здесь казалась зловещей.
– А тут небольшая уловка, – сказал Вульф и показал им, где, как и когда нажимать на определенные точки в стенах, чтобы открыть коридор, ведущий в личный кабинет архивариуса. – Обычно этим занимаются элитные солдаты. Хорошо, что их здесь нет.
– Разве? – спросил Дарио. – Откуда нам знать, что они не сбежали сюда и не заперлись в кабинете? Тогда там целый отряд ублюдков, которые поджидают нас.
Это был достойный вопрос и отличное предупреждение. Джесс вытащил свой пистолет. Вульф достал из-под своей мантии что-то еще; Джессу потребовалось мгновение, чтобы узнать вещицу, но элегантные линии ее выдавали. Работа Томаса. Это был Луч Аполлона, модернизированный, причем с использованием лучших материалов. Смертельный концентрированный свет.
– Лучше быть во всеоружии, – сказал Вульф и включил ружье.
Джесс убедился, что его собственный пистолет был настроен на стрельбу на поражение, и кивнул. Когда Джесс снова посмотрел на Дарио, то обнаружил, что испанец вытащил очень красивый меч, филигранный и продуманный до мелочей, но от этого не менее опасный в руках профессионала. Коим Дарио и являлся. В левой руке у него также был библиотечный пистолет, точная копия того, что у Джесса.
– Ты знаешь, как им пользоваться? – Джесс кивнул на пистолет. Дарио в ответ одарил его своим фирменным насмешливым взглядом с одной выгнутой бровью.
– Знаю получше тебя, трубочист.
Неправда. Дарио определенно мог бы убить его с помощью меча, однако Джесс очень хорошо стрелял. Если только надменная особа королевских кровей не практиковалась в стрельбе по мишеням с этим почти наверняка украденным пистолетом, ему не сравниться ни с одним солдатом.
Придется поверить Дарио на слово.
Но все это неважно, по крайней мере, прямо сейчас. Джесс двинулся следом за Вульфом в коридор, который открылся, вдоль широченного, укрытого коврами вестибюля. Этот Джесс помнил отлично. Один только ковер здесь стоил половину королевства, а восстановленные вавилонские стены с их ассирийскими львами были не менее впечатляющими. Древняя китайская нефритовая ваза, изящная как яичная скорлупа, сияла рядышком под стеклянной крышей.
А впереди стоял аккуратный, чистый стол. Стол помощницы архивариуса Нексы – Нексы, которую Брендан любил. Которая умерла за их грехи.
Вульф замер у ее стола и посмотрел на Джесса с Дарио, по очереди.
– Готовы? – спросил он.
Джесс кивнул. Краем глаза он увидел, как Дарио повторяет его кивок. Джесс почувствовал горячее напряжение в нервах, и это было хорошо. В нынешние дни паранойя вошла в привычку, но она также могла и помочь Джессу остаться в живых сегодня. «Могла». Впрочем, он не испытывал никакого страха. Это казалось неправильным, но пока что полезным.
Вульф нажал кнопку на столе Нексы, и дверь за ним скользнула в сторону. Вульф поднял руку, преграждая им поспешный путь внутрь, но беспокойства оказались лишними; ни один из них не сдвинулся с места. Они наблюдали и вслушивались в тишину со своих мест. Из множества окон, выходивших на гавань и угрожающую флотилию кораблей, скопившихся на горизонте, лился естественный свет. В море же собирались грозовые тучи. Это все усложняло.
В кабинете ничего не двигалось, и Джесс осторожно пошел вперед и прижался к внешней стене под углом, чтобы лучше было видно дальние, скрытые в тенях углы внутри.
– Там никого нет, – сказал он. Но не расслабился. Когда Дарио попытался пройти мимо него, Джесс остановил друга вытянутой рукой. – Прижимные пластины?
– Хм-м-м.
Дарио огляделся. В углу кабинета помощницы стояла статуя безмятежного Будды. В обеих руках Будда держал тяжелый нефритовый шар. Дарио подошел и осторожно вынул камень из рук статуи.
Он положил шар на пол и ботинком закатил в кабинет архивариуса. Когда шар достиг центра ковра перед массивным письменным столом, в кабинете вдруг ожили механические стражи. Боги, спускающиеся со своих постаментов. Анубис. Баст. Гор. Изида. Они на долгий миг уставились на неподвижный шар своими огненно-красными глазами, а затем отступили туда, где стояли. Замерли.
– Их программы все еще активны, – сказал Дарио непонятно зачем. И без того было ясно, что механизированные боги изрежут их на кровавые лоскуты, если они переступят порог самого кабинета. – Профессор? Я полагаю, это должно быть вашей работой. Поскольку у вас есть соответствующее оружие. – Нет, – сказал Джесс и протянул Вульфу свой пистолет. – Поменяйтесь со мной.
– Я не уверен, что это разумное решение, – сказал Вульф. Он нахмурился, сведя брови вместе.
Джесс отлично знал этот взгляд. Это был почти свирепый взгляд, но в нем чувствовалась доля беспокойства.
Джесс почувствовал, как ухмыляется.
– Не волнуйтесь. Я не хочу присоединяться к своему брату. Кто-то должен все объяснить моему отцу, и как бы мне ни хотелось избежать сей участи, вероятно, это должен быть я.
Вульфу это не понравилось, но он все же позволил Джессу взять Луч Аполлона, и тот без дальнейших колебаний вошел в кабинет, остановился точно в центре ковра и стал ждать реакции механических стражей.
Стражи двигались быстро, но Джесс был быстрее. Он активировал оружие, и из его ствола вырвался густой, ослепительно-яркий луч прямого света; Джесс нажал на курок и полоснул световым лучом по дуге слева направо, разрубив по пояс Гора, а затем Баст, Анубиса и Исиду. Это заняло всего пару секунд, один удар сердца, а потом остались лишь неподвижные механические ноги, когда верхние части туловищ статуй опрокинулись. Немощно. К тому времени, как Джесс перестал нажимать на курок, он уже убил четырех богов.
Ощущение, что последовало, было до ужаса прекрасным. Джесс уставился на лицо Анубиса. Глаза все еще горели красным, но пока Джесс наблюдал, померкли до пепельно-серого. И опустели.
«За тебя», – подумал Джесс, обращаясь к Брендану. Не то чтобы кто-то из этих тварей убил его брата, но пока Джесс не доберется до предателя, который совершил убийство, будет довольствоваться тем, чем сможет.
Последний автоматизированный страж упал точно в том месте, где в этом кабинете умерла Некса, когда ее пронзило механическое копье, чтобы доказать, что архивариус не бросался пустыми угрозами.
«Я убью за тебя Зару, брат, – подумал Джесс. – А потом убью этого старого ублюдка. Ради Нексы».
Однако вслух Джесс этого не произнес. Не стал говорить при Дарио и Вульфе, которые как раз входили в кабинет и оглядывали нанесенный урон.
– Ну что ж, – заметил Дарио. – Томас соорудил мощную штуку. Порой он меня пугает.
– Он сам себя пугает, – сказал Вульф. – Потому что всегда беспокоится о том, как то, что он создал, может быть использовано со злыми умыслами. А для человека гениального, как он, это очень сложно. – Он протянул Джессу руку, и Джесс отдал Луч Аполлона обратно. – Стало лучше?
В этот самый момент эйфория, охватившая Джесса, растаяла, и он осознал, что позволил себе потерять бдительность. «Одна ловушка? Всего одна?» Нет. У архивариуса их должно быть больше. И им лучше бы оставаться начеку.
– Осторожно, – сказал он,
