смогла бы забыть их первую неделю в патруле. Банда злобных воров под названием Белокрылые вырезали языки нескольким детям, которые случайно стали свидетелями ограбления, а потом сожгли те в магическом огне, чтобы их нельзя было вернуть обратно. Сафф, Тирнан и Аурия первыми прибыли на место преступления, и Тирнана двадцать минут рвало в водосток.
Услышав о слабом желудке своего сына, Кесвен Флейн приказал приковать его к стулу и принудил каждую ночь на протяжении месяца наблюдать за жестокими пытками, созданными с помощью иллюзии, подобной той, с помощью которой Сафф скрывала свою тайну. Потом Кесвен привел в их дом опьяненного ладдера, человека, родившегося без магических способностей, и тоже вырезал ему язык, заставив сына практиковаться в том, чтобы прирастить его обратно. Снова, снова и снова, пока ладдер не отключился от боли, а Тирнан не лишился частички человечности.
И теперь, во время финальной аттестации, последней демонстрации силы перед тем, как будут озвучены назначения, Флейн увидит слабость сына. Позор семьи, пусть и по случайности, в которой Тирнан был не виноват. Но Кесвен это воспримет вовсе не так.
— Давай поменяемся, — на выдохе произнесла Сафф.
Тирнан повернулся в ее сторону.
— Чего?
— Поменяемся конвертами.
Спустя долю секунды, полную нерешительности и, очевидно, попыток понять, пытается ли Сафф его обмануть, он вложил свой конверт ей в руку. Она сделала то же самое. Профессор Вертиллон ничего не заметил.
Саффрон прочитала свой новый вердикт:
Во время прохождения аттестации ваша нога будет заморожена.
— У меня нет дополнительных трудностей, — заявила Аурия.
— У меня тоже, — сказал Тирнан, бросая Сафф благодарный взгляд.
— И у меня, — присоединился Гайан.
— Я буду без палочки, — пробормотал Себран и потер щеку, словно проверяя, достаточно ли хорошо побрился. — Но, полагаю, его мне можно оставить? — Он похлопал по ремню с зельями. Вертиллон утвердительно кивнул.
— Немного неэтично давать иностранке ложную информацию, — пробормотала Нисса.
— Не ложную. Профессор сказал: «иную», — заметила Сафф.
— И к тому же, мы тянули наугад, Нисса, — горячо возразила Аурия. Она принимала на свой счет любую критику в адрес Академии, хотя и не была связана ни с кем здесь родственными узами, а просто глубоко уважала правила и само учебное заведение. Идеальный будущий Великий Арбитр.
— А что за информация? — спросил Гайан.
— Не знаю. Может, мне дадут ее во время самого задания? — поинтересовалась Нисса.
Вертиллон снова кивнул.
— Верно. Себран, то есть, кадет Адуран, лишится палочки, как только переступит порог Большого Атриума. В тот же момент будет заморожена нога кадета Киллоран. — Он сделал шаг в сторону. — Можете входить.
— Вот и оно, — прошептала Аурия, в тысячный раз прикоснувшись к поясу с зельями. Ее глаза горели от предвкушения. Она искренне, всей душой верила, что все будет хорошо. Сафф завидовала ее оптимизму. Мир пока не выбил из нее это качество.
Саффрон проверила свой ремень. Она не была зельеваром, так что пузырьки со снадобьями на нем не висели. Вместо этого там находилось оружие и снаряжение, которое кадеты всегда брали с собой в патруль: веревки и кандалы, жгуты и дубинки. Каким бы сильным ни был маг, материю нельзя было создать из ничего, так что стоило иметь при себе образцы. Помимо этого, Сафф носила с собой блисблейд — особый кинжал Серебряных Мантий, покрытый рунами и спрятанный в ножны. Он был зачарован так, что даже малейший порез, нанесенный себе самому, отзывался целой волной болезненного удовольствия во всем теле. Это был самый быстрый способ восстановить запасы магии в трудную минуту.
Не то чтобы это когда-то помогало Саффрон. Как и дыхание вельвин.
Ей приходилось искать удовольствия по старинке.
По другую сторону огромных двойных дверей нарастал приглушенный шум. Кто будет судить их с высокого балкона в южной части Атриума? Конечно, капитан Аспар и другие высшие офицеры, но Аурия подозревала, что появятся и большие шишки из Совета Короля, чтобы выбрать самых блестящих кандидатов для службы при дворе дома Ароллан.
Не то чтобы Саффрон приняла бы подобное предложение.
Ее предназначение было в том, чтобы носить серебряную мантию.
И предназначение это было для нее богом, верой и церковью. Это предназначение было единственной причиной, почему Сафф до сих пор стояла на ногах. Оно было предначертано в момент, определивший ее жизнь — в это она верила всем своим существом.
Саффрон распахнула огромные двойные двери и вскрикнула от того, что обнаружилось за ними.
ГЛАВА 2. ФИНАЛЬНАЯ АТТЕСТАЦИЯ
Внутри огромного Атриума оказалась точная копия храма Авгуреста, высеченная из светлого камня и окруженная деревьями с красной листвой.
Храмы Авгуреста имели форму глаза. Две изогнутые стены под фиолетовыми крышами сходились под острым углом. Внутри скрывался поднимающийся по спирали коридор, напоминающий радужку и похожее на зрачок главное помещение для ритуалов. Их создавали такими, чтобы почтить силы Пяти Авгуров, но здания оказались идеальными для захвата заложников. Стоило врагам проникнуть в коридор-спираль, и молящиеся оказывались в ловушке.
Безусловно, это была имитация ситуации с заложниками. Двое коренастых мужчин в кроваво-красных одеяниях с черно-золотой вышивкой, изображающей фазы луны, охраняли вход. На шеях у них были узнаваемые рубиновые броши.
Клан Кровавой Луны.
Увидев их, Саффрон ощетинилась. Хоть и знала, что эти люди — просто переодетые Серебряные Мантии, пусть и понимала, что все не по-настоящему, ее тело отреагировало на угрозу, будто она была луноволком, у которого поднялась на загривке шерсть.
Ей словно снова было шесть лет, и Сафф наблюдала за гибелью родителей через узкую щель золотой замочной скважины. Обожженная плоть, запах дыма и меда. Тело отца грузно падает на пол. Чистейший ужас расцветает у нее в груди.
Вместо того, чтобы отмахнуться, она нырнула в вызванную воспоминаниями боль. Саффрон могла либо подавить ее, либо использовать, и чаще всего прибегала к последнему варианту.
Кадеты единым отрядом переступили через порог Большого Атриума, и палочка Себрана перелетела в раскрытую ладонь Вертиллона. Нисса прижала руки к ушам, прислушиваясь к поступившей ей альтернативной информации.
Нога Сафф, конечно же, не застыла, как должна была. Но притворство было уже привычным.
Она изменила походку, волоча левую ногу позади, будто ее не чувствовала.
— Добро пожаловать, кандидаты! — провозгласила капитан Аспар, их старший офицер, которой, впрочем, нигде не было видно. Атриум был зачарован так, чтобы звуки в нем звучали громче, и голос капитана слегка подрагивал, будто от помех. — В помещении для ритуалов находятся двенадцать заложников. На храм напало неизвестное количество членов клана Кровавой Луны. Ваша задача в том, чтобы освободить заложников с наименьшими
