влез на него. На стеблях были такие початки, что ими можно было оглушить медведя.
Но со мной случилось несчастье. Каждый год кабаны ели мою кукурузу и вытаптывали её копытами. Поэтому я сторожил кукурузное поле. У одного поля я развёл костёр, а у другого выбрал местечко для дозора.
Сижу раз, смотрю… вдруг послышались шум и треск. Вижу – выскочил большой кабан. Срезал он своими клыками стебель кукурузы и начал есть початок. Я прицелился в него из дробовика и выстрелил. Подбежал туда, смотрю – кабана нет. Тут я вспомнил, что, когда заряжал дома дробовик, забыл насыпать картечь и зарядил его фасолью. Вдруг смотрю – опять лезет кабан. Я прицелился в него и выстрелил. Да разве фасолью можно убить огромного кабана? Захрюкал он и убежал в лес. На следующий год продолжалось то же самое – снова кабан приходил пожирать мою кукурузу. Как-то ночью я отправился стеречь кукурузное поле. В этот раз мне удалось подстрелить кабана, хотя было совсем темно. Когда я подбежал к кабану, он был уже мёртв. Но тут я увидел что-то совсем небывалое… Скажи, что я увидел?.. Не знаешь? Ну ладно! Я сам тебе скажу: кабан был весь обвит стеблями фасоли.
Утром ко мне подошёл сосед. Он покачал головой и сказал: «Оказывается, в этого кабана кто-то пальнул из дробовика не картечью, а фасолью».
И тогда я вспомнил, что ведь это я сам стрелял в кабана фасолью! Собрали мы с соседом фасоль, которая выросла на теле кабана, взвесили, и оказалось ровно полпуда… Слышал ли ты когда-нибудь о таких делах, князь? – спросил Джир.
– Не слышал, никогда не слышал! – с досадой воскликнул князь. – Ты выиграл, чтоб молния тебя сожгла!
Весь красный от злости и от натуги, князь нагрузил золотом Джира и его осла и дал в придачу ещё двух ослов, которых отобрал у его старших братьев. Весёлый и довольный, юноша отправился домой.
Но двум ослам, которые отъелись у князя и сильно обленились, вовсе не хотелось возвращаться к своим прежним хозяевам, чтобы работать до потери сил и жить впроголодь. И вот на стоянке они уговорили третьего осла вместе с ними лечь на землю и отказаться идти дальше. Как их ни понукал Джир, ничего не получилось: ослы и не думали вставать.
«Неужели ослы меня переупрямят, после того как я справился с самим князем?» – подумал Джир.
И он пустился на такую хитрость. Забежал за кусты и стал кричать:
– Кузнец, кузнец! Положи железный прут в огонь. Пусть полежит до завтра, а там я его пущу в ход: надо подбодрить моих ослов.
Услышали это ослы, испугались и решили:
«Не стоит валяться ещё целую ночь и дожидаться, когда нас отхлещут раскалённым прутом. Уж лучше уступить! Пусть будет что будет!»
Встали они и пошли.
Вернулся Джир к братьям, привёл им их ослов, да ещё дал много золота. С того времени все они стали жить дружно, хорошо и не знали больше нужды и горя. А князь-самодур от досады потерял рассудок и вскоре умер.
Вдова и ласточка
Жила когда-то бедная вдова; детей у неё было много, да всё малыши. С большим трудом она добывала им еду.
Однажды вдова сидела на пороге хижины и штопала детское платье. Вдруг из ласточкиного гнезда выпал птенец и оказался у её ног. Вдова взяла птенца в руки, осмотрела его и увидела, что он сломал ножку. Добрая женщина пожалела птенца, перевязала сломанную ножку нитками и уложила его в гнездо.
Наступила осень, птицы улетели в тёплые края, опустело и ласточкино гнездо. Так прошла зима, а весной опять прилетели ласточки.
В один из весенних дней вдова, как всегда, сидела на пороге своей хижины и, как всегда, что-то штопала.
Вдруг к ней подлетела ласточка. Она положила на колени вдовы тыквенное семя, ласково защебетала, вспорхнула и исчезла.
Вдова догадалась, что эта ласточка – тот самый птенец, которого она спасла и вылечила.
Посадила она тыквенное семя в огороде, и выросла из него тыква – такая большущая, какой вдова никогда прежде и не видывала.
Когда тыква созрела, вдова разрезала её ножом, да так и ахнула: из тыквы посыпались со звоном золотые и серебряные монеты, и столько, что и не сочтёшь! Счастливая женщина рассказала обо всём своей соседке.
А та, хитрая, жадная и злая, позавидовала ей. Долго думала она и наконец придумала: дождалась лета, нашла ласточкино гнездо, вынула оттуда птенца и переломила ему ножку. А потом старательно скрепила её шёлковыми нитками. Затем она положила птенца в гнездо и стала ждать себе награды. А вышло вот что: когда наступила весна и птицы возвратились из тёплых стран, к ней подлетела ласточка и уронила семя тыквы.
Обрадовалась жадная соседка, посадила семя в огороде; ждёт не дождётся, когда тыква вырастет.
Выросла тыква – такая большущая, что руками её не обхватишь. С трудом соседка притащила её в дом, заперлась и разрезала. Но из тыквы посыпались не золотые и серебряные монеты, как она ожидала, а выползли медно-красные змеи. Набросились они с шипением на жадную и завистливую женщину и стали кусать её.
Мудрая Расидац
Жил когда-то богатый князь Ахмат. У него был сын по имени Салби.
Когда Салби вырос, а князь состарился, он женил своего сына. Сыграли свадьбу. После этого прошла неделя.
И вот князь решил испытать своего сына и невестку – ведь после его смерти всеми его владениями должен будет управлять сын, а жена его должна быть ему советчицей.
Призвал князь Салби и сказал ему:
– Сын мой, завтра с раннего утра мы отправимся в далёкий путь. Позаботься, чтобы к тому времени всё было готово для поездки.
– Хорошо, отец, – ответил Салби.
Стал он собираться, а жене поручил приготовить всё нужное в дорогу. Молодая жена хлопотала целую ночь без сна и отдыха – собирала разные припасы.
Рано утром, ещё до рассвета, Салби оседлал лошадей и сложил припасы в хурджин[2].
Осмотрел князь Ахмат коней и остался доволен. Салби поддержал ему стремя, и отец вскочил в седло. Тут князь Ахмат оглянулся и крикнул сыну:
– Оставь хурджин, зачем ты взвалил его на лошадь? Обойдёмся и без запасов!
И они тронулись в путь.
Ехали они долго, перебрались вброд через бурную речку и двинулись дальше по крутой горной
