class="empty-line"/>
Происходящее похоже на сон. Недетский, с пометкой восемнадцать плюс. Только я почему-то в главной роли, а высокий поджарый парень зажимает меня прямо у порога.
Массивная деревянная дверь с шумом захлопывается, отрезая нас от реального мира
Я сглатываю и зажмуриваюсь, хотя в номере и без этого довольно темно. Леша слишком заведен, чтобы искать выключатель. А мне хочется именно так. Без лиц. Лишь с очертаниями и запахом. Темнота усиливает их. А еще в ней можно раствориться. Сделать вид, что это не я откликаюсь на прикосновения постороннего мужчины.
— Хочу тебя, прямо здесь. Не то сдохну.
Лешин напор стирает последние капли сомнений и совести.
И я даже немного рада, что все происходит именно так: сумбурно и дико, без лишних разговоров и сантиментов. По-другому я бы не решилась. А сейчас… Сейчас теплое мятное дыхание щекочет не только кожу над ухом, но и где-то внизу живота. Там, где я давно ничего не чувствовала, начинает требовательно зудеть.
Как же долго у меня не было мужчины. Господи!
Нет, я не жалуюсь. Секс для меня никогда не был чем-то обязательным и сверхважным. И я спокойно переживала эти два года одиночества. На стены не лезла. Но сейчас все иначе. Сейчас безумная потребность в крепких мужских руках затмевает всё.
Пока одна Лешина ладонь нетерпеливо задирают майку, пальцы второй пытаются расстегнуть пуговицу на джинсах.
Выходит быстро. Но мне вдруг не хочется, чтобы он меня раздевал. Это слишком. Как и поцелуи. Поэтому я уворачиваюсь от его губ, подставляя шею. А когда Леша отстраняется, чтобы приспустить джинсы, быстро стягиваю свои.
Слышу как звенит пряжка ремня. Как нетерпеливо Леша шелестит фольгой.
Ну хоть кто-то из нас думает о защите. Молодец! Мои же мозги полностью отключились.
Мне абсолютно не важно, сколько раз он проделывал похожее с другими. Очевидно, что с его внешностью претенденток на мое место хватает. Он привлекает. Притягивает. Поэтому и я позволила себе притянуться. Стать обычной двадцатипятилетней девушкой. Хотя бы один вечер прожить без дыры в сердце. И я выбрала для этого идеального любовника. Или это он меня выбрал? Ведь мы оба не собираемся клясться друг другу в вечной любви после того, что вот-вот случится. Он — моя таблетка от боли. Крепкий обезбол.
Я вдыхаю мужской запах. Чуть резковатый, головокружительный. Чувствую как Леша надавливает мне на поясницу, заставляя сильнее прогнуться. Как поглаживает шероховатыми пальцами ягодицы.
Мои колени натурально подкашиваются.
Я его хочу. Себе врать бесполезно. Ему тоже, ведь он наверняка это чувствует.
Дрожу отчего-то. Хотя парень, что вжимается мне в спину своей крепкой грудью в сотню раз раскаленнее печки. Он горячий, живой, настоящий. Он громко и рвано дышит. Часто и быстро целует в плечо. Его губы тоже горячие. И они знают, что говорить, чтобы я окончательно спятила.
— Ты так пахнешь. Черт. Зачем так вкусно?
Сбивчивый шепот отвлекает и расслабляет. Правда, стоит почувствовать, как Леша начинает медленно проникать в меня — всё-таки поднимается паника. Я что есть силы сцепляю губы. Шумно тяну носом воздух.
— Охренеть. Ты же… Скажи, что не в первый раз?
Он даже замирает на мгновение. Пытается поймать мой взгляд своим. Смотрит пытливо. Ждет.
— Черт! Скажи, что тебе не больно. Что я могу продолжать.
Мне больно. На самом деле мне почти так же больно как будто впервые. Что даже слезы наворачиваются. Но тут темно. Как хорошо, что темно.
— Нет. Продолжай.
По щеке стекает пара слезинок, но я быстро моргаю, а спустя мгновение они исчезают так же внезапно, как и появились.
Леша отрывает меня от стены и, подхватив под бедра, несет вглубь комнаты.
Свет так никто и не включил, но, на удивление, мы ничего не сшибаем.
Видимо, мы не первые, кто вваливается сюда в порыве страсти, раз администрация предусмотрительно оставила минимум мебели.
Глаза выхватывают очертание кровати и… Она кажется огромной. Просто какое-то двухметровое ложе.
На секунду даже жаль, что я не вижу всего этого гостиничного антуража. Чем богат хваленый номер люкс?
Мягкими белоснежными простынями?
По крайне мере, сейчас в моём доступе лишь они. Пахнут нейтрально: свежестью и чистотой.
Леша укладывает меня на кровать и все-таки стягивает майку. Я позволяю. Потом в одно движение он и сам остается без футболки.
Шумный выдох заполняет тишину, когда Леша пялится на меня. Скользит таким жадным взглядом по моей груди, что она невольно вздымается выше.
Какой девушке не понравится восхищение? Настоящие, неприкрытое, которое ощущается так остро, что внутри все плавиться начинает от таких разглядываний.
Мне больше не кажется, что в комнате темно. Или я просто привыкаю к полутьме, или это глаза Алексея так светятся, что я отчетливо вижу как напряжены жилистые руки, как красиво перекатываются мышцы на груди и бицепсах, когда он резко нависает надо мной. Наклоняется так близко, что я снова чувствую его жар.
Какой же он горячий и большой. Боже! Я на его фоне просто Дюймовочка — ледышка.
Я облизываю губы, они почему-то сохнут. А Леша, будто повторяя за мной, ведет по ключице теплым влажным языком.
Приятно. Очень. Особенно когда с каким-то сумасшедшим голодом он припадает к груди. Пробует ее на вкус, смакует, пока рукой разводит мои колени в сторону.
Плавное движение бедер. Мой всхлип. И внизу живота начинает пульсировать в предвкушении.
Это гормоны. Тело будто наказывает меня за год одиночества и слишком уж остро реагирует на близость с этим парнем. Оно практически сходит с ума в его руках.
Каждый новый толчок — как касание к высоковольтному оголенному проводу.
Я выгибаюсь, вонзаю ногти в матрац, до металлического привкуса во рту кусаю губы. Сопротивляюсь до последнего, но наслаждение вот-вот заполнит меня до краев.
Да, боль я стерпела, а нарастающее удовольствие игнорировать не получается. Ведь когда Леша заваливается на меня всем своим весом и глухо стонет куда-то мне в шею, это становится финальной каплей. Мой собственный организм, который казался каким-то невозможным чудом света, просто топит с головой. Накатывает так резко, так мощно, что я лишь ошалело распахиваю глаза и хватаю ртом воздух.
Пару минут так и лежим.
Я поражена и обездвижена. Прислушиваюсь к себе, принимая произошедшее, пока Леша пытается отдышаться.
Его вспотевшая грудь прижимается к моей. Сердце где-то там, под грудой мышц, стучит как заведенный мотор.
— Старался не спешить, но с тобой нереально сдерживаться, — говорит он, скатываясь на бок. — Сейчас быстро в душ и продолжим.
Лешина речь стала ленивой и чуточку невнятной, но я все же понимаю.
Киваю,
