ты хочешь меня познакомить, живёт в поезде?
— Почти.
— Хватит говорить загадками, Реми.
— Ты со своей работой совсем разучилась быть спонтанной, — покачал он головой.
Эстель закатила глаза, радуясь, что Реми шёл впереди и не видел этого жеста. Она понимала, что Реми всячески пытался намекнуть, какой странной она стала. Да и сама Эстель никогда бы не подумала, что сможет настолько сильно измениться. Сегодня она постаралась принять советы к сведению и стать той, кем она когда-то была. Изменения начались, конечно же, с внешнего вида. Как ни крути, а одежда очень сильно влияет на ощущения момента и мысли человека. Эстель могла с уверенностью подтвердить это, ведь её работа была связана с внешностью человека столько времени и она испытала преображения на себе.
Несмотря на то, что ей хотелось отбросить все лишние мысли и просто отдаться времяпрепровождению с Реми, беспокойство не оставляло её ни на минуту. Раньше у неё не было столько свободного времени для размышлений, сейчас же его оказалось слишком много.
Шли они около двадцати минут по узким лесным тропинкам, которые порой и вовсе пропадали. Эстель заметила, что успела отвыкнуть от повалившихся сухих деревьев, насекомых и намокших от росы кроссовок. Неожиданно лес словно прервался, и Эстель увидела широкую пустую полосу без деревьев. Сквозь траву она разглядела спрятавшиеся в ней рельсы, которыми, судя по их состоянию, давно никто не пользовался.
— Почти пришли, — Реми повернул налево, ускоряя шаг.
Чуть поодаль Эстель увидела старые заброшенные вагоны. Почему они стояли не на рельсах, а сбоку от них, в хаотичном порядке, вряд ли кто-то мог ей объяснить.
— Олаф! — вдруг крикнул Реми и помахал рукой.
Эстель увидела, как он побежал навстречу возникшему из тени вагона человеку, который тепло улыбался и с радостью поприветствовал Реми, сжав его в крепких объятиях. Человек, которого Реми назвал Олафом, на вид был старше и крупнее. Эстель сразу бросилась в глаза простая, изрядно поношенная одежда, хотя сам Олаф вовсе не выглядел грязным или неухоженным.
Она осторожно подошла к ним со спины, в то время как Реми уже активно вёл беседу. Заметив её, Олаф снова улыбнулся.
— А вот и принцесса для Реми.
Реми озадаченно оглянулся, на секунду сбитый с мысли, а после отрицательно помахал головой.
— Нет-нет, это Эстель, мы дружили в детстве.
— Правда? А я уже думал, что ты принялся менять девушек как перчатки после Софии.
Реми снова бегло взглянул на Эстель и тяжело вздохнул.
— Нет, Олаф, София — отдельная тема, Эстель — тоже. Друг к другу они отношения не имеют.
Эстель не была в курсе, кто такая София. Её имя она слышала впервые, да и Реми никогда не упоминал о ней в письмах, хотя, судя по всему, их связывали довольно близкие отношения. Она подошла ближе, уже давно не испытывая странную неловкость в присутствии чужого человека.
— Эстель, это Олаф, мой друг. Олаф, это Эстель, моя подруга.
Олаф выглядел бы опасно, если бы не его добрая улыбка и взгляд. Лицо было покрыто щетиной, волосы отросшими прядками в беспорядке падали на лоб. Клетчатая рубашка кое-где протёрлась, и это вовсе не была дань современной моде.
— И где же пропадала такая красавица, если вы с Реми дружили в детстве? С тех пор, как мы с Реми познакомились года три назад, я тебя не видел.
— Три года назад меня не было здесь, — Эстель пожала плечами. — Зато была… София?
Олаф громко прыснул.
— У вас будет что обсудить, ребята. Видимо, ты вернулась недавно, Эстель?
— Три дня назад. С половиной, — честно ответила она, хотя казалось, что уже прошла вечность.
— Что ж, Реми очень хотел, чтобы сегодня ты присутствовала здесь, поэтому мы с Гретой решили устроить что-то вроде чаепития. Проходи в нашу скромную обитель.
Гретой оказалась очень миловидная девушка, невысокая и хрупкая, рядом с которой Олаф выглядел просто великаном. Она порхала около потрёпанного столика, расставляя кружки. Эстель отметила, что ей очень шло лёгкое платье с неназойливыми цветочными узорами, которое вовсе не выглядело изношенным, в отличие от одежды Олафа.
Олаф, подойдя к ней, стиснул её в осторожных объятиях, и Грета счастливо спрятала лицо у него на груди.
— Мило, — шепнула Эстель Реми.
— Ты не представляешь, насколько мило, — таким же шёпотом ответил он.
— Грета, это Эстель, подруга Реми, — представил её Олаф, когда они подошли ближе.
Грета действительно выглядела радушной хозяйкой, принимающей гостей в загородном домике. В кружках был налит горячий чай, на блюдце в центре лежали разные печенюшки и конфетки. Эстель заметила, что вход в ближайший вагон занавешен палантином с пейзажем и наконец поняла, что это и был их загородный домик.
— Очень приятно с тобой познакомиться, — ещё шире улыбнулась Грета. — Реми редко приводит своих друзей, поэтому нам очень приятно. Присаживайтесь.
Место было неплохим. Несмотря ни на что всё вокруг выглядело ухоженным, включая и саму Грету.
— Я думал, ты придёшь вчера, — начал Олаф разговор с Реми.
— Вчера была тяжёлая смена, мне нужно было отоспаться. Да и у Эстель оставались дела в доме, разбор вещей и прочее.
— Ух ты, переезд? — оживилась Грета, грациозно выпрямившись; её глаза заблестели, словно она услышала нечто очень увлекательное.
Все посмотрели на Эстель.
— Скорее, возвращение к родителям, — пришлось ей пояснить.
