пришлось обтирать ее, а хотелось большего однозначно, потому что все внутри поднялось и он краснел и порой приходилось долго дышать, чтобы сдерживать себя от приступа острого желания. Или сказать ей, что да, он чертов маньяк, засел у неё дома и видел ее голой, а сейчас все его мысли о том, чтобы просто раздвинуть ей ноги и овладеть ей. Тогда она вызовет полицию, будет скандал и прощай все его старания. Интересно, когда ее бросил муж кто-то был после? Судя по тому, как она себя ведёт — точно не было. Как вообще эту фею можно было бросить? Он бы на руках ее носил туда сюда, чтобы она даже земли не касалась. И дети такие добрые и хорошие, никаких проблем с ними нет. Все в доме аккуратно, а ещё, конечно, он не удержался и почитал ее романы. Просто полистал ночью и до утра не смог уснуть. Питер сказал, что она писатель и даже указал на эти самые книжки. Порывшись в сети, он понял, что романы популярны среди женщин, а когда прочитал некоторые страницы — сидел весь красный. Фея в жизни оказалась совсем не феей. Хотя, кто знает, может это только фантазии и для увеличения продаж, женщинам же нравится такое, романы с эротикой. Вот по этой причине мысли о ней стали ещё больше навязчивыми. Она действительно все это проделывала или это только в ее голове? А если и в голове, то что мешает воплотить… опять эти мысли! Он тихо спустился на кухню и налил холодной воды. Сделав пару глотков, стакан с водой выскочил из рук, хорошо, что был пластиковым и не разбился из-за этого. Изабель стояла в ночной сорочке перед ним и не мигая смотрела на него. Волосы плавно опускались на плечи и при свете первых лучей она вся светилась.
— Боже, ты чего так рано встала? У меня чуть инфаркт не случился! — тихо прошипел он.
— Я хотела тоже попить и слышу, кто-то на кухне роется. Забыла, что и вы тут.
— Да уж… глупо. Ты как? И это… хватит мне говорить «вы», я себя старым чувствую.
— Прости, я даже не подумала об этом. — она приблизилась к нему, ступая босыми ногами по кафелю. Маршалл сглотнул, вот что она сейчас творит? Знала бы, что в его голове сейчас. — Получше. Сытный ужин, пара часов сна без температуры, ещё ноги трясутся, но мне стало значительно лучше, — она стояла очень близко к нему, ее ноги были в лужице с водой, но почему-то она не замечала этого. — Меня на руках никто не носил никогда. Я видела, что ты следил из своего дома за мной, — опа, поворотец! Такого уж точно Маршалл не ожидал. — Зачем? — ее тонкие пальчики дотронулись до его подбородка, в месте, где была маленькая ямочка. Сейчас снесет крышу, подумал он и притянул ее к себе так сильно, что ее мокрые ноги оказались на его ногах.
— Следил. Ты красивая, — это все, что он мог выдавить из себя.
— Ты разлил воду на полу, может кто-то упасть… — также шепотом сказала она и почти вплотную встала рядом с ним, заглядывая в прозрачные глаза. Она изучала его лицо маленькими тонкими пальчиками, какая же тонкая ладонь и изящная. Его руки были на ее талии, он боялся шелохнуться и от этих прикосновений, сводящих с ума, он возбуждался ещё сильнее. Под этой сорочкой ее мраморное тело. Он не одевал на неё эту одежду, она сама переоделась. Руки невольно поднялись выше и через тонкую ткань он ощутил все те же бинты. Черт, она же сутки назад горела вся, а сейчас ещё слаба. Изабель почувствовала его руки на повязках и смутилась. Опустила опять глаза и хотела отстраниться от Маршалла.
— Прости, так глупо я себя веду… ты позаботился обо всем за меня и на руки меня взял, я не знаю, что у меня в голове… черт, я просто забыла, что в бинтах и с кучей детей. Ты тут стоял на кухне, а я уснуть не могла и кажется нафантазировала черт знает что… — она бы и дальше находила себе оправдания, если бы он не поцеловал ее горячие губы. Она ответила и с какой-то неуемной жаждой стала его целовать. Их языки сплелись, он посасывал ее спелые губы и затем снова проникал в неё языком.
Послышался детский писк наверху, заставивший их оторваться друг от друга, но Маршалл все ещё ее не отпускал.
— У тебя мокрые ноги, я тебе не разрешаю ходить тут босой. Хватайся за мою шею, отнесу тебя, так уж и быть обратно в спальню и успокою Вэнди. Она из-за смены питания просыпается ночью, видимо животик болит.
Она обхватила его за шею и опять оказалась в его руках. Только теперь не без чувств, поэтому несколько минут, что он поднимал ее, она гладила его волосы и шею. Наконец, он поставил ее перед спальней.
— Ты устал с нами, иди спать ко мне, а я займусь малышкой.
— Я не хочу спать у тебя в спальне. Поэтому ты сейчас ляжешь в кровать к себе и мы вернёмся к тому месту, на котором нас прервали немного позже. Ок?
Она кивнула и исчезла за дверью. Но ему вернуться ночью не удалось, потому что как только Вэнди угомонилась, Маршалл почти сразу уснул.
Он все спал и спал и даже во сне это казалось странным и беспокоило его. Когда открыл глаза, солнце давно встало и на часах был полдень. Вэнди не было рядом. Маршалл вскочил из кровати и быстро, в чем спал, спустился вниз. Из кухни доносился запах оладий и овощей с мясом. Войдя на кухню, он обнаружил Изабель у плиты в чертовом переднике. Эта Изабель в переднике и та, что вчера к нему приставала были разные. Может сестра близнец? Но в доме никого больше не было, он точно это знал.
— Привет! Я обед готовлю и пожарила оладьи на завтрак. Садись.
— А дети где? — он плюхнулся на стул и подтянул ароматную тарелку.
— Гуляют все во дворе с Неной.
— Ты зачем вскочила? — он откусил оладушек. А она хорошо готовит.
— Я же не могу все время лежать и мне значительно лучше. Кстати, я позвонила врачу, сегодня пить лекарства уже не нужно, — она замялась и посмотрела на него. — Маршалл, не знаю что на меня вчера нашло, давай будем считать, что у меня временно поехала крыша. Больше не повторится такого. Друзья? — она протянула руку.
— Уверенна? —
