я смогу выпорхнуть отсюда целой и невредимой.
Но, видимо, не в этот раз. Поглаживая свой всё ещё возбуждённый член, Бошан громко приказывает мне:
– А теперь он хочет попробовать тебя. А не твои танцы. Он ещё не насытился. Иди к нему и станцуй на нём!
Осознавая весь ужас своего положения, я встаю на ноги, и продолжаю делать то, за что мне платят – танцевать. Бошан вскакивает с места и пытается схватить меня за мою тонкую лодыжку, но я вовремя уворачиваюсь, и вонзаю в стол между нами свой очередной кинжал. Мужчина одёргивает руку, но, похоже, его это только ещё больше возбуждает:
– Ты же понимаешь, что не уйдёшь от меня? – рычит он, пока я перебегаю на другую сторону стола, и уже сметает всё на своём пути, залезая на стол и раскидывая по нему остатки еды и тысячедолларового коньяка.
Я спрыгиваю на пол, и начинаю колотиться руками в дверь, но мягкий бархат заглушает все звуки… Мой танец окончен, музыка стихла, и Бошан наваливается на меня всем своим многотонным жирным телом, и я чувствую, как его липкий длинный язык проскальзывает в мою ушную раковину…
– Тебе понравится, сладенькая, – шепчет он, пока его потные толстые пальцы ползут вверх по внутренней стороне моих бёдер…
Но тут дверь распахивается, и я буквально падаю на руки вернувшемуся за мной Саше.
– Бошан Булатович, время вышло, – невозмутимо сообщает мой спаситель, пока мой постоянный клиент судорожно застёгивает ширинку.
– Я хочу повышенный тариф, – требует Бошан.
– Со всем уважением, Бошан Булатович, – вежливо, но твёрдо возражает ему мой охранник, – у Аиши только один тариф, вы знаете. Любую другую девочку на ваш вкус, только скажите, – предлагает Саша.
– Никаких других шлюх я не хочу! – в ярости кричит Бошан. – Мне. Нужна. Только. Эта! – задыхаясь тычет он в меня своим коротким жирным указательным пальцем.
– Я передам ваши пожелания руководству, – как ни в чём ни бывало отвечает Саша, пока я, собрав со стола все свои кинжалы и прихватив колонку, не проскальзываю в коридор вслед за телохранителем, оставляя у себя за спиной изнывающего от похоти и неудовлетворённого желания Бошана…
Опустошённая и уставшая, я вновь бреду запутанными коридорами нашего подземелья за Сашей и представляю себя принцессой, которой удалось сегодня спастись от ненасытного кровожадного дракона. Только сегодня.
Мы вновь попадаем в залитый светом шумный зал, и мне сейчас кажется, что я здесь не была несколько дней, хотя я прекрасно понимаю, что прошло всего двадцать пять минут, не больше. Ровно столько, чтобы неспешно выпить полстакана дорогущего благородного виски, отдав должное вкусу и аромату элитного напитка. И выкурить четверть кубинской сигары.
С моим огромным спутником мы вновь проходим мимо Его столика. Оказывается, Он ждал моего появления:
– У вас точно всё в порядке? – спрашивает Он и, вдруг нагнувшись к моей ноге, проводит ладонью по внутренней стороне бедра, чуть выше колена.
Я вздрагиваю, словно пронзённая насквозь и парализованная стрелами его глаз, и сначала не понимаю, зачем Он сделал это. Я завороженно смотрю на его кисть, которую он подносит к глазам, и с ужасом замечаю, что она вся алая от крови. Я смотрю на свою ногу, и тончайшая предательская алая змейка ползёт вниз по моей лодыжке. Я понимаю, что, видимо, исполняя сегодня свой коронный танец семи кинжалов, нечаянно оцарапала ногу.
– Всё нормально, не беспокойтесь, – растерянно бормочу я и поскорее убегаю в гримёрку.
Я сижу перед своим зеркалом, и меня всю трясёт от пережитого за сегодня.
– Как ты, дорогая? – подходи ко мне сзади Света, и ласково обнимает меня за плечи.
– Всё как обычно, не переживай, – через силу улыбаюсь я её отражению, и, вспомнив о самом главном, отвечаю. – Ещё двести зелёных в мою копилку! И скоро мне не придётся танцевать для мерзкого дряхлого Джаббы!
– Что ты там ему делаешь за эти деньги, боюсь представить, – кривится в глумливой усмешке из своего угла Кисонька.
– Ничего из того, что обычно делаешь ему ты! – с издёвкой парирует моя Зажигалочка, и Кисонька наконец-то на сегодня отстаёт от меня.
Я снимаю с лица толстый слой тонального крема, румян и чёрной краски с бровей, и из зеркала на меня теперь смотрит не смугловатая восточная красотка Аиша, а моё обычное бледное лицо. Ещё пару движений, и пронзительно-изумрудные линзы возвращаются в свои футляры, и я превращаюсь в саму себя – Алекс с одним светло-серым глазом, а вторым – светло-топазовым. Слишком заметная деталь сценического образа: нечасто встретишь на улице девчонку с разными глазами, а если и увидишь, то запомнишь на всю жизнь! По крайней мере, надолго.
Захожу за нашу общую ширму, из которой как раз выходит переодетая в свой наряд для выступлений наша непревзойдённая секс-бомба Сандра:
