подоконнику, я слышу как Юлька напевает что-то себе под нос. И именно в этот момент взгляд цепляется во дворе за крупную фигуру в черном.
Я застываю, моргая в невереньи. А затем спохватившись, что меня заметят, резко отпрыгиваю в сторону.
По широкой тротуарной дорожке идет высокий плечистый парень с коротким ежиком темных волос.
Парень, который кажется мне знакомым. Ведь если я не окончательно сошла с ума, то это ОН!
Глава 9
Аня.
Паника. Будь она неладна! Меня охватывает такая дикая паника, что мозг требует срочно куда-то бежать, запирать дверь, прятаться. Хотя, по сути, нужно просто стоять с невозмутимым видом, не привлекая внимания, но я делаю все с точностью до наоборот.
Дернувшись в сторону, я задеваю плечом металлический шкаф с медикаментами. Сверху тут же падает коробка с одноразовыми перчатками. Те в свою очередь мгновенно рассыпаются по всему кабинету.
— Ты чего? — в недоумении смотрит на все это Юлька, — Будто привидение увидела.
Машу головой, мол все нормально, и присаживаюсь на корточки, чтобы собрать рассыпанное добро. А у самой сердце так и заходится в каком-то немом испуге. Особенно, когда Мырзина подходит к окну.
— Юль, нет! — кричу я и разве что за ногу ей не цепляюсь.
Глупо ужасно. Согласна! Но примерно также ведут себя преступники, которых вот-вот возьмут с поличным: суетятся, делая одну ошибку за другой.
— Там… Там…
И как назло, ничего в голову не приходит, еще и язык словно к нёбу прилип.
— Оооо, это же тот Леша, да? Ты поэтому в лице изменилась? Глаза вон какие испуганные.
— Что?
Ох, теперь я наконец-то понимаю для чего придумали все вот эти «А? Что? Ты о чем?». Это отличный способ потянуть время и выкроить пару секунд, чтобы взять себя в руки.
— Какой Леша? Валентина Егоровна там. На крыльце прямо. Так зыркнула, что аж не по себе стало.
— Ммм, — что-то нечленораздельное мычит Юлька, будто и вовсе меня не слыша. — Интересно, что он тут забыл? Подлечиться пришел? А вдруг ко мне? Так-так, пойду-ка я в кабинет. Если что, осмотрю его как следует. А то, может, зря Витка на него слюни пускает и это он только с виду большой.
«Не только с виду» проносится в голове. Я, чёрт возьми, уже проверила.
Растерянно смотрю как Юлька поправляет примятый халат, как на пару секунд замирает у небольшого зеркала, как отправляет мне воздушный поцелуй и выскакивает за дверь. И я вот даже не знаю, смеяться или плакать, если он и правда к ней на прием. Мырзина дерматовенеролог.
Разворачиваюсь к стене и несколько раз бодаю лбом холодный кафель. Все-таки смеюсь над абсурдностью ситуации.
Только я могу провести с парнем ночь, сбежать от него в надежде больше никогда не увидеть и вот вам, пожалуйста, он ходит сейчас где-то нашими коридорами.
Выдыхаю. Сажусь на место и начинаю вести прием. Лучшее, что я сейчас могу сделать — успокоиться и заняться привычной рутиной.
«Когда злишься — иди мой посуду» любит говорить моя мама. «Когда хочется плакать — иди мой полы». Хоть какая-то польза должна же быть от твоих страданий.
Я успеваю перевязать три раны и раз пять отбить входящий вызов от Юльки, когда в кабинет заводят нового пациента.
Симонов Евгений, десять лет. Ожог второй степени. Обычное дело. Лето. Каникулы. Только за последнюю неделю это второй случай, когда дети балуются с огнем.
Правда в этот раз есть одно существенное отличие: почти двухметровое и до жути наглое.
Алексей, он же мой ночной знакомый, заходит в кабинет вслед за мальчиком и его мамой.
Шок. На моем лице шок или скорее ужас. На его — удивление, что очень быстро перетекает в легкую ухмылку.
Глава 10
Аня.
— От столбняка мальчика прививали? — спрашиваю, опустив глаза в медкарту, а голос словно и не мой. Резкий, сухой. Будто я только одним нейтральным предложением пытаюсь высказать все, что я думаю об этом Алёше.
В ответ тишина.
Всхлип.
— Кать, ты Женьку прививаешь? — спокойно переспрашивает мой ночной любовник, видимо, у своей … жены?
— А папы у нас, как всегда, далеки от темы прививок? — не могу отказать себе в удовольствии, чтобы уколоть.
Нельзя так делать. Знаю. Но как же я злюсь.
— Я… Да… Прививаю, — заторможено отвечает девушка, шмыгая носом.
Она такая миловидная и худенькая, что, глядя на нее, я закипаю еще сильнее.
В сторону Алексея больше даже не смотрю, боюсь испепелить взглядом.
Какого черта ты ко мне полез?
— Останьтесь кто-то один с ребенком, пока я буду обрабатывать рану.
Перевязочный размером с каморку три на четыре и сейчас находиться мне тут крайне сложно. Душно, просто невыносимо. И я надеюсь, что выйдет все-таки Леша, который занимает собой добрую часть кабинета.
Но нет. Он усаживается на кушетку рядом с мальчишкой и неотрывно следит за каждым моим шагом.
Достаю бинты, антисептик. Делаю много лишних движений, забывая, где у меня лежит противоожоговая мазь.
— Дядь Леш, — шепчет мальчик, без конца кусая губы. — Больно будет?
— Не больнее, чем расплавленный пластмасс себе на ногу уронить.
Поднимаю на него глаза. Зависаю. Он тоже смотрит на меня, улыбается.
— Правда, Анна Сергеевна? — читает с бейджика на халате.
— Правда, — растерянно сглатываю.
Не папа, да? Ну и ладно. Стыдно, конечно, но извиняться не буду.
Дальше все манипуляции провожу молча, но под громкоговорящим Лешиным взглядом. Он буквально глаз с меня не сводит, пока сам пытается отвлекать мальчика разговорами. Тот терпит стойко. Ведь на кону рыбалка, которую Леша ему пообещал.
— Анна Сергеевна, а вы как к рыбалке относитесь? Может, составили бы нам компанию?
Тюбик с мазью, которой я обрабатывала рану валится из рук. Леша ловко подхватывает, прямо на лету. Протягивает. Забираю не глядя, а у самой пальцы будто деревянные, вот-вот снова выронят.
Дышу ровно, сосредоточенно накладываю повязку, объясняю, как потом менять. Леша кивает со знанием дела, выглядит при этом собранным.
Надо отдать ему должное, его присутствие хоть и сбивало меня с рабочего ритма, но в целом, он молодец. Думаю, если бы осталась мама мальчика, мне было бы сложнее. Приходилось бы успокаивать и ее, и его.
— Жек, жди меня в коридоре, — командует, когда я заканчиваю давать последние рекомендации.
Мальчик послушно выходит, бросив у двери «спасибо, до свидания», и мы с Лешей остаемся вдвоем.
Кабинет сразу будто еще меньше становится, поэтому я спешно вскакиваю на ноги.
Беру лоток с использованными инструментами, хочу замочить в
