— Ты чего?! — Нэй обхватила ладошками её лицо и провела по лбу, словно проверяя температуру. — Мы совсем скоро придём… Потерпи ещё чуть-чуть.
Но от этих слов Мари легче не стало. Лишь захотелось ещё разок окунуться в то самое прохладное озерцо… и не вылезать оттуда, пока дыхание не выровняется, а губы не посинеют. Немного радовало её лишь то, что на этот раз они забрались не так высоко. Как оказалось, между деревьями была протянута сложная система подвесных мостов и лестниц, по которым можно было добраться в любой уголок поселения.
— Но разве феи не всегда летают? — осторожно ступая по качающимся доскам, спросила Мари. — Зачем вам всё это?
Нэй обернулась и в задумчивости дёрнула себя за вылезшую из хвостика прядь волос.
— Не все феи летают… Кроме того, в поселении есть и много других существ.
Мари хотела было уточнить, кто эти «много других существ», но запнулась на полуслове — впереди показалась причудливая постройка, спиралью охватывающая, наверное, самое толстое в лесу дерево. До этого на пути им попадались лишь такие же, как и комната Мари, вырубленные в стволах каморки. Это же построение качественно отличалось от них, напоминая скорее «домик на дереве» в человеческом понимании. Только гораздо больше и внушительнее.
— Вот и пришли, — бодро возвестила Нэй, однако голос её звучал куда тише, чем по пути сюда. — Ну, иди теперь…
Мари в нерешительности оглянулась:
— А… ты не пойдёшь?
Нэй помотала головой, легонько подталкивая её к дверям, у которых безликими статуями стояли две стражницы в полном боевом облачении. Вид закованных в массивную броню фей живо напомнил Мари истории о человеческих рыцарях и старинных воинах.
— Не бойся, — голос Нэй упал до шёпота. — Старшая — самая мудрая в поселении. Она по праву считается главой Дома Ветров с самого его основания…
— «Основания»?.. — медленно повторила Мари, смерив долгим взглядом тяжёлые двери и стражу на входе.
Эта пара метров, что пришлось пройти одной, показались ей дорогой на казнь. Несмотря на кажущуюся беспечность и бесконечные шуточки Нэй, Мари уже успела привыкнуть к своей спутнице, и оттого перспектива встретить совершенно незнакомую Старшую без какой-либо, даже призрачной поддержки здорово нервировала.
Феи-стражницы при её приближении лишь молча кивнули и посторонились. Спину отчётливо прожигал обеспокоенный взгляд Нэй, и Мари вновь ощутила странное чувство затаившейся опасности, что появлялось у неё в последние несколько лет всё чаще и чаще. Она протянула руку: не то чтобы толкнуть тяжёлую дверь, не то чтобы постучаться… как вдруг та распахнулась сама собой. Приятно запахло чем-то цветочным, оставляя после себя, правда, странный металлический привкус, что был будто бы знаком.
— А, это ты, дитя. Я уже давно тебя жду, — донёсся из темноты глубокий женский голос, и Мари с затаённым страхом переступила порог.
Внутри царил полумрак. И только двери захлопнулись за спиной, как Мари показалось, что пропал единственный в этом месте источник света. Однако стоило глазам немного привыкнуть к окружающей темноте, как Мари поняла, что ошиблась. На стенах и потолке, словно светлячки, неярко горели круглые лампы, испускающие холодный, голубоватый свет.
— Проходи, — вновь заговорила Старшая. — Не стоит стоять на пороге.
Мари, наслушавшись рассказов Нэй, представляла её сгорбленной старушкой с седыми волосами и глубокими морщинами по коже. Вот только женщина, что полулежала на сваленных в одну кучу подушках прямо на толстом ковре, никак не походила на этот образ. Тёмные густые волосы небрежно спадали ей на плечи и руки гладкими волнами. На коже, кажущейся при таком освещении мертвенно-бледной, не было ни одной лишней морщинки. Чуть подрагивали за её спиной почти чёрные крылья, что угадывались в полумраке лишь очертаниями да игрой света на них.
Старшая буквально приковала Мари к месту немигающим взглядом. Глаза её из-за теней казались лишь тёмными провалами. Совершенно безотчётно Мари ощутила леденящий душу ужас. Ситуация разом перестала казаться прекрасной сказкой. Бежать… Нужно бежать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— И как тебе? — вдруг поинтересовалась Старшая всё тем же вкрадчивым голосом. — Нравится у нас?
