второй человек после министра магии Искандера.
– Ты чего так долго? – Оливия недовольно скрестила руки на груди.
Она сидела на мягком стуле с резной деревянной спинкой и ножками в виде лап льва. На этих самых ножках Оливия нетерпеливо раскачивалась, как какой-нибудь хулиганистый ребенок.
– Чейн со своей компашкой задержал.
– Пф! Он опять взялся за свое?
Я грустно улыбнулась.
– Не опять, а снова. Собственно, он никогда и не переставал. Просто при тебе держит лицо, а стоит одну меня поймать, так сразу показывает себя во всей красе.
Оливия недовольно цокнула языком.
– Я ему на следующем светском приеме слабительное подолью в бокал с пуншем, – пообещала она.
Я прыснула от смеха и уселась рядом с подругой.
Оливия ди Мануэ́ль была жгучей брюнеткой со смуглой кожей и густой копной длинных темных волос, одета в белую блузку и длинную темно-синюю юбку. Мы учились с Оливией на одном курсе, и она, в отличие от меня, как раз была чистокровной аристократкой Искандера, каким в стране были открыты все двери. А в сочетании со статусом ее драгоценного папочки, Оливия могла почти на любое мероприятие пройти, потребовав выделить ей место в персональной ложе. Что, собственно, она и сделала в этот раз, воспользовавшись своим положением и проведя меня на эту конференцию, хотя самой Оливии мероприятие было совершенно неинтересно.
– Что там с Сабриной? – взволнованно спросила я, облокотившись на ограждение балкончика.
В нашей ложе, кроме нас, никого больше не было. Но тут и балкончик был маленький, всего на четыре места, и к нам никого не подсадили по просьбе дочери главы Охранной гильдии, разумеется.
Отсюда открывался отличный вид на сцену и партер. Хорошо было видно трибуну, за которой сейчас выступал импозантный мужчина в черной мантии и черной шляпе.
Свет в зале был приглушен, и в хрустальных люстрах красиво бликовало магическое пламя.
– Профессор Сабрина д’Аки́рова еще не выходила на сцену. А этот ведущий всё талдычит и талдычит всякую пафоснятину…
– Как думаешь, у меня получится сегодня пообщаться с Сабриной? – не скрывая волнения в голосе произнесла я, жадно вглядываясь вниз на сцену и высматривая нужного мне человека в партере.
– Я не думаю, я – знаю! Я уже поговорила с организаторами и договорилась о встрече с профессором д’Акировой после мероприятия. Так что если тебе не удастся получить ответы на свои вопросы во время конференции, то у тебя будет минут десять после.
– Да ладно? Олли, ты чудо! – с чувством выдохнула я, на эмоциях аж кинувшись обнимать подругу.
Профессор Сабрина д’Акирова являлась одним из ведущих артефакторов в нашей стране. И мне позарез нужно было с ней встретиться, чтобы наконец-то сдвинуть мое расследование с мёртвой точки и хоть на шажочек приблизиться к возвращению в мой родной мир, из которого меня однажды беспардонно вырвали.
– Знаю, что я чудо, – не без гордости произнесла Оливия, осторожно высвобождаясь из моих крепких объятий.
И резко сменила тему:
– Слушай, а ты как считаешь, для свидания с Николасом сегодня вечером мне какой лучше лак для ногтей подобрать: золотистый или алый? Или бежевый оставить? Никак не могу определиться.
Она при этом разглядывала свои ногти с идеальным маникюром с таким видом, будто ничего важнее для нее сейчас в жизни не было. Впрочем, зная подругу: да, для нее это действительно было важной темой, к которой она подходила со всей самоотдачей.
– Николасом? – переспросила я. – А это еще кто?
– Как – кто? Мой парень! – возмущению Оливии, казалось, не было предела. – У нас с ним, знаешь какая любовь?
– С утра же вроде у тебя еще какой-то Келвин был, – припомнила я. – Или Колин?..
– Колин был на прошлой неделе, ну ты нашла кого вспоминать вообще! – фыркнула Оливия. – Еще бы Дэрвина вспомнила!
– Так что там с Келвином случилось?
– Мы с ним расстались, – трагичным голосом произнесла Оливия. – Сегодня утром. Он забыл пожелать мне сегодня доброго утра, представляешь? Ты же понимаешь, что я не потерплю такого отношения к себе, это возмутительное пренебрежение к моей персоне. Это был ужасный удар для меня, но я поняла, что у нас просто нет совместного будущего, ты понимаешь? Я так страдала после расставания, ужас просто! Места себе не находила…
Я важно покивала, делая вид, что разделяю горе подруги.
Осторожно уточнила:
– Я так понимаю, страдала ровно до того момента, как познакомилась с Николасом?
– Он просто душечка! – Оливия расцвела при этих словах и застенчивым жестом прижала ладони к щекам. – Он появился в моей жизни ровно в тот момент, когда я так нуждалась в сильном мужском плече! Он просто подошел и сказал – Оливия, ты будешь моей! Чуешь, какой у него серьезный настрой? Он натурально спас меня из глубокой депрессии! Ну ты понимаешь, да?
Я подавила смешок, но не удержалась от того, чтобы возвести глаза к потолку.
– Конечно, Олли.
Ну а что я еще могла сказать?
Оливия такая Оливия. Парней меняла как перчатки, я за ее новыми кавалерами вообще не успевала. И особого значения ее актерским талантам в жанре драмы не придавала.
– Как ты еще не путаешься в именах своих вторых половинок? Нумеровала бы их для простоты, – хмыкнула я. – Зачем им вообще имена давать, если они каждую неделю меняются? А то и чаще.
Оливия посмотрела на меня, как на идиотку.
– Лина, ну ты чего? Я просто всех «зая» называю, зачем мне их именами свою прекрасную светлую голову забивать?
Хм, действительно…
– А ты кого в партере высматриваешь? – спросила подруга, глядя на мое сосредоточенное выражение лица. – Сабрина-то наверняка в закулисье сидит. Серьезная дамочка, как-никак, вряд ли она вместе с другими тусит.
– Да так… Интересно увидеть знакомые лица, – неопределенно ответила я.
На самом деле я усиленно высматривала Бестиана. Но ни алой мантии, ни шляпы-котелка, ни знакомой трости нигде разглядеть не могла.
Ну, допустим, шляпу и мантию он мог снять, а трость закрыть рукой или вообще положить ее около сидения так, чтобы не было видно. Но след, где его след?
Пока Оливия увлеченно рассуждала про восхитительного Николаса и новую коллекцию лаков для ногтей, я на несколько секунд позволила своим глазам вновь стать яркими зелеными с вертикальными зрачками и быстро оглядела зал в поисках знакомого следа. Ничего. По всему выходило, что Бестиана в зале не было. И в других ложах я тоже не заметила его энергетического следа.
И меня это беспокоило. Что-то было не так.
– Чейн со своими прихвостнями тоже в отдельной ложе сидит? – уточнила я, кинув взгляд на противоположный балкончик.
– Возможно, – Оливия пожала
