Ночь. Но не вздумайте в это поверить!.. Мне нужны трое, — он сделал жест наставникам, и те вытянули головы, выискивая в шеренге своих любимчиков.
— Кобока, — заорал Струглур.
Вперед шагнул упитанный юноша с оскотинившимся лицом. Шейку его копья, подобно бунчуку, обвивал пушистый хвост скунса — его бывшего питомца. На памяти Ачуды, этот увалень ни к кому и никогда не проявлял сантиментов или же просто очень старательно их скрывал.
— Ачуда, — позвал Уретойши.
Еле подавляя довольную улыбку, парень шагнул навстречу Поднимающему Ветер. Но Могуль мотнул головой.
— Девушкам на границе делать нечего.
Среди Презирающих День побежали смешки. У Ачуды были длинные черные локоны, опущенные до самых лопаток, а правая прядь была заплетена в тяжелую косичку, но…
— Волосы не мешают мне сражаться, учитель, — сдавленно воскликнул Ачуда. — Я лучше всех здесь владею копьем.
Могуль взглянул на него так, будто мальчик признался ему, что является разведчиком Пожирающих Печень. Съеживаясь под его пристальным и бесчувственным взглядом, Ачуда извинился и поправился, что владеет копьем лучше всех, за исключением самих учителей.
Могуль пропустил его слова мимо ушей, вопросительно посмотрев на Уретойши.
— Он хорош, — заверил Поднимающий Ветер.
— Вы туда не копьями махать идете, — процедил Могуль. — Впрочем, поступай, как знаешь, Уретойши. Это тебе же нужен был новый напарник. Или для чего еще ты его туда себе берешь?.. Того и глядишь, дела на границе пойдут лучше, если в мужском коллективе начнут расхаживать девчушки. Будут вихлять своими косичками, поднимая воинский дух, — выдав эту уничижительную тираду, встреченную в шеренге неуверенными смешками, командир Смотрящих в Ночь отшагнул обратно к вольеру и стал разглядывать зверушек.
Ачуду не смутили его издевки, да и в целом, насмешки сверстников его волновали мало — в схватке он одерживал верх над любым из них.
Струглур смерил Уретойши и его нового Ждущего Закат язвительным взглядом и зычно обратился к шеренге.
— Что повцеплялись в свои копья⁈ Думаете, есть значение, какой стороной правильно его держать⁈ Эти палки вам не пригодятся! Как и ваши глупые прыжки через голову, которыми вас развлекает Поднимающий Ветер! Ров на границе уже давно выкопан, и он сделает всю работу за вас. От вас требуется разве что не обмочить портки до той степени, чтобы ров появилась возможность переплыть… Среди вас вообще есть хоть один, кто по ночам не пускает под себя лужу⁈ — Струглур внезапно замер рядом с крепышом с четырнадцатью шрамами. — Может ты, Булло?
Широкоплечий юноша с готовностью шагнул вперед. На его копье болталось ожерелье из зубов, выбитых в тренировочных поединках. Но тот же Ориганни неоднократно предполагал, что Булло собирал его из выпавших, а не выбитых, так как на веревочке попадались в том числе и молочные.
— Хочешь на границу?
— Да, учитель!
Струглур неожиданно хлестнул ребром ладони юноше в солнечное сплетение. Тот беззвучно согнулся.
— А чего это ты там будешь делать, на границе-то? Брюхо набивать дичью? Ты для этого туда идешь?
Булло не хватало воздуха, чтобы дать ответ, а Кующий Дух стоял над ним и ждал.
— Сказать нечего? В самую точку я угадал, да? Слыхал, среди вас дурачки, которые мечтают оказаться на границе только затем, чтобы стрелять дичь и жрать ее, пока остальные люди в племени давятся баландой из кукурузы…
— Я не… я не… — пыхтел Булло. — Не для…
— Что ты не? — не понял Струглур. — Не ради дичи? А ради рытья рова? Что ж, я вижу, плечи у тебя ничего… Махать лопатой сможешь дни напролет… Это ж у Желудевого Порога на посту стоит Регола?
— Да, там, — кивнул Могуль.
— Ров там еще углублять и углублять, а отходы из Преющей Впадины уже переваливают за край и подтекают к нам… Плотину, по-хорошему, надо там сооружать… Сильные руки нужны…
— У меня сильные руки… Я готов, — с трудом выпрямился Булло.
Ачуда встретился взглядом с Ориганни, у того на лице читалось отчаяние и мольба.
— А что он сделает, если нагрянут Пожирающие Печень? — вдруг он услышал будто со стороны. Оказалось, что это был его голос. — Сколотит из досок перед собой плотину? Границе нужны руки, что умеют держать не только лопату, но и удар…
Струглур выглядел обомлевшим от наглости Ачуды, но Могулю его слова, кажется, пришлись по вкусу.
— Девчонка дело говорит, — отозвался он. — Есть тут такие?
Уретойши, которому Ачуда уже в четвертый раз настойчиво шептал имя своего друга, указал своим копьем на кого-то из мальчишек.
— Ориганни.
Счастливый паренек шагнул вперед, бросив благодарный взгляд Ачуде.
— А семья у тебя полная? — вдруг спросил Могуль, стерев с его лица улыбку.
Друг Ачуды не имел семьи. Его мать тоже умерла, но еще раньше, сразу после родов от горячки. А отец погиб от рук каннибалов, когда пересекал границу. К счастью, своего сына он оставил на произвол судьбы другим соплеменникам, поэтому того не постигла участь отца.
Тем не менее Ориганни решил посвятить свою жизнь мести и борьбе с убийцами. Вступить в ряды Презирающих День ему помог Ачуда, его единственный друг детства, после долгих увещеваний своего влиятельного отца. А сирот, как известно, в Смотрящие в Ночь не брали.
— Так и что? — напомнил о себе Могуль. Ориганни отмалчивался, стоя с понуренной головой. — Сироты нам на границе в жерло не сдались!.. С рождения привыкли думать лишь о своей шкуре…
— Мне плевать на свою шкуру!
— Да⁈ Тогда иди в кожевенные ямы с этими словами, к дубильщикам!.. Те вмиг ее сдерут, раз тебе плевать!.. Столько зим живем в осаде, и хорошей кожи уже так просто не сыскать…
— Он не сирота! — заступился за друга Ачуда. — Я его семья.
Могуль скривился еще больше.
— Это не то, девчонка. Речь о родственных узах, а не о брачных…
Юнцы в шеренге заверещали от смеха, но Могуль обернулся на них с таким видом, будто тот был адресован ему, а не парочке лучших друзей. Ухмыляющийся Кующий Дух склонился над ухом командира, вполголоса что-то объясняя. Могуль поджал свои жесткие губы и, бросив на Ачуду непонятный взгляд, молча покинул ристалище.
— Ты принят, — Струглур хлопнул Ориганни по плечу, подгоняя к Уретойши. — Приготовь их и веди на границу, — велел он Поднимающему Ветер, а сам вернулся к ученикам. — А ваше время умирать придет позже… Кру-у-угом!..
Глава 2
Смотрящий в Ночь. Часть 2
Заложив копье себе за голову на плечи, Уретойши шагал и насвистывал, подражая пению соек. Ориганни и Ачуда поспевали за ним.
— Желудевый Порог — недурное место, если так подумать, — рассуждал Ачуда. — В ореховой каше недостатка у тебя