Мари, успевшая уже отступить на шаг к двери, вновь замерла, судорожно пытаясь перебороть панический приступ.
— Моя дочь Лиэтель многое рассказывала о тебе, — продолжала глава поселения, нисколько не удивлённая подобной реакцией. — Но ты молчишь… Я пугаю тебя, дитя?
Мари отрицательно помотала головой, не надеясь даже на свой голос. Почему это происходило именно сейчас? В мыслях отчётливо проносились какие-то обрывки, что были почти не различимы, но каким-то образом до одури знакомыми. Казалось, она вот-вот вспомнит нечто важное, что уже столько времени ускользало от неё.
Старшая легко поднялась со своего ложа, и Мари на мгновение показалось, что она хмурилась из-за тени, пробежавшейся по лицу.
— Верно, тебе нечего бояться здесь, в Доме Ветров. Теперь мы твоя семья, дитя, — она положила ладонь Мари на макушку и притянула к себе за плечи.
Это действовало почти усыпляюще. Мари чуть склонила голову, прижимаясь ближе. Щёку обожгло чужим теплом, но девушка лишь прикрыла глаза. Спокойствие и умиротворение каким-то волшебным образом будто бы проникали через кожу.
Не спать!
С Мари мгновенно слетела вся сонная дрёма от неожиданной мысли, пронёсшейся в голове. Это чувство было ей знакомо.
— П-почему. Почему вы забрали меня? — она подняла взгляд — уверенность постепенно возвращалась, накатывая тёплыми волнами. — Лиэ говорила…
Рука Старшей чуть дрогнула, словно она не ожидала этого вопроса, но мгновение спустя губы феи тронула слабая, будто бы виноватая улыбка.
— Наши худшие опасения подтвердились, дитя. Позволив Лиэтель все эти годы приходить, я лично подвергла тебя опасности. И другие… — она отступила на шаг, и Мари едва подавила разочарованный вздох. — Существа других отражений тоже прознали о тебе.
В голове никак не укладывалось, как одно было связано с другим.
— Но ведь…
— У нас много врагов, дитя, — Старшей, казалось, невозможно было возразить, столь непререкаем был её голос, хоть и звучал он мягко и вкрадчиво. — И все они ищут новые пути, способы навредить нам… Круг надёжно защищает Дом Ветров, но мы и не можем прятаться здесь вечно. Каждое мгновение я провожу в беспокойстве за моих детей, выходящих за пределы поселения. И ты, благодаря Лиэтель, стала во многих глазах одной из нас.
Мари вдруг почувствовала нечто вроде сожаления, внезапно осознав, к чему вёл этот разговор.
— Я больше не смогу вернуться?
— Человек слишком хрупок, дитя, — туманно отозвалась Старшая, и тень скрыла её лицо. — Не беспокойся, мы сможем защитить тебя… В конце концов, это моя ошибка.
— Но… — Мари замерла на полуслове, так и не найдя в себе силы продолжить.
До сих пор, мечтая увидеть хоть что-то за пределами белых стен, Мари рисовала себе красочные картины того, как она путешествовала бы по мирам, заводя новых друзей. Сейчас же осознание того, что её клетка стала лишь чуть просторнее, словно выбило почву из-под ног. Кроме того, была и ещё одна причина, по которой Мари хотелось вернуться в человеческий мир ещё хотя бы раз. Они так и не простились…
— Мои слова опечалили тебя, дитя, — задумчиво протянула Старшая. — Почему?
Мари закусила губу. Нет, ей не о чем горевать. Сколько раз она мечтала начать жизнь с чистого листа? Забыть всё прошлое и жить так, как повелит случай. И она не должна позволять всего одному человеку разрушить всё.
— Нет, — Мари насилу выдавила из себя улыбку: подумать о чём-то было гораздо легче, чем воплотить это в жизнь. — Ничего… я просто немного растерялась, простите. Я не должна была…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Тебе не за что извиняться, — взгляд Старшей вновь смягчился, и она вдруг заговорщицки подалась вперёд, на мгновение становясь страшно похожей на Нэй: — Но я, кажется, придумала, что мы можем сделать.
Мари удивлённо посмотрела на фею — та даже в такой ситуации не теряла ауру величественности, хотя в глазах её мелькали озорные огоньки.
