— Угощайся, — предложил он. — Может, это поможет тебе расслабиться.
Она не желала расслабляться, и ей хотелось в туалет, но она все равно приковыляла к нему и забрала бутылку, чтоб он не выпил ее сам. Она выбрала место на дальнем углу одеяла так, чтобы сесть, не касаясь его длинных ног и не вторгаясь в его личное пространство, которое ее пугало. Сейчас она должна была бы пить шампанское в номере для молодоженов в отеле «Фор Сизонс» в Остине в качестве миссис Теодор Бодин.
Байкер достал пару завернутых в целлофан сандвичей из пакета с продуктами. Он бросил один из них ей и развернул другой.
— Жаль, что ты не дождалась грандиозного свадебного ужина, чтобы его бросить. Там меню намного лучше.
Парфе из крабового мяса, запеченная на гриле говяжья вырезка с лавандой, медальоны из лобстера, ризотто с белыми трюфелями, семиярусный свадебный торт.
— А если серьезно… Откуда ты знаешь Теда? — спросила Люси.
Он оторвал большой кусок сандвича и заговорил, продолжая жевать.
— Мы познакомились пару лет назад, когда я работал на стройке в Уайнете, и подружились.
— Тед дружит со множеством людей.
— Но не все его друзья такие хорошие, как он. — Байкер вытер рот тыльной стороной ладони и шумно отхлебнул пива.
Она отставила в сторону бутылку, к которой так и не притронулась.
— Так ты не отсюда?
— Не-а. — Он скатал обертку от сандвича в шарик и швырнул в кусты.
Она терпеть не могла людей, которые мусорили, но не собиралась об этом говорить. Поглощение сандвича его занимало всецело, и больше он ничего не выдал.
Она больше не могла откладывать поход в лес. Он взяла салфетку из пакета и, морщась с каждым шагом, удалилась в заросли. Закончив, вернулась и села на одеяло. Он хлебнул еще пива. Она не могла заставить себя проглотить ни кусочка и отложила сандвич в сторону.
— Почему ты подобрал меня?
— Я хотел потрахаться.
У Люси мурашки побежали по коже. Она силилась обнаружить хоть какой-то намек на то, что он пошутил, но он даже не улыбнулся. С другой стороны, он был одним из друзей Теда и, как бы странно ни выглядел, Люси никогда еще не встречала преступников среди знакомых бывшего жениха.
— Ты шутишь, — произнесла она.
Он оглядел ее.
— Все может быть.
— Нет, не может!
Он срыгнул негромко, но все равно отвратительно. — Я в последнее время был слишком занят, чтобы отвлекаться на женщин. Пора наверстать упущенное.
Она уставилась на него.
— С невестой друга, которая решила сбежать со свадьбы?
Он почесал грудь.
— Никогда не знаешь, что выкинет сумасшедшая женщина. — Он допил пиво, опять срыгнул и бросил пустую бутылку в кусты. — Так что ты сказала? Хочешь, чтобы я отвез тебя назад, к мамочке с папочкой?
— Я же сказала «нет». — Несмотря на растущее беспокойство, она пока не была готова к возвращению. — Ты так и не сказал, как тебя зовут.
— Панда.
— Нет, на самом деле.
— Тебе не нравится?
— Трудно поверить, что это твое настоящее имя.
— А мне все равно, веришь ты или нет. Пока я побуду Пандой.
— Ясно. — Она задумалась, пока он открывал пакет с чипсами. — Должно быть, это здорово.
— Что именно?
— Кататься из одного города в другой под вымышленным именем. И прятаться при этом за большим синим шлемом.
— Наверное.
Пора это прекратить, она собралась с духом.
— У тебя, случайно, нет мобильника, которым я могу воспользоваться? Мне… мне надо кое-кому позвонить.
Он запустил руку в карман и бросил ей мобильник. Она не сумела поймать аппарат, и ей пришлось искать его в складках сутаны.
— Желаю, чтобы тебе повезло и ты поймала сигнал.
Люси об этом не подумала, но ведь способность мыслить логически покинула ее еще пару часов назад. Она, прихрамывая, ковыляла по лужайке в туфлях, причинявших уже нестерпимую боль, до тех пор пока не нашла место у берега, где появился слабый сигнал.
— Это я, — произнесла она, когда Мег ответила.
— Люси?! Ты в порядке?
— Это как посмотреть. — Она сдавленно засмеялась. — Помнишь, ты всегда говорила, что во мне есть некое дикое начало? Судя по всему, я его нашла. — Большей лжи и представить было нельзя. Дикой ее уж точно не назовешь. Быть может, когда-то она и была такой, но давно изменилась.
— О, дорогая… — Сигнал был слабый, но недостаточно, чтобы заглушить беспокойство в голосе подруги.
Ей нужно было вернуться в Уайнет. Но…
— Я… я трусиха, Мег. Я пока не в состоянии разговаривать с семьей.
— Люси, они любят тебя. Они все поймут.
— Скажи им, что я прошу прощения. — Она едва сдержала слезы. — Скажи, что я люблю их и знаю, что все испортила. Но я вернусь и все улажу… Только не сегодня. Я не смогу сделать это сегодня.
— Ладно. Я скажу им. Но…
Она отключилась, прежде чем Мег успела задать ей еще вопросы, на которые она не смогла бы ответить.
Ее охватила страшная усталость. Она плохо спала несколько последних недель, и ужасные события сегодняшнего дня высосали из нее все оставшиеся силы. Панда растворился в лесу, и, когда он появился, она решила позволить ему спокойно напиться. Она смотрела на одеяло, расстеленное на твердой земле, и подумала об изящных удобных постелях в президентском отсеке на борту номер один и шторках, которые закрывали окна одним нажатием кнопки. Она осторожно прилегла на самый дальний угол одеяла и вперила взгляд в звездное небо.
Она пожалела, что не знает имени байкера, имени, за которым она могла бы спрятаться. Это должно было быть какое-нибудь грубое имя. Сильное и угрожающее. Совсем не такое, как у нее.
Она заснула, размышляя, как его могут звать. Снейк[1]… Фэнг[2]… Веном[3]…
Вайпер[4].
Глава 2
Утренний холод и сырость разбудили ее. Люси открыла глаза и увидела, как персиковые лучи пронзают низкие облака. Все ее тело ныло: она замерзла, испачкалась и ощущала такую же тошноту, как в тот момент, когда заснула. Это был первый день того времени, что должно было стать ее медовым месяцем. Она представила, как Тед проснулся, думая о том же, испытывая ненависть к ней.
Панда спал рядом в мятой парадной белой рубашке. Он спал на спине, его непослушная грива кольцами лежала вокруг лица. Сине-черная щетина покрывала челюсти, а на носу красовалось грязное пятно. Ей было противно находиться так близко к нему, и Люси с трудом поднялась. Его пиджак сполз с нее и упал на одеяло. Она поморщилась, обуваясь, и отправилась в заросли. По пути заметила в кустах шесть пустых пивных бутылок — омерзительные символы того, во что она впуталась.
