Читаем без скачивания Досье на Шерлока Холмса - Джун Томсон

Складывается впечатление, что в детстве Уотсон был крепким, разумным и хорошо воспитанным мальчиком, который обычно хорошо ладил с другими детьми. Он не обладал блестящими способностями, но мог добиться умеренных успехов в учебе, когда ставил себе такую цель. Вероятно, уже тогда его склонность к романтике и идеализму проявилась в мечтах о волнующих приключениях в экзотических странах, а когда он повзрослел – в стремлении внести свой вклад в работу на благо человечества.

Хотя Уотсон гораздо менее сложная натура, чем Холмс, он обладает глубиной характера, не всегда признанной – даже Холмсом, который в довольно двусмысленном комплименте предполагает, что его другу не хватает яркости и блеска. «Если от вас самого не исходит яркое сияние, – говорит он Уотсону, – то вы, во всяком случае, являетесь проводником света. Мало ли таких людей, которые, не блистая талантом, все же обладают недюжинной способностью зажигать его в других!»

Характерно, что Уотсон, вместо того чтобы обидеться, пришел в восторг от этого замечания.

Уотсон как личность действительно не так ярко сиял, как Холмс, но тем не менее от него исходило теплое ровное свечение, которое дало их дружбе не меньше, чем пиротехнический блеск Холмса. Сомнительно, чтобы без этого тихого мерцания их дружба продлилась столько лет.

Глава вторая

Холмс. Оксфорд и Монтегю-стрит

1872–1880

Все знать – моя профессия. Быть может, я приучился видеть то, чего другие не замечают.

Умалчивая о детстве, Холмс более откровенен относительно своей жизни после школы. Но даже при этом в тех сведениях, которые он сообщает Уотсону, имеются пробелы и противоречия. Главным образом это происходит оттого, что он рассказывает урывками, по ходу разговора, а не излагает свою биографию последовательно. Сам Уотсон еще больше запутывает дело небрежностью при записи некоторых фактов.

Однако можно собрать воедино эти отрывочные сведения и составить из них довольно связный рассказ о жизни и карьере Холмса до 1881 года.

Он поступил в университет – либо в Оксфорд, либо в Кембридж. В то время респектабельная семья, принадлежавшая к среднему классу, и не мыслила определять сына куда-нибудь еще, а тот факт, что Реджинальд Месгрейв, наследник одной из старейших фамилий, учился вместе с Холмсом, рассеивает все сомнения.

Хотя Дороти Л. Сэйерс стоит за Кембридж, весомые доказательства позволяют утверждать, что Холмс учился в Оксфорде. В основном они базируются на тексте рассказа «Три студента». Этим расследованием Холмс занимался в 1895 году, и дело там явно происходит в Оксфорде. Совершенно очевидно, что Холмс был знаком с этим местом. Например, он знал, что в городке имеется четыре приличных писчебумажных магазина, а также был знаком с мистером Хилтоном Сомсом, преподавателем колледжа Святого Луки. Поскольку нет свидетельства того, что Сомс когда-либо был клиентом Холмса, они, наверно, познакомились во время пребывания в университете. Колледж Святого Луки – завуалированное название. Уотсон признает, что умышленно изменил детали, чтобы нельзя было определить, в каком колледже имело место это происшествие. Возможно, за этим названием скрывается тот колледж, в котором учился Холмс. Впрочем, это невозможно доказать.

Тема учебы Холмса в университете сопряжена с проблемами, особенно в хронологии, поэтому все теории на этот счет построены на догадках. Неизвестно даже, когда Холмс поступил в университет. Однако если считать, что ему тогда было восемнадцать лет (обычный возраст для поступления), то он предположительно начал там заниматься в октябре 1872 года. Неизвестно также, какой предмет он изучал, но, учитывая его познания в химии, которые Уотсон счел глубокими, вероятно, он занимался именно этим предметом. Поскольку у Уотсона было медицинское образование, то он вполне был способен судить об уровне знаний Холмса в этой области.

Возможно, что Холмс пристрастился к кокаину и морфию во время пребывания в университете. Оба эти наркотика были по карману только состоятельным людям – в отличие от опия, который был доступен рабочему классу. Следует отметить, что Холмс, употребляя наркотики, не нарушал закон. До принятия Актов об опасных наркотиках в 1965 и 1967 годах[4] не считалось незаконным хранение и даже продажа наркотиков. В конце концов Холмс стал наркоманом и регулярно три раза в день вводил себе семипроцентный раствор кокаина. Под воздействием этого наркотика сначала возникает эйфория, затем следует вялость и сонливость. Об этих двух состояниях – подъема и спада – уже говорилось в первой главе. Иногда Холмс также употреблял морфий – наркотик и болеутоляющее. Уотсону потребовалось несколько лет, чтобы убедить друга отказаться от этой привычки.

