многое, но память предшественницы так до конца и не восстановилась. Чужие воспоминания время от времени все еще всплывали в голове, и казалось, что этот процесс будет длиться очень долго.
Поднявшись, Агата расправила складки на платье. Она собиралась посетить кое-кого.
– Госпожа? – встрепенулась Фрея, трепеща крыльями.
Взгляд Агаты упал на существо.
– Мне нужно ненадолго отлучиться, – произнесла она и погладила девушку по голове, приглаживая светлые кудряшки. – Не попадайся никому на глаза.
– Да, госпожа! – радостно отозвалась Фрея и взмахнула крыльями.
Закрыв лавку на ключ изнутри, она направилась в глубь помещения.
Темный зал с громадным количеством стеллажей выглядел так, словно у него не было конца. Многочисленные вещи покоились на своих местах, издавая слабый магический гул, который вполне мог не заметить не знающий о такой малости человек.
Поначалу Агата тоже ничего не слышала.
Чем дальше она шла, тем темнее становилось. В этом отделе хранились самые скверные вещи, от которых порой можно было ждать проблем. Не все они хотели спокойно лежать на полках, дожидаясь, пока за ними придут.
Услышав шум, Агата резко посмотрела вправо и заметила, как одна из коробок дрогнула, а потом и вовсе запрыгала. В следующий миг коробка рухнула на пол, и из нее вывалилась вставная челюсть.
– Снова ты, – пробормотала Агата. Остановившись, она понаблюдала некоторое время, как челюсти пляшут на каменном полу, а затем подхватила их и сунула обратно в коробку.
Те недовольно защелкали.
– Тихо, – приказала Агата и захлопнула крышку, поставив коробку на место. Она очень ждала, когда уже владельцы явятся за своей собственностью.
Оглядевшись, она направилась дальше. Еще пару раз некоторые из наиболее нетерпеливых пытались привлечь ее внимание, но никто не заходил слишком далеко.
В итоге в какой-то момент Агата шагнула в полную тьму.
Шаг, второй, третий…
На краю видимости затрепетал свет факела.
Моргнув, Агата вздохнула, ощущая, что мир изменился. Теперь в нем отчетливо ощущался вкус магии.
Лавка на этой стороне очень отличалась от части, находящейся в мире людей. Само помещение выглядело похоже, если не обращать внимания на зеркальность расположения мебели. Хранящиеся в этой половине вещи тоже были другими – их пропитывало такое количество магии, что некоторые из них были разумными.
При ее появлении многочисленные предметы в лавке задребезжали и запрыгали.
– Тише вы, – попросила Агата, мимоходом поглаживая все, до чего дотягивалась.
Статуэтка черной кошки прыгнула ей в руки и замурчала. Фарфоровая гладкость под пальцами ощущалась теплой, словно внутри кем-то сделанной фигурки действительно билось настоящее сердце.
– Тари, дорогая, как ты сегодня? – спросила Агата, поглаживая кошку по голове.
– Хор-р-рошо, – мурлыкнула Нефертари, косясь на нее янтарным глазом. Ощутив руку хозяйки, она прищурилась и ласково ткнулась в ладонь.
Впрочем, мгновение спустя кошка спрыгнула с рук и уселась на комоде, принимаясь вылизывать лапу. На ее шее поблескивал золотой ошейник, усыпанный мелкими бриллиантами.
Приласкав еще пару оживших вещей, Агата добралась до двери и на миг прикрыла глаза, глубоко вдыхая, – никогда не знаешь, что увидишь по ту сторону.
В мире людей лавка располагалась в тихом районе, куда редко заглядывали посторонние, но в этой части все было не так. Каждый раз дверь словно путешествовала из одного места в другое. Агата догадывалась, что должна уметь управлять этим, но пока получалось плохо.
Повернув ключ, она шагнула наружу и осмотрелась. На этот раз дверь вывела в спокойный район – уже хорошо.
Магические существа были очень разными. Одни предпочитали тень лесов, другие – влажность озер, третьи – высоту гор. Большинство из них жили так, что Агата едва могла понять их образ жизни.
Магия – настоящий хаос. Ее было сложно осознать простому человеческому разуму, который привык все упорядочивать.
Именно поэтому Агата была рада, что сегодня ей посчастливилось выйти на территории гномов.
Те были чем-то похожи на людей. Они любили механизмы, золото и драгоценные камни. В основном гномы жили и работали под горами, но не гнушались строить настоящие города на поверхности.
Иногда сюда забредали другие создания.
– Доброе утро, госпожа! – поздоровалась с Агатой проходящая мимо гнома.
– Доброе, – с улыбкой поприветствовала она незнакомку. – Хорошего дня.
– И вам, госпожа, – зубасто улыбнулась гнома, отсалютовав ей киркой.
Поначалу Агата всегда напрягалась и удивлялась, когда с ней здоровались незнакомцы, но постепенно привыкла. Казалось, в этом мире ее знали все. Агате пришлось многое вспомнить, чтобы понять почему.
Закрыв дверь в лавку, она направилась в сторону довольно приметного здания. Оно было по-прежнему неизменным. Куда бы ни вели двери лавки, напротив нее всегда стояло это здание.
Приблизившись к двери, Агата увидела, как каменный уроборос – страж – начинает оживать. Его изумрудные глаза сверкнули. В следующий миг дверь открылась.
Агата шагнула внутрь и мгновенно оказалась в центре зала. Вокруг нее словно из воздуха возникло тринадцать стульев, на двенадцати из которых восседали старейшины этого мира.
– Доброго дня уважаемым старейшинам, – поздоровалась Агата, переводя взгляд с одного человекоподобного существа на другое. Многие из них презирали людей, но по какой-то причине все равно имели ненавистный облик. Агата всегда считала это странным.
– Что на этот раз привело к нам достопочтенного феникса? – вместо приветствия ее, как всегда, встретил вопрос. Учитывая, какими старыми были сидящие в зале существа, порой они бывали очень нетерпеливыми.
– В мире людей видели гремлина, – перешла сразу к делу Агата. Она была здесь пару раз, поэтому уже немного привыкла к тому, как старейшины ведут дела.
– И что? – спросил другой старик. Хотя назвать его таким словом было очень сложно. Высшие эльфы не менялись внешне с годами, вечно оставаясь юными и притягательными.
