генерал Н. Ф. Ватутин. Членом Военного совета фронта, которому отныне подчинялся и Л. И. Брежнев, был Н. С. Хрущев. Фронт лишь недавно освободил столицу Украины Киев и теперь готовился не только к отражению немецкого контрудара, но и к возобновлению наступления на запад.
Когда идет война, все ее участники, хотя и в разной степени, подвергают свою жизнь опасности. На Украине погиб смертельно раненный командующий фронтом генерал армии Н. Ф. Ватутин. После тяжелой болезни умер командующий 18-й армией генерал-полковник К. Н. Леселидзе. Его заменил на этом посту генерал-лейтенант Е. П. Журавлев, а того — генерал-майор А. И. Гастилович. В опасные переделки попадал иногда и Л. И. Брежнев. Однажды рядом с ним был убит стрелок. В другой раз во время контратаки противника группа немецких войск прорвалась к Киевскому шоссе, и в отражении этого прорыва пришлось принять участие работникам политотдела, включая и самого Брежнева. Гораздо позднее Леонид Ильич писал: «Не теряя драгоценных секунд, я бросился к пулемету. Весь мир для меня сузился тогда до узкой полоски земли, по которой бежали фашисты. Не помню, как долго все длилось. Только одна мысль владела всем существом: остановить!»
Свидетелей этого подвига начальника политотдела так и не нашлось, да и вряд ли сам Брежнев написал своей рукой приведенные выше строчки. Тем не менее на предполагаемом месте этого короткого боя через десятки лет было решено возвести огромный монумент. Его возвели на окраине села Ставище Коростышевского района Житомирской области. На монументе надпись: «Здесь в ночь с 11 на 12 декабря 1943 г. начальник политотдела 18-й армии Л. И. Брежнев вел пулеметный огонь, отражая атаку противника». Я не хочу оспаривать сам факт ночного боя, таких эпизодов на фронте было немало и с генералами, а не только с полковниками. Однако фраза о том, что Брежнев не только редактировал армейскую газету, но «с автоматом в руках штурмовал немецкие казармы», которую можно найти даже в изданной в ФРГ биографии Брежнева, — явное преувеличение. В любом случае Брежневу повезло: за всю войну он не получил ни одного ранения.
В ходе общего наступления на Украине Красная Армия вышла к предгорью Карпат, и для наступления через Карпаты, которое требовало специальной подготовки, был создан новый, 4-й Украинский фронт. 18-я армия вошла в состав этого фронта. Бои в Карпатах были исключительно тяжелыми, но советские войска сумели одолеть врага и выйти на территорию Чехословакии. Рядом с 18-й армией сражался и Чехословацкий корпус под командованием генерала Людвика Свободы. Между советскими и чехословацкими офицерами состоялось несколько дружеских встреч, на которых познакомились также Брежнев и Свобода.
Не раз встречался Брежнев и с будущим диссидентом — подполковником, затем и полковником П. Г. Григоренко, начальником штаба одной из дивизий 18-й армии. Григоренко, вспоминая об этих встречах, не слишком лестно отзывается о Брежневе, хотя, как и почти во всяких мемуарах, и на воспоминаниях П. Григоренко лежит печать субъективизма.
За участие в боях за освобождение Украины Брежнев был награжден орденом Богдана Хмельницкого. В конце ноября 1944 года ему было присвоено звание генерал-майора. Войска фронта с января по май 1945 года провели ряд крупных боевых операций по освобождению Словакии и южных районов Польши, Моравско-Остравского промышленного района. Вместе с войсками 1-го и 2-го Украинских фронтов 4-й Украинский участвовал в завершающей войну Пражской операции 1945 года. Здесь, в Праге, и встретил генерал-майор Брежнев конец войны. Здесь же в середине мая 1945 года он был назначен начальником Политуправления 4-го Украинского фронта.
Сразу после окончания войны началось сокращение армии и демобилизация старших возрастов и части офицеров, в том числе и политработников. Брежнев, однако, был оставлен в армии еще на год. Вскоре после Парада Победы началась и реорганизация недавних фронтов в военные округа. На базе 4-го Украинского фронта был образован Прикарпатский военный округ, в котором Л. И. Брежнев стал начальником Политуправления.
В августе 1946 года он был направлен в распоряжение ЦК КП(б) Украины, возглавлявшегося тогда Н. С. Хрущевым, а там было решено поставить его во главе Запорожского обкома партии. Москва утвердила это назначение. В ноябре 1947 года Брежнева переводят на ту же должность в Днепропетровск, а в июле 1950-го — в Молдавию. Там он пробыл чуть больше двух лет, и уже в октябре 1952 года, на XIX съезде КПСС, он избирается в ЦК, затем становится кандидатом в члены Президиума и одним из секретарей ЦК КПСС.
После смерти Сталина Брежнев оказывается вне реорганизованных Президиума и Секретариата ЦК. Но 26 июня 1953 года, будучи заместителем начальника Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота, он принимает участие в аресте Берии. А в начале 1954-го оказывается в Казахстане.
В «Воспоминаниях» Брежнева можно прочесть: «Целина прочно вошла в мою жизнь. А началось все в морозный московский день 1954 года, в конце января, когда меня вызвали в ЦК КПСС. Сама проблема была знакома, о целине узнал в тот день не впервые, и новостью было то, что массовый подъем целины хотят поручить именно мне. Начать его в Казахстане надо ближайшей весной, сроки самые сжатые, работа будет трудная — этого не стали скрывать. Но добавили, что нет в данный момент более ответственного задания партии, чем это. Центральный Комитет считает нужным направить туда нас с П. К. Пономаренко».
В этом отрывке Брежнев не скрывает, что новое поручение было для него полной неожиданностью. Но он не пишет, что вызвал его в ЦК КПСС именно Н. С. Хрущев и что вся упомянутая здесь беседа происходила у него с Хрущевым. Брежнева не спрашивали о согласии, это был приказ, и он должен был его выполнять.
Главным, конечно, был вначале П. К. Пономаренко, тогда еще кандидат в члены Президиума ЦК КПСС. Это был очень умный, деятельный и жесткий партийный работник, типичный для высшего эшелона сталинского аппарата.
После недолгих сборов 52-летний Пономаренко и 47-летний Брежнев вылетели в Алма-Ату. В сущности, у них не было ни времени, ни возможности познакомиться с республикой, ее проблемами и кадрами, так как уже в самом начале февраля 1954 года в Алма-Ате состоялся пленум ЦК Компартии Казахстана. Ни Пономаренко, ни Брежнев не выступали на этом пленуме, но именно они по рекомендации ЦК КПСС были избраны соответственно первым и вторым секретарями ЦК КП Казахстана.
Всякие люди ехали на целину. По путевкам комсомола прибывали десятки тысяч комсомольцев. Партия направляла сюда организаторов, и некоторые из председателей колхозов Кубани быстро становились там секретарями обкомов партии. Но тянулись туда и эшелоны с недавними уголовниками; для тех, кто уже отбыл большую часть срока заключения и давал согласие работать на целине, была объявлена амнистия. Из разных районов страны в северные области Казахстана переводили ссыльных немцев Поволжья; это были, вероятно, лучшие работники
