если найдется пункт, который мне не понравится? — пролистываю, не вчитываясь.
В глазах рябит и уже в который раз хочу прокричать, смеясь: «Это такая шутка?»
— Мой самолет не покинул взлетную полосу. У тебя есть несколько минут, чтобы исчезнуть. В прямом смысле этого слова, Марта, — серьезным тоном говорит, сведя брови вместе.
Для Алекса ссора с Омаром тоже несет последствия. Знаю.
Откидываюсь на удобное кресло. Таких нет даже в бизнес-классе.
Договор тяжелый. Над ним трудился не один юрист, и работа была выполнена за ночь. Жаль будет ребят, если я вдруг откажусь… Им же все равно заплатят?
Пробегаю глазами по первой странице. Шрифт мелкий. Текст на английском. Конечно же, мало что понимаю.
— А это что такое? — выпучив глаза, разворачиваю талмуд под названием «наша сделка» и тычу пальцем в один из пунктов, что удалось прочесть и перевести. Особых знаний и не нужно.
Алекс широко, но хищно улыбается. Я, в противоположность, ему хмурюсь.
Ерунда какая-то, ей-богу!
— Простая формальность…
Сдерживаюсь, чтобы не выкинуть какой-нибудь фарс. Я девушка горячая. Овен по гороскопу.
Пока обдумываю, гул самолетного двигателя стал громче.
Времени почти не осталось, когда Алекс вновь протягивает мне ручку. Столько риска, столько опасности.
У меня крутится множество вопросов: зачем это ему? Почему именно я и на эту роль? А если я влюблюсь? Где буду жить? Да и моя жизнь, получается, станет прописанным сценарием?
Жутко. Эта сделка хуже, чем с модельным агентством.
— Подписывай. Мы оба знаем, что у тебя нет выбора. Омар нанял людей, чтобы тебя нашли. Такие, как он, не прощают оскорблений. Особенно если их нанесли распутные женщины.
— Я не…
Хотя какая уже разница. Я в дерьме по самую макушку.
Уши закладывает от нарастающего шума.
Все, кроме меня, пристегнуты, одна я пробую справиться с ремнями бизнес-джета. В панике не попадаю в пазы.
Алекс не выдерживает. Он спокойно отстегивает сначала свой ремень и, встав, помогает справиться мне с моим ремнем. Не забывает прошептать на ухо: «Подпись, Марта. Иначе сделка отменяется. Один, два…».
Пахнет бензином.
Ставлю размашистую подпись. Только после этого Алекс возвращается на место.
— Могу хотя бы узнать, куда ты везешь меня?
— Мы летим домой, — переходим на повышенные тона.
Самолет готовится к взлету. А я не любитель летать. В горле ком от страха, и я то и дело прикрываю глаза, представляя землю и как ее трогаю.
— Домой? И где твой дом?
— Майами, Марта. И твой дом теперь тоже там.
Глава 6
Алекс
— Уф… Здесь душно, — пропускаю шантажистку вперед. И первое, что слышу, что ей здесь душно.
Здесь. В Майами, куда стремится попасть каждый второй житель планеты.
— Привыкнешь.
Пронзительный взгляд Марты влетает в меня, как острая стрела с каплей яда на наконечнике. Ей точно не нравится, когда ей делают замечания, критикуют, даже подшучивают.
Шантажистка перекидывает длинные темные волосы на одно плечо и с осторожностью спускается по трапу.
— Что дальше в твоем договоре? — она явно не может сидеть тихо и держать язык за зубами.
На ее месте другая бы сидела тихо и делала все, что ей говорят. Эта же… Пока она меня больше бесит. И сам себя тоже бешу. Надо было так вляпаться⁈
А все почему? Голос у нее такой, что, послушав, все про себя рассказать хочешь.
Глаза — темные, печальные. И я был несколько пьян. Позволяю себе раз в год. Пару месяцев назад я был пьян не один, а с Мартой.
— Пункт сто три, — читает, когда мы сели в машину.
Ноги у нее длинные. Колени острые. Грудь едва вырисовывается. Талия худенькая, и не скажешь, что ужин на две персоны съела одна.
Совсем не в моем вкусе.
— Допустимая норма употребления алкогольных напитков, в скобках — только вино, не более ста миллилитров в день. За исключением будней. Это что значит? — смотрю вперед, но боковым зрением вижу, как Марта въелась в меня своим любопытным взглядом. Щеку печет.
— Это значит, что в субботу или в воскресенье ты можешь выпить один бокал вина.
— То есть настолько ты расписал мою жизнь на девять месяцев? — злится. Пальцами трет бумагу до скрипа.
Нутром чувствую, Марта позволяет этой злости проявиться процентов на десять, не больше.
— Не хочу разгребать последствия в виде выложенных в сеть непотребных фотографий. Твой имидж теперь связан с моим.
Девчонка вздыхает и шумно перелистывает страницу.
Тоже вздыхаю. Будет сложно.
— А как насчет пункта сто сорок один? Длина юбки… Что-то сложное на английском.
— Трусами будешь сверкать после пятнадцатого декабря.
Называю конечную дату действия нашего договора.
— Ничем я не сверкаю, — шепчет и смыкает губы.
Ага.
Сдерживаю улыбку. Та ночь показала другое.
Останавливаю машину у небольшого ресторанчика на бульваре Бискейн. Полет был долгим, а есть в воздухе не могу.
Обхожу машину и помогаю выбраться шантажистке. Она с недоверием смотрит на протянутую руку.
— Замерзла? — ладонь у Марты холодная.
— Нет… — качает головой и вырывает руку.
В ресторане выбираю дальний столик на солнце и натягиваю очки на глаза. Марта щурится. У девчонки из вещей только ее ужасная униформа проститутки и подписанный договор.
— Заказывай, — киваю на меню.
Жмется.
— У меня денег нет.
Закатываю глаза. Определенно бесит.
Пока делаю заказ за двоих, Марта исподтишка рассматривает меня. Неужели от нее зависит моя карьера? Неудавшаяся модель с худыми ногами и скверным характером?
Марта, как ее, Вавилова… Девчонка чувствует, что думаю о ней, и вскидывает взгляд. Останавливается и даже не моргает, не дышит. Напугана, если не в страхе. Неумело прячет его за безразличие и легкость к происходящему с ней.
Точно не в моем вкусе.
— Можно вопрос?
Марта ковыряет вилкой довольно вкусный омлет и не поднимает на меня свои черные магнетические глаза.
Заметил, что у девчонки длинные пальцы без единого кольца. На шее нет и тоненькой цепочки. Нет сережек.
— Почему именно такая помощь? Ну то есть вариантов же много было. Наверное…
— Сложно сделать что-то с человеком, когда он на виду.
— А я на виду? — усмехается. Улыбается, но грустно.
— Я на виду, Марта. Моя девушка, — руками указываю в ее сторону, — тоже.
— А Омар тебе ничего не сделает?
Ой, не поздно ли ты задумалась, шантажистка, блин?
Ухожу
