Ловчее кролика, Ная прыгала с бревен на камни, пересекая русло со скоростью и умением, выработанным благодаря практике. Чудовищный гигант в черной униформе не позволил препятствию его замедлить. Он опрометчиво прыгнул на бревно, которое тут же покатилось. Мужчина упал вперед и ударился коленом о камень. В тишине леса раздался рев боли. Ная вздрогнула, сочувствуя страданиям другого человека, но не остановилась оказать ему помощь. Ей нужно было бежать дальше.
Пробираясь через лес, Ная высматривала детали пейзажа и ориентировалась по ним. То дерево, то груда камней, то изгиб пересохшего ручья — все они помогали ей придерживаться курса. По расчетам Наи до безопасной зоны и места встречи с Джозефом оставалось меньше десяти минут.
— Ная! — пронесся по лесу душераздирающий крик Дженни.
Он подтолкнул Наю к действиям и заставил броситься в направлении звука. У нее так напрягся живот, что его чуть не свело спазмом. Превозмогая жжение в стопах и боль в боку, Ная вырвалась из густого подлеска на поляну. Хлещущие голые ветки оцарапали ее голые голени, но она не обращала внимания на боль.
При виде Дженни, пытавшейся вырваться из рук светловолосого зеленоглазого воина, желудок Наи ухнул вниз. Она не собиралась позволять ему захватить ее лучшую подругу, особенно когда они почти добрались до безопасной зоны. Ная отреагировала без раздумий. Промчавшись через высокую траву, она налетела на мужчину, обхватила его обеими руками и повалила на землю.
Между деревьев разнесся его шокированный возглас. Ошеломленная тем, что смогла сбить с ног харкоса, Ная вскочила, и пока он не успел встать, схватила Дженни за руку. Она грубо поволокла подругу вперед.
— Беги. Быстро!
Они побежали так, будто за ними гнались черти. Ная превозмогала боль, сопровождавшую каждый вдох. Она знала, что не сломала ни одной кости, но однозначно ушибла плечо и правый бок, повалив ту громадину.
— А ну вернитесь! — угрожающе прорычал харкос и бросился за ними. — Вы не убежите. Не обе!
Ная отказалась даже рассматривать этот вариант. Они были слишком близки к спасению. Она не могла отказаться от надежды.
— Дженни! — из-за деревьев выскочил Джозеф. Он тяжело дышал, его рубашка пропиталась по́том и липла к худому телу. — Дженни! Быстрее!
При виде Джозефа Ная испытала облегчение и подтолкнула подругу к нему.
— Беги, Дженни. Беги! Мы…ай!
— Попалась!
Она рванулась вперед, но огромная рука схватила ее за рубашку, дернув назад. Ная услышала треск ткани, и ее побег пресекли на корню. Словно в замедленной съемке она падала, ее подошвы скользила по мокрой траве, руки цеплялись за воздух.
— Нет!
— Ная! — Дженни ухватила ее за руку и потянула, но была недостаточно сильна. — Ная!
— Оставь ее, — закричал Джозеф, подскочив к ним. Он отчаянно разжал пальцы Дженни и схватил ее в свои руки. С блестящими глазами и тяжело вздымавшейся грудью он прорыдал: — Прости, Ная. Мне очень жаль.
— Дженни! — закричала Ная, шокированная и охваченная страхом. — Дженни!
Но Джозеф не остановился. Он побежал. Унося любимую женщину, крепко прижатую к его груди в безопасности его объятий. Снова и снова все бросали Наю.
Когда небесный воин попытался перевернуть ее, она задрожала от отвращения. В итоге он преуспел, и едва Ная оказалась на спине, как с размаху ударила его кулаком в челюсть. Харкос зашипел от боли, но не ударил в ответ. Вместо этого он схватил ее руку и зажал у нее над головой. К изумлению Наи, он не пытался причинить ей боль.
— Хватит, — резко прошипел мужчина. — Все кончено. Тебя поймали.
— Пожалуйста, — всхлипнула она, переполняемая эмоциями. — Пожалуйста, отпусти меня. Мои друзья…
— Они тебя бросили. Забудь о них, — его лице промелькнула печаль. — Теперь ты моя.
Ная сделала долгий прерывистый вдох. Ей было ненавистно плакать перед харкосом. Показывать свою слабость мужчине — особенно такому опасному — было ужасной ошибкой.
— Ты пожалеешь, что схватил меня.
— Скорее всего, — согласился он с резковатым смешком. — Точно так же, как ты пожалеешь, что пришла на помощь своей подруге, хотя могла продолжить бежать и быть уже на полпути к порту.
