– Добро пожаловать в Кифер Холл, – приветливо произнес юноша, проводя их в дом.
Вейнрайт представился и представил дочь.
– Леди Мертон ждет меня, полагаю, – сказал он.
– Мы все вас ждем. Если хотите снять накидку…
– Спасибо, предпочту оставить ее. Духи усопших приносят с собой прохладу.
– А! – Льюис одобрительно усмехнулся этой сентенции. – Проходите в гостиную, подкрепитесь стаканчиком вина, прежде чем приступите к работе.
– Отлично. Бокал кларета обостряет чувства. Спешить некуда. Лучшее время для встреч с потусторонним миром – полночь.
Льюис ловил каждое слово и мысленно представлял себя в капюшоне точно такого же покроя (хотя решил, что красная подкладка произведет более драматический эффект), изгоняющим призраков из замков прекрасных дам и пожинающим плоды победы в их будуарах.
Вскоре Вейнрайты были представлены элегантной и хорошенькой, но чем-то обеспокоенной немолодой даме, сжимавшей изящными пальцами кружевной носовой платок.
Вейнрайт склонился в учтивом поклоне и поднес к губам ее усеянную перстнями руку.
– Не волнуйтесь, леди Мертон, мы выясним, почему прошлые события нарушили ваш покой. Надеюсь, что вы ничем не спровоцировали недовольство предков, – сказал он.
Она издала возглас удивления и произнесла:
– Я так рада, что вы наконец здесь, мистер Вейнрайт.
Лорд Мертон уловил ее возглас и, прищурясь, стал рассматривать гостей. От него не укрылось, с какой надеждой мать смотрит на чудотворца.
«Что этот негодяй сказал ей?» – подумал он.
Чарити между тем обратила внимание на молчаливую неприязнь старшего сына и поняла, что им предстоит один из тех неприятных визитов, когда главный мужчина в доме не одобряет их вторжения. Она попыталась смягчить его раздражение.
– Какой у вас интересный дом, лорд Мертон, – начала она. – Фасад очень древний, не так ли? – К ее удовлетворению интерьер оказался модернизированным. Из камина времен Адама не просачивался дым, приятная мебель красного дерева блестела недавней полировкой. Два мягких дивана в дорогой тисненой обивке приглашали к откровенной беседе. За ними простиралась остальная часть гостиной, обставленной со всем блеском высокого стиля.
Мертон оказался не ворчливым занудой, чего Чарити втайне боялась, и повел себя с гостями вполне благопристойно.
– Да, вы правы, – отвечал он, – фасад и некоторые части западного крыла были возведены еще в пятнадцатом веке. Особняк значительно пострадал двумя веками позже. В 1600-х годах здесь были расквартированы войска Кромвеля [15]. Декастеланы поддерживали короля в Гражданской войне.
– Вам повезло, что хоть что-то уцелело.
– Благодаря реставрации Чарльза Второго на английском престоле. Наш, так сказать, домашний призрак Нэгг, был одним из доблестных воинов, которые погибли здесь, защищая Кифер Холл. В Оружейной комнате хранятся желтый камзол и шлем, принадлежавшие, как принято считать, его убийце. Мне кажется, что необычная смерть Нэгга дала пищу для легенд о призраках в этом доме. Ведь вы на этих легендах строите свою теорию, если не ошибаюсь?
– Необычная и трагичная смерть, – добавила Чарити, не заостряя внимания на уклончивых неопределенных выражениях в его рассказе: так сказать, мне кажется и др. Все это свидетельствовало, что он сам в призраков не верит. Вслух она только сказала: – Отец найдет подлинное объяснение происходящему.
Мертон смерил ее насмешливым взглядом. Чарити не вспылила, такая реакция ей не была свойственна, но и не стушевалась.
– Как я понимаю, наше приглашение в дом не вызывает у вас одобрения, милорд?
– Раз это нужно маман и развлекает ее…
Эта фраза сразу определила место Вейнрайта как мелкого актеришки в морализующей пьесе, выполняющего незавидную роль прислужника Сатаны.
– Лично я не доверяю рассказам о призраках, – добавил он твердо. – Вот уже тридцать лет живу в Кифер Холле и ни разу не видел ни одного духа и не слышал поющих монахинь.
– Некоторые не воспринимают пришельцев из прошлого, – ответила она, настойчиво не замечая его враждебного тона и не принимая оскорбление на свой счет. – Раз вы говорите о монахине, здесь должен был в старину где-то поблизости находиться монастырь.
– Да, вы правы. Кифер Холл стоит на развалинах Цистерцианского [16] монастыря. Своды постройки еще уцелели, но часовня, к сожалению, полностью разграблена Кромвелем. Считают, что постройка была уникальна. Белые стены испорчены, витражное стекло вынуто… простой черный крест… Мы не пользуемся ею.
Льюису, который сидел рядом, скоро наскучил экскурс в историю. Он считал пустой тратой времени исторические темы и поэтому предпочел воспользоваться редкой возможностью, чтобы расширить свои познания в более интересной для себя области.
– Расскажите нам что-нибудь из вашей практики охоты за призраками, мисс Вейнрайт. Я нахожу этот предмет восхитительным, – попросил он.
– Трудно выбрать, с чего начать. – Ей хотелось, чтобы лорд Уинтон предложил другую тему, так как хозяин дома не сводил с нее глаз, ехидно улыбаясь, готовый пробить брешь в любой стройной теории, которую она попыталась бы развить.
– Монахи и монахини появляются обычно в гораздо большей пропорции к существующему их количеству, чем простые смертные. В Обществе считают, что это объясняется притеснениями, которые они испытывали со стороны Генриха VIII.
– Что это за Общество? – поинтересовался Льюис.
– Общество Изучения Перевоплощений. Отец – один из его основателей.
Мертон открыто засмеялся.
– Как можно в него вступить? – поинтересовался Льюис.
Мертон вмешался:
– Надеюсь, что правила Общества менее строги, чем в Кембридже, иначе тебе долго не продержаться.
Чарити вопросительно посмотрела на него. Но Льюис продолжал, откашлявшись:
– Об этом поговорим в другой раз. Вы ездите верхом, мисс Вейнрайт?
– Да, конечно, но я не привезла костюма для верховой езды.
– Наверное, у мамы найдется – вам подойдет по размеру.
Чарити удивилась, так как леди Мертон была на добрых шесть дюймов ниже ростом и на столько же шире.
– Не говори чушь, Льюис, – сказал брат. – В любом случае у мисс Вейнрайт не будет времени на это – они скоро разберутся с нашими призраками и уедут. Они приехали сюда не для тренировок в верховой езде и не для вербовки членов в Общество мистера Вейнрайта.
Чарити не впервые сталкивалась с резкой манерой противников спиритизма и знала, как ей противостоять.
– Вы совершенно правы, – сказала она серьезно. – На самом деле прием в члены Общества строго ограничен. Существует целая очередь желающих – больше ста человек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
