к заскулившему мерзавцу и воткнул меч тому в сердце.
На этом стычка закончилась. Сколько она длилась? Полагаю, минут десять всего, причём, местных, которых в часе сто. Эрик забрал у Ника поднятый тем факел и внимательно осмотрел убитых.
— Это не здешние. — сделал вывод. — Видите, милорд, каким узлом у них завязки на вороте рубашек? Скорее всего, из Парма. Там так привыкли.
Мне всё равно. Из Парма, так из Парма. Подозревать старого графа Генриха или его подлеца-сынка Кирилла даже и не подумаю. Злоумышляли бы против меня они, прислали умелых убийц, а не вот это вот всё дерьмо.
Мне захотелось вернуться к трупам и плюнуть на них, когда мы, пройдя дальше, после того, как Ник с Иваном собрали трофейные кошели, обнаружили нищенку с перерезанным горлом. Объедки, которыми старуха лакомилась, недоеденными так и валялись рядом. Видать, шайка пришла в этот проулок вскоре после нас с Эриком.
— Бабушка-то чем этим уродам помешала? — спросил я вслух сам себя.
Выйдя к Вдовьей площади, направились перпендикулярно к тому направлению, откуда к этому проулку пришли. К людям Джека Мстителя мы отправлялись от амфитеатра, а сейчас наш путь лежал в замок.
Думаю, меня не хватились. В этом плане мне помогает шутливая истина из родного мира, что у любого профессора должны быть и жена, и любовница. Первой сказать, что ушёл ко второй, той сообщить, что останешься у супруги, а сам в библиотеку.
Джею с Марией сейчас не до меня, они разводят вокруг себя политические игры со своими вассалами и герцогом Конрадом, дядя Рональд думает, что я с Агнией, сродная сестрица считает, что я с нашим дядей, остаётся только моя любимая кузина, но ту я нечестно ввёл в заблуждение.
Врать Юлиане не соврал, но ужимками, ухмылками и недомолвками сделал так, чтобы она сама додумала. Виконтесса Дитонская ждёт сейчас меня со свидания с молодой замужней баронетой. Карл остался с моей кузиной и успокоит её, если вдруг та начнёт тревожиться. Ловко я всё придумал.
На улицах полно пьяных, но всё вполне мирно, горожане увлечены зрелищами и дармовыми угощениями, так что, Ник с Иваном ничьего внимания не привлекают, я с Эриком тем более.
Дошли до моста Злого герцога. Когда-то с него в раннем детстве, в возрасте шести-семи лет, Степ с Юлькой и Фомой любили плевать на головы проплывавших под мостом на лодках речных чистильщиков. Забавлялись гадёныши. Пару раз их ловили за этим непотребным занятием, секли, но пугали ненадолго.
Да уж. Мог ли тогда кто-нибудь представить, что один из них станет величайшим боевым магом королевства? Вряд ли. А про Юльку кто бы сказал, что в скором времени она превратится в известную коррумпированную особу?
В канун коронации сладкоежка развернулась на полную катушку. Не помню точно, сколько я подписал пропусков, приглашений и поздравлений. Суммарно точно не менее полусотни. И с каждой бумаги или пергамента Юлька наживалась. Разумеется, с моего ведома.
Её авторитет на ниве мздоимства среди неллерцев сильно вырос. Мою служанку привечают и в ратуше, и в гильдиях, а во дворце не только слуги побаиваются, но и мелкие чиновники стараются угодить.
Доверяй, но проверяй. На всякий случай распорядился Эрику проверить девушку. Он выборочно опросил людей. Нет, всё по честному, прошлый урок пошёл впрок. Значит, иногда надо розги практиковать, раз такие эффективные, и это без привязки конкретно к Юльке.
Наш третий друг по тем безобразиям Фома, увы, умер пять лет назад. Тогда чёрная лихорадка собрала обильную жатву. Четверть Неллера тогда вымерло, причём, дети гибли в большем количестве. Степ тогда отделался лёгким недомоганием. Хорошее питание и забота Ригера с Эльзой помогли отделаться испугом.
Как чёрная лихорадка называлась на Земле и была ли у нас когда-нибудь, сказать не могу. Не специалист по симптомам средневековых эпидемий. Вот ковид я бы сразу узнал по потере вкуса и прочему. Ещё уверен, что не оспа. У переболевших не осталось характерных меток на коже.
— Вы чего остановились, милорд? — поинтересовался Эрик на середине моста.
— Да так, вспомнил кое-что. — я улыбнулся с грустью. — Пошли дальше.
Опять началась очередная волна фейерверков. Мы как раз проходим мимо одной из точек, откуда их запускают. На телегах связки вертикально стоящих бронзовых труб разного диаметра. Оттуда и вылетают шары, которые на высотах несколько десятков ярдов при разрыве раскрашивают ночное небо разноцветными огоньками.
Пока на площадях одни, их подавляющее большинство, любуются, задрав головы вверх, другие, их единицы или десятки, обчищают первых, срезая кошели или залезая в сумки. Я со своими вояками отношусь к третьей категории, мы не делаем ни того, ни другого.
Мимо проскочил парень, на моих глазах обчистивший дебелую тётку, которая в компании со своей молоденькой служанкой смотрела вверх раззявив рот. Мелькнуло было искушение схватить вора, да передумал, на это есть городская стража, пусть каждый занимается своим делом.
Уже перед подъёмом к воротам герцогского замка увидели вышедших из трактира баронетов Иоанна и Карла, еле держащихся на ногах. Эти два дворцовых прихлебателя, мои сверстники, не дают прохода при каждом моём приезде в Неллер. Всё в друзья набиваются, но я быстро раскусил их натуру — подхалимы, лжецы, попрошайки, подлецы — зачем мне такие приятели?
Сейчас они держали в обнимку шлюх, молодых, но явно потасканных, размалёванных так, что их лица напоминали маски.
— О! Это же этот. — громко произнёс Иоанн и икнул. — Ник, а ты где своего господина оставил, а?
— Не знаю, баронет. — вежливо склонился остановившийся штаб-капрал. — Где-то во дворце же должен быть? У меня выходной, милорд отпустил на весь день.
— Да-а? — почему-то удивился Карл, выпучив глаза, покачнулся и упал бы, если бы не поддерживающая его девица, впрочем, тоже не твёрдо стоящая на ногах. — Ты ему передай, что мы в «Старой мельнице» будем всю ночь кутить. Пусть присоединяется. Что ему во дворце со старичьём делать? С нами веселее.
— Хорошо, баронет, милорд Степ обязательно узнает о вашем предложении. — совершенно честно пообещал Ник.
Ага, ещё бы я не узнал. Вот же я, рядом стою. Легко толкаю в плечо Эрика, нечего тут стоять, слушать пьяный разговор, ворота уже вот они, а ребята как-нибудь сами разберутся с молодыми благородными кутилами и догонят.
— Вы бы сказали своим приятелям, чтобы они лучше в вертепы ходили. — лейтенант пошёл со мной. — Там хозяйки следят за здоровьем девиц, а в трактирах полно таких