— Я никогда не пожалею, что спасла Дженни от тебя. Она любит Джозефа. И принадлежит ему.
— А ты теперь принадлежишь мне, — напомнил мужчина.
— Ненадолго, — предупредила Ная.
Он рассмеялся — грубый звук.
— Ты не первая невеста с угрозами и не последняя, — он кончиками пальцев провел по ее щеке. — У тебя ничего не получится. Ни у кого никогда не получалось.
Ная подавила рыдания, чуть не сорвавшиеся с ее губ. Будто заинтересованный, мужчина склонился так, что чуть не соприкоснулся с ней носами. Зажмурившись, он вдохнул, втягивая в легкие аромат Наи. Он снова открыл глаза и склонил голову набок.
— Меня зовут Менас. А тебя?
— Ная, — прошептала она. Менас? Что вообще за имя такое? Она изучила лицо харкоса, но не смогла прочитать его выражение. Вопреки всем стараниям Ная никак не могла распознать его эмоции. Оказавшись всецело в его милосердии, она так встревожилась, что ее затошнило.
— Ная, — медленно повторил мужчина. — Мне нравится твое имя. Оно особенное.
Когда его пальцы прошлись по ее плечу вниз, у нее в горле застыл вдох. Разорванная рубашка обнажала слишком много плоти. Чем Менас и воспользовался, проведя кончиками пальцев по голому животу Наи. От его интимного и собственнического жеста по ее разгоряченной коже пробежали мурашки.
Ная едва могла пошевелиться под сильным мужским телом. Пойманная и испуганная, она попыталась выровнять дыхание, с трудом сдержав приступ клаустрофобии, от которого сдавило грудь.
Должно быть, Менас прочитал на ее лице страх.
— Спокойно, Ная, — убедил он, лаская ее руку. — Дыши глубже. Со мной ты в безопасности.
Несмотря на поразительную доброту в его голосе, Ная саркастически расхохоталась.
— В безопасности? С тобой?
— Вы считаете нас монстрами, но ошибаетесь, — Менас стиснул зубы. — Я ни разу в жизни не поднимал руку на женщину. И не позволю никому тебя тронуть. Понимаешь меня? Ты теперь моя. Моя.
Собственническое слово отозвалось у нее в ушах. От осознания изменившейся реальности Наю словно обдало холодной водой, проморозившей до самых костей. В отличие от большинства женщин Каликса, она была довольно независимой. В свою бытность бездомного осиротевшего подростка Ная научилась избегать лап мужчин, желавших сделать ее своей собственностью. От перспективы принадлежать какому-то незнакомцу ей подурнело.
— Я не хочу быть твоей.
— Слишком поздно, — Менас мрачно поджал губы. — Я тебя схватил. Дело сделано.
Ставя точку в дискуссии, он потянулся к нагрудному карману униформы и достал тонкий белый ошейник. Ная зажмурилась, проклиная слезы, стекавшие с ее ресниц на щеки. Вскоре ошейник был надет на нее и застегнут не слишком крепко, но достаточно, чтобы напомнить о новом статусе.
— Не надо, — хрипло пробормотал Менас и стер влагу с ее лица. — Ная, даю тебе слово. Я позабочусь о тебе.
— Позаботишься обо мне? — язвительно рассмеялась она. — Если похитить меня с планеты и сделать сексуальной рабыней — твоя версия заботы, я пас.
— К счастью для меня, у тебя нет выбора,— Менас встал в полный рост, наклонился и, подняв Наю с земли, посмотрел на нее с предупреждением в зеленых глазах. — Ная, даже не помышляй ударить меня ногами, напасть или убежать.
— Рано или поздно тебе придется меня поставить, — выгнула бровь она, констатируя факт.
— Можешь не волноваться, — фыркнул Менас, похлопав ее по бедру. — На шаттле меня уже ждут наручники и кляп.
От шока и от возмущения Ная широко открыла рот и ударила Менаса по руке.
— Ты — свинья!
— И это все, на что ты способна? — он со смехом перехватил ее и закинул себе на плечо.
Оказавшись в неудобном положении, она замерла, опасаясь упасть и удариться головой.
— Какой урод носит с собой наручники и кляпы?
— Тот, который планирует защитить свои инвестиции, — легко ответил Менас. — Я прошел самые мерзкие, самые зверские сражения, чтобы заработать баллы и взять себе жену. Я не позволю тебе сбежать и попасться другому мужчине. Возможно, я тебя не хотел, но ты довольно симпатична для утешительного приза.