Создается впечатление, что Холмса не удовлетворяло время, проведенное в университете, – даже занятия. На протяжении всей жизни он предпочитал следовать своим собственным интересам, нежели придерживаться официального курса обучения. Эту тенденцию можно проследить уже в детстве: он читал детективы, которые, вне всякого сомнения, не входили в школьную программу и в список рекомендуемой литературы.

По его собственным словам, поступая в университет, он уже с головой погрузился в свои идеи о преступлении и его раскрытии. В течение следующих лет он разработал на их основе свои теории научной дедукции и анализа, основанные на тщательном изучении материальных улик и их логическом истолковании, а не на догадках. Однако эта теория не исключала применения интуиции и «научного использования силы воображения». Позже он критиковал полицию за отсутствие воображения и интуиции.

Холмс признает, что редко общался с другими студентами, предпочитая размышлять над своими идеями. Правда, он, должно быть, обсуждал их со своими знакомыми, так как позже скажет Уотсону, что его методы уже начали создавать ему репутацию среди студентов. Эти контакты оказались для него полезными после того, как он покинул Оксфорд.

Несмотря на свою необщительность, он приобрел двух друзей, с одним из которых был особенно близок. Это был Виктор Тревор, бультерьер которого укусил Холмса за лодыжку, когда однажды утром он шел в церковь. Между прочим, это единственный случай, зафиксированный в рассказах о Холмсе, когда он посетил церковную службу. Ему пришлось лежать десять дней, и Тревор регулярно заходил справляться о его здоровье. В результате этих визитов возникла их дружба. Вторым был Реджинальд Месгрейв, учившийся в одном колледже с Холмсом. Это было не особенно близкое знакомство, но Месгрейва заинтересовали теории Холмса. Благодаря этим однокашникам он позже занялся двумя из своих самых ранних дел.

Однако были у Холмса в студенческие времена и развлечения. Он много времени тратил на фехтование и бокс – единственные виды спорта, которыми занимался в университете. В боксе у него были блестящие успехи: по словам Уотсона, он был одним из лучших боксеров в своем весе, которых тому доводилось видеть. Это подтверждает и профессиональный боксер Мак-Мёрдо, с которым Холмс дрался несколько раундов во время бенефиса первого. Мак-Мёрдо заявил, что Холмс мог бы стать профессионалом. Холмс не рассказывает, выступал ли он в соревнованиях по боксу или фехтованию за свой колледж или университет, и нет никаких свидетельств, что он был членом университетской команды.

По-видимому, Холмс проучился в университете всего два года вместо обычных трех и не получил степень, поскольку не сдал заключительные экзамены. Однако существует путаница даже насчет этого факта. В одном случае Холмс говорит о двух годах, которые он провел в колледже, в другом же упоминает о «последних годах моего пребывания в университете», из чего следует, что он провел там по крайней мере три года. Возможно, Уотсон не расслышал или неверно процитировал Холмса и второе замечание следует понимать как «мой последний год в университете». Если это так, то Холмс покинул университет в 1874 году, когда ему было двадцать лет.

Одной из причин его раннего ухода из университета могла быть неудовлетворенность, о которой уже упоминалось. Другой могли стать финансовые проблемы. Судя по всему, ни Холмс, ни его брат Майкрофт не унаследовали большого состояния: оба вынуждены были зарабатывать себе на жизнь. Именно из-за нехватки средств Холмсу пришлось делить квартиру с Уотсоном. Финансовый кризис, случившийся в семье в то время, когда Холмс учился в университете, надо полагать, означал, что больше не было денег, чтобы поддерживать сына материально и платить за его обучение.

Какова бы ни была причина, Холмс покинул университет и отправился в Лондон. Там он нашел себе жилье – по-видимому, те самые меблированные комнаты на Монтегю-стрит, в которых все еще жил в конце 1880 года. Если даты верны, то он провел там пять с половиной лет. Квартира была удобно расположена: рядом находился Британский музей с его читальным залом, где Холмс, несомненно, изучал многие предметы, которые его интересовали. Плата за жилье была умеренной: одна комната стоила 1 фунт 10 шиллингов в неделю, две комнаты – 3 фунта. В стоимость входили питание и уборка. Поскольку Холмс говорит о «комнатах», у него, вероятно, их было две – спальня и гостиная, где он, занявшись профессиональной деятельностью, беседовал со своими клиентами.