такой ерунды.
— Слушай, Нора! Что-то изменилось от нашего смеха! Вот, например, пентакль. Он замерцал. И твой медальон тоже.
— Вообще-то смех — это самая естественная среда для Шута, самые нужные вибрации для этого места, как ни странно!.. Постой-ка... — Нора перебила сама себя, — тут в моём окошке другое кино показывают.
— Что такое кино?
— Вот, смотри!
На блестящей поверхности медальона появилась рябь, а потом замелькали образы: угол полутёмной комнаты, круглый стол, покрытый бархатной скатертью глубокого синего цвета, хрустальный шар, зажжённые свечи, длинные женские пальцы в перстнях. На какое-то время картинка замерла на стене, увешанной картами звёздного неба, древними амулетами и пучками сушёных трав.
— Что это? Я знаю эту комнату — это салон Лены Ленорман, нашей гадалки, помнишь, я тебе рассказывала, она входит в наш тайный эзотерический кружок!
— Похоже, мы видим происходящее "глазами карт", и это такой "пробой реальности", если так можно выразиться, а твоя Лена (она, что, родственница той самой Ленорман?) тасует "твою" колоду.
В окошке появился ещё один персонаж — красивый брюнет с волнистыми волосами и губами, которые принято называть порочными, пусть это даже и звучит банально.
— Я хочу узнать куда подевалась эта глупая девчонка! — донёсся его голос из "окошка" словно с другой планеты.
— Ах, — вскликнула Норта, — это же Ржевальский!
— Что же не Ржевский!? — непонятно прокомментировала Нора.
Картинка смазалась, образы замелькали, видимо, гадалка снова перемешивала карты.
— После представления, устроенного ей в тот вечер, когда в воздухе стали мелькать буквы и слова, поднялся переполох. Когда все успокоились, твоей маленькой дурочки уже не было в комнате, наверное, улизнула под шумок, — отвечал женский глубокий голос.
— Хватит мешать, спрашивай!
— Не торопите меня, поручик! Колода досталась нам, как и было задумано, но она не слушается меня в полной мере. К тому же колода не полная — не хватает аркана Звезда.
— Нет одной карты — не критично!
— Я бы так не сказала... Колода без Звезды — это мир без надежды!
— Давай без пафоса, Лена, по существу!
— Двойка Мечей в настоящем: неопределённость, балансирование на грани...
В будущем — Шестёрка Мечей: путешествие, уход от прошлого, движение к неведомой цели.
— Где эта идиотка сейчас? — вскричал Ржевальский.
— Для неё: пустая карта Бланка. Нет ответа...
— Да ты шарлатанка, Ленорман, — вконец разозлился Вопрошающий.
— Для тебя, Денис, выпал Повешенный, — словно в трансе продолжала вещать гадалка, — твоя хитрость — это твоя петля на шее. Кто‑то уже знает о твоих планах.
Окошко на медальоне потускнело и погасло. Обескураженная Норта сидела вся бледная и продолжала молчать. Из медальона раздался осторожный голос её подруги по несчастью:
— Да уж, не похож этот Ржевальский на парня твоей мечты, ещё тот пройдоха! Где ты его нашла?
— Видишь ли, мой отец учёный‑архивист, одержимый идеей восстановить утраченные знания нашего обедневшего рода. Мы едва сводили концы с концами, продавая старинные вещи.
А поручик Ржевальский — молодой офицер из новой волны Имперской администрации. Умён, скептичен, очень перспективный молодой человек. Получил назначение в губернию, где расположен наш особняк, с заданием: изучить местные аномалии и фольклор на предмет потенциальной пользы для Империи. Так он, по крайней мере, сказал, когда прибыл к нам с официальным визитом — якобы для "инвентаризации культурного наследия". Он стал приходить в нашу библиотеку, изучать манускрипты, и ... оказывать мне знаки внимания. Потом ввёл меня в тайный эзотерический кружок. Остальное ты уже знаешь...
— Что он от тебя хотел? Явно не подарить звезду с неба!
— Я чувствовала подвох, но не хотела себе признаваться, — прошептала Норта, — встречи с ним всегда оставляли послевкусие смутной тревоги. Видимо, я была ему нужна для получения секретных знаний о колоде моей прабабушки. И сама колода досталась ему, но не ключ к ней...
Норта долго молча сидела на камнях, поджав колени к груди. Ветер играл с её волосами, тихий Арт прижимался к боку. В руках она держала старинный медальон. Металл был тёплым, будто хранил чьё‑то дыхание.
— А Звезду, тем не менее, я в результате его интриг получила — тебя! — сказала девушка более бодрым тоном, — почему ты замолчала, Нора?
— Мы что-то упускаем из виду... что-то мелькнуло в голове перед "включением твоей реальности". Какой-то намёк... Постой-ка, а какой формы мой медальон?
— Я же уже говорила тебе, в форме звезды!
— А ведь на Пентакле тоже звезда! Попробуй их совместить!
— Ты гений! — Норта схватила Пентакль и дрожащими руками сблизила два артефакта. Ничего не произошло.
— Как же так, вершины звезд идеально совпадают!
— Подожди, Норта, не суетись. Нужно не спонтанное, а Ритуальное действие. Давай рассуждать: у нас есть символы всех четырёх стихий. Пентакль - Земля, Чаша - Вода, Меч - воздух, Жезл - Огонь. А медальон - Дух. По-крайней мере мой дух там присутствует! Разложи остальные предметы вокруг себя!
— Точно, сейчас так и сделаю!
Со второй попытки вокруг сопряжённых Звёзд возникло и тут же погасло слабое свечение.
— Нора, ты видела? Что-то получилось, но не совсем... — грустно отметила разочарованная девушка.
— Не хватает вербального компонента...
— Что? Ты говоришь непонятными словами. Из какого же странного мира мне досталась помощница!
— Норта, что тут непонятного, у любого Ритуала должна быть звуковая формула, в которой сосредоточено намерение, лучше в стихотворной форме.
— Стихосложение — это тайное сакральное Знание, нам такое недоступно, только редкие Посвящённые могут складывать стихи.
— Ничего не знаю, я тебе могу наваять этих стихов целую поэму, у меня филологическое образование, могу весь день говорить стихами, хочешь? — голос в медальоне снова смеялся.
— Ври-ври, да не завирайся! — Норта резко дёрнула медальон, так что его цепочка больно врезалась её в шею.
— Вот, слушай и запоминай: стихи для нашего Спасительного Ритуала! — из медальона раздался голос Норты, теперь он звучал протяжно, мелодично и таинственно.
Звезда к звезде — замкнулся круг,
Свет пронзает древний звук.
Вода шепчет, воздух вьётся,
Огонь рвётся, не сдаётся.
В единенье ключ добудешь,
Скала дрогнет — путь разбудишь.
Раз‑два‑три — открой врата,
Где звезда с звездой слита.
Свет и тень, огонь и лёд,
Проход ждёт — он нас зовёт!
— Не Пушкин, конечно, но для наших целей сойдёт: живенько, искренне, эмоционально!
Норта ошарашенно
