Весной корабли вышли в море. В мае они уже находились у Шетландских островов. Вначале плавание происходило без каких-либо приключений. Лениво катились синие волны, реяли чайки, солнце сияло днем и ночью. Однажды вокруг него появилось еще несколько дневных светил, соединенных между собой радужным кольцом. Причудливое явление ложных солнц не могло отвлечь Баренца от беспокойных мыслей. Корабль Яна Рийпа по его счислению уклонялся чрезмерно к северо-западу. Баренц высказал свои опасения этому капитану. Но тот ответил, что не собирается заходить в пролив Югорский Шар и держит курс прямо к северной оконечности Новой Земли. Именно такой путь и входил в намерения Баренца. Однако для него было ясно: Ян Рийп и его штурман ошибаются. Главный штурман несколько раз давал им знать, что избранный ими курс неверен, и советовал итти на восток. Но убедить Рийпа не удалось, и Баренц, чтобы не разлучаться со вторым кораблем, вынужден был следовать на север. Вскоре корабли встретили первые мелкие льдины, которые один из моряков принял за белых лебедей.
9 июня вахтенные заметили землю. Это был небольшой гористый остров. Высадившись на берег, путешественники нашли на скалах многочисленные птичьи гнезда и набрали в них большое количество яиц. Вблизи острова заметили медведя. Моряки, вооруженные ружьями, топорами и алебардами, погнались за ним на двух шлюпках. Около двух часов они бились со зверем, пока не убили его. В честь этой победы открытый остров был назван Медвежьим.
Спустя несколько дней корабли направились дальше на север. 17 июня Баренц и его спутники поднялись до 80°11′ северной широты и сквозь туман заметили новую неизвестную землю. Это были берега Шпицбергена[9], который голландцы ошибочно приняли за Гренландию. Высадившись на один из прибрежных островков, путешественники нашли зеленую траву, мох и многочисленные гнездовья горных казарок. До этого никто никогда не видел их гнезд и птенцов.
«В силу этого, — пишет Де-Фер, — некоторые авторы не побоялись написать, что они родятся в Шотландии на деревьях: если с ветвей их, свесившихся над водой, плоды упадут в воду, то рождаются гусенята, которые тотчас начинают плавать, и если плоды упадут на землю, то они портятся и не доходят до созревания. Теперь очевидно, что это ложь».
Некоторое время путешественники плавали в районе Шпицбергена. 1 июля экспедиция спустилась к острову Медвежьему. Здесь Ян Рийп посетил корабль Якова Гемскерка и сообщил свое намерение итти на север и искать там прохода на восток. Баренц, с которым был согласен и его капитан, предлагал итти на юг и, спустившись за границу пловучих льдов, направиться к Новой Земле. Корабли разошлись в противоположные стороны.
В середине июля Баренц и его спутники находились вблизи Новой Земли. Здесь встретились тяжелые льды и корабль лег в дрейф. Используя разводья и прогалины, мореплаватели настойчиво пробивались на север вдоль западных берегов острова, хорошо знакомых по плаванию 1594 года.
Много хлопот доставляли белые медведи, бродившие вокруг судна, поэтому экскурсии на берег совершали большими группами, имея при себе тяжелые ружья, секиры и топоры. На этот раз, не в пример прошлому году, все стычки с голодными животными кончались счастливо для моряков.
Около трех недель путешественники находились в ледовом плену около Крестового острова. Лишь в начале августа смогли плыть дальше на север. 6 августа миновали мыс Нассау, а на другой день уже были у мыса Утешения. Внезапно с востока наплыл густой туман. Корабль пришвартовался к сидевшей па мели льдине. Но такое положение корабля было небезопасным. Находившиеся поблизости льды то и дело беспокоили неподвижный корабль. В поисках убежища, моряки, поставив паруса, перешли под защиту огромной стамухи[10].
Однако стамуха недолго защищала путешественников. В тот же вечер среди глубокой ледяной тишины вдруг раздался страшный треск разламывающегося льда. Стамуха распалась на отдельные льдины, которые течением прижимало к кораблю.
Положение было очень серьезным, но благодаря распорядительности Баренца, приказавшего отдать канат и искусно лавировавшего среди напиравших льдов, судну удалось проскользнуть в новое укрытие.
Несколько дней экспедиция находилась в районе Оранских островов, где ей угрожали дрейфующие льды и досаждали белые медведи, появлявшиеся поблизости от корабля.
В середине августа несколько моряков направилось на шлюпке к Новой Земле. Высадившись на берег, они поднялись на высокую гору. Отсюда была видна северная оконечность острова. За нею на восток лежало Карское море, свободное ото льдов. Голландцам казалось, что задача их выполнена, что путь в Китай и Индию открыт. Об этой радости им хотелось скорее сообщить Виллему Баренцу, оставшемуся на корабле. Прыгая по уступам горы, моряки спустились к морю и помчались на шлюпке к своему судну. Баренц, воодушевленный радостной вестью, приказал готовиться к отплытию и ставить паруса. Однако торжество продолжалось недолго. На горизонте показался лед. Его с большой силой несло навстречу кораблю. Путешественникам пришлось думать о спасении, а не о продолжении плавания.
Спустя три дня, воспользовавшись благоприятным ветром, экспедиция достигла мыса Доходы, названного Баренцом мысом Желания, и, обогнув северную оконечность Новой Земли, направилась на юго-восток. Путешественники снова загорелись надеждой достичь поставленной цели. Экспедиция была в желанном Карском море. Вскоре снова появились льды, спустился туман и поднялся сильный ветер. Спасаясь от шторма, судно вошло в Ледяную гавань и укрылось за обломком льдины.
Несколько раз экспедиция выходила в морс, но всякий раз путь кораблю преграждали сплоченные крупные льды. Они все ближе и ближе подходили к Ледяной гавани. Моряков охватило беспокойство за участь судна. Ветер усиливался. Лед напирал с огромной силой. Кормовая часть судна и руль поднялись. Шлюпка, находившаяся у борта судна, ударом огромной льдины была превращена в щепки. По признанию Геррита де-Фера, все ждали гибели судна. Путешественники пробовали отталкивать лед шестами, но были бессильны перед разбушевавшейся стихией.
В эти суровые, полные опасностей дни, когда экспедиция находилась на краю гибели, Баренц понял, чти, обогнув Новую Землю с севера и проникнув в Карское море, он все-таки не открыл путь в Китай и что пробиться на восток уже нет никакой надежды. Сожалея о потраченных трудах и усилиях, решил вернуться в Голландию. Как только затихла буря, он приказал ставить паруса. Но едва экспедиция успела пройти несколько километров к северу, как вновь встретила тяжелые, непреодолимые льды. Баренц устремился в противоположную сторону, надеясь спуститься на юг вдоль восточных берегов Новой Земли и выбраться из Карского моря… Однако и здесь его ждала неудача. Встретив на юге лед, Баренц снова пошел к мысу Желания, стремясь пробиться на запад. Но судно, достигнув Ледяной гавани, попало в ледовый плен. Баренц и команда работали не покладая рук, чтобы сделать проход. Во время этих работ едва не погибли три моряка и сам Баренц. В тот момент, когда они, сойдя на лед, осматривали обшивку судна, напиравший лед приподнял корабль и чуть было не засыпал моряков ледяными осколками. Ценой огромных усилий экспедиции удалось пробиться к западному берегу Ледяной гавани, но и этот небольшой успех не избавил экспедицию от опасности.
