которые она время от времени присылает. Дедушка тоже помешан на них, и это еще одна вещь, которая сводит отца с ума. И если бы он выяснил, что я их поклонница, мой бедный папа был бы просто уничтожен.
– Потому что в этом нет никакого смысла. – Я пожала плечами. – Кроме того, мне нравится моя жизнь, нравится этот город. С чего бы мне хотеть отправиться в другое измерение? – Я облокотилась на спинку лавки и закинула ногу на ногу. – Я пришла бы в восторг, если бы кто-нибудь сказал мне, что однажды я смогу полететь на луну. Я бы даже провела ритуалы, как ты, если бы за мной прилетел космический корабль. – Мы обе захихикали. – Согласно легендам, ведьм раньше сжигали на костре. В некоторых странах живут люди, которые верят в существование вампиров и устраивают празднества в их честь. Эльфины наверняка относятся к какой-то расе, и кто знает, в какой стране они зародились. Времена их войн давно прошли. Может быть, они и защищали этот город в прошлом, но обожествлять их только за то, что они спасли город, нелепо. Мехмед Эль-Фатих тоже завоевал Стамбул, но никто не говорит, что он воскреснет и вернет нас в Османскую империю. – Я лишь громче рассмеялась.
– Ты говоришь об эпохе. – Видимо, моя речь не впечатлила Айзер. – Эльфины живут в измерениях. Это физика и наука. Но я не собираюсь снова рассказывать тебе о червоточине.
– Когда соберешься, сообщи, чтобы я смогла надеть наушники, – ухмыльнулась я.
– Они придут, – сказала она в пустоту и в толпу людей. – Знаю, что придут.
Но в ту ночь никто не пришел. И на следующий день наша жизнь продолжилась в привычном ритме. И на следующий день.
Но когда мы проснулись на седьмой день, мы все поняли, что нам следует бояться. Было раннее утро, но солнце еще не взошло. Наш город окутала тьма, которая разбудила весь мир. По телеканалам передавали сводки новостей, ученые говорили, что это солнечное затмение, но никогда еще затмение не длилось так долго в одной и той же точке мира.
– Он хочет вернуть своих наследников, – прошептал дедушка, глядя в окно.
В тот день я так и не встала с постели.
На другой день после великого затмения, когда никто не покидал своего жилища, солнце снова приветствовало нас, но люди по-прежнему оставались в домах. Через несколько дней в нашем городе произошло сильное землетрясение, от которого даже карандаш не упал на землю. Земля тряслась под нами, словно колыбель, но это не принесло никакого вреда.
Я рисовала, пытаясь занять свои мысли, когда в дверях моей комнаты показалась Айзер. Я сняла наушники, оставив их на столе, и в комнате продолжила звучать песня «Нирваны», хоть и приглушенно.
– Давай, – сказала она с серьезным лицом. – Сегодня мы идем в университет.
– Никто не ходит в университет в эти дни.
– Мы должны пойти. – Что-то в ее голосе заставило меня посмотреть на нее. – Нам пора идти, Нова, – настаивала она, хватая меня за руку.
– Ты иди. – Я снова вернулась к рисунку. Десятки странностей, с которыми мы столкнулись за последние дни, начали вызывать у меня беспокойство. Отец позвонил мне вчерашним вечером и заставил пообещать остаться дома. Дедушка вот уже несколько дней общается со своими друзьями, но ничего мне не говорит. Единственное, что я услышала от него, – мы не сможем это предотвратить. Я не спрашивала, что он имеет в виду, потому что не хотела знать ответы. И не собиралась переживать из-за того, что видела в глазах Айзер, и точка.
– Профессор Амон прислал электронное письмо, разве ты не видела?
Я нахмурилась и проверила компьютер. Она права. Мой любимый профессор сообщал, что занятия начнутся через несколько дней.
– Сидение дома не защитит тебя от истины, – сказала она. – Поднимай свою задницу, мы идем в универ.
Я со скучающим видом наклонила голову и посмотрела на нее сверху вниз.
Все мои инстинкты велели мне остаться дома.
Все мои инстинкты велели мне бежать из этого города.
– Все будет хорошо, – сказала я, вставая из-за со стола. Будто загадывала желание.
Глава 2. Раскаленная и засушливая почва
Звезды можно рассматривать двумя способами: либо такими, какие они есть, либо такими, какими мы хотим их видеть.
Астроном Карл Э. Саган
Я находилась на одном из факультативных курсов. Я выбрала астрономию не только потому, что этот предмет давал больше кредитных часов. Просто я верила, что в небе есть нечто большее, чем все, что у нас есть. Кроме астрологии – в нее я не очень-то верю.
Карл Саган и наш профессор, казалось, были со мной согласны. С тех пор как профессор Амон появился, занятия стали увлекательней, чем прежде. Несмотря на сегодняшний день и охватившее нас волнение, я чувствовала себя зачарованной, слушая его. Каждое его слово звучало для меня как благословение.
– Астрономия – это наука, она изучает Вселенную такой, какая она есть. Астрология, с другой стороны, является псевдонаукой, которая бездоказательно утверждает, что другие планеты влияют на нашу повседневную жизнь. – Он с улыбкой покачал головой. Именно об этом я и думала, поэтому, когда наши взгляды встретились, искренне улыбнулась ему в ответ. Мой дед часто посмеивался надо мной, утверждая, что я нашла убежище в небесах, потому что боюсь моря. Я не могла отрицать этого, но каждый раз, когда поднимала голову вверх, слышала там музыку, как будто получала приглашение от облаков.
С задних рядов донеся недовольный шепот из-за высказывания профессора.
– Тогда как вы объясните эффект полнолуния, профессор, когда мы все впадаем в депрессию? – Я не помнила имени девушки, но все равно недоверчиво оглянулась на нее через плечо. Неужели она и правда верила, что депрессия имеет к этому какое-то отношение?
– Мы называем это месячными, они приходят каждый месяц, а ты все никак к ним не привыкнешь, глупышка.
Еще один глубокомысленный комментарий от парня в углу, обычная перепалка в классе, в основном инициированная мной, но сегодня я была не в настроении. Сегодня все пребывали на взводе, потому что мы находились в центре кровавого лунного затмения. В течение нескольких недель по телевидению и в интернете только и говорили об этом – и о пророчествах, которые принесет это редкое природное явление. Поговаривали, что через сотню лет все планеты выстроятся на небе в один ряд. Именно это и увидел мой дед в телескопе. Наряду с пророчествами в нашем мире упоминалось еще кое-что. Элементаль. Эта легенда – нечто среднее
