за Валери в кабинет шеф-повара. Шеф, толстый усатый итальянец сидел, развалившись в кресле и потягивал коньяк из пузатого бокала. Вошедших он жестом пригласил к столу, на котором стояла початая бутылка коньяка и набор бокалов. Все налили себе, Жак, Марвин и Валери отказались, сев в приготовленные для них кресла.
– За возможности, которые готовит нам будущее! – шеф поднял бокал, повара сделали тоже самое. – Как вы знаете, будущее готовит ряд перемен. Я уезжаю в Америку на открытие нового ресторана нашего хозяина, поэтому моя задача – оставить достойного преемника на должность шефа ресторана. Не секрет, что кандидатур две, Жак и Марвин. Выбирать, основываясь только на свои привязанности, было бы непрофессионально. Тем более, при смене шефа, должна поменяться концепция ресторана, люди идут на имя. И это имя должно засиять до того, как оно займет место под табличкой «шеф-повар». Поэтому я устраиваю конкурс. Через месяц вы должны предоставить полностью новое меню. На отбор я приглашу самых важных людей города, постоянных клиентов, инвесторов и ресторанных критиков. Именно они будут определять, кто достоин места шефа. Пока вы будете работать по очереди, имя возможность прорабатывать меню и экспериментируя.
Шеф плеснул себе в бокал еще коньяка и спрятал бутылку под стол.
– Ах, да. В одиночку разработать и сформировать меню сложно. Но и отвлекать поваров от их основной деятельности я не позволю. Поэтому вам можно привести по одному человеку со стороны, который будет помогать. Но не больше, балаган из ресторана устроить не позволю. Свободны.
Повара оставляли бокалы и выходили из кабинета, недовольно ворча, что теперь работы станет больше, а двое кандидатов месяц будут прохлаждаться.
– Марвин, все в порядке? – Валери подошла к нему и провела рукой по его щеке.
– Да, – он растерянно смотрел по сторонам, – я где-то оставил очки. Кажется, на кухне.
– Тогда иди и забери их. Я подожду тебя на улице.
Валери вышла на улицу, а Марвин толкнул вращающуюся дверь на кухню. Она неслышно впустила его внутрь. В помещении царила темнота, Марвин пошарил вдоль стены, пытаясь нащупать выключатель, но рука все время проскальзывала, не находя нужную кнопку. Наконец, раздался щелчок выключателя и свет ослепил Марвина, он зажмурился, уже привыкнув к полутьме. Открыв глаза, он направился к своему столу, но остановился по середине кухни, уставившись на центральную жаровую поверхность, на которой, помахивая длинным рыбьим хвостом, сидела девушка.
Глава 3
«Кажется, я могу открыть глаза», – была первая мысль, которая ударила мне в голову сразу после того, как я пришел в себя. Вокруг было темно, значит я либо умер, либо уже точно не в этой жуткой капсуле. Что последним я помню? Кажется, пошел желтый дым. Больше ничего. Значит варианта два: либо у них вырубили пробки от этой адской машины на болтиках, либо я уже на новой планете в новом теле.
Я поднял руки. Поднимаются. Ощупал лицо: нос, уши на месте, только волос очень много и длинные. Интересно, у них мода такая, чтобы мужики с длинными волосами ходили? Дурацкая мода, если честно, никогда не нравились длинноволосые мужики. Но длиннее плеч я мужских причесок не видел, да и в армии такое не позволяется. Но чтобы до пояса? Жуткая планета!
Что это? Погодите, почему у меня такая большая грудь? Я руками проводил по телу, сминая два мягких шарика в руках. Такие упругие и большие есть только у силурианок, но у них они покрыты чешуей. Эти же мягкие и приятные на ощупь. Но почему они у меня? Я – женщина? Не привести святые! Вот вернусь, доберусь до этого фельдмаршала вместе с его мелким докторишкой недоделанным! Но, чтобы убедиться, проверить надо все. Отпустил груди и провел руками все ниже.
Погодите, чешуя? Меня что, еще скрестили с рептилоидами? Никто не говорил, что на этой планете живут помеси человекообразных и чешуйчатых. Хотя чего можно ожидать от отстающей планеты. Но почему мои руки продолжают движение, где разделение на ноги? Только не говорите, что у меня хвост! Ну, фельдмаршал!
Вспыхнул свет, мне пришлось зажмуриться, а когда я открыл глаза, передо мной стоял он – житель планеты Земля. Две руки, две ноги, два уха. В принципе похож на меня. В прошлом моем обличии. Сейчас же нас разделял хвост и две мясистые булочки у меня на груди.
– Привет, – помахал я рукой, вспоминая как это делали девчонки в барах. Слух резанул писклявый голос. Неужели я так говорю?
– Ты кто? – двуногий отшатнулся, налетев на стол и сбив столовые приборы на пол. Пугливый какой. Или я такая страшная девушка?
– Твоя мечта, – пытался я вспомнить, что говорил фельдмаршал о том, что там рассчитывает машина.
Двуногий, не сводя с меня глаз, шарил рукой позади себя, взял какой-то предмет и нацепил себе на нос. У фельдмаршала были похожие луннеты. Значит этот экземпляр обделен зрением. Не лучший вариант, но к кому-то в доверие втираться надо. Только вот ведет себя этот объект совсем не так, как должны вести себя те, для кого создавалось это тело: не кричит от восторга, что увидел сразу все, о чем мечтал, в одном месте. Точнее кричит, но явно не от восторга.
– Убирайся, чудовище, – кричал объект, одев очки и разглядев в деталях девушку, сидящую на плите.
– Почему это я чудовище, – обиделся я, оглядывая себя со всех сторон, – разве тебе не нравится мой хвост?
Ну, хвост-то ему должен понравиться, не просто же так умная вычислительная машина прикрутила мне эту жутко неудобную часть тела.
– Это не естественно! Так не бывает!
– Как не бывает?
– Хвостов у людей не бывает!
Значит, так?! Вернусь, прикручу этот хвост фельдмаршалу и засуну в его вычислительную машину!
– А что бывает?
– Н-ноги, – поправил очки двуногий.
– И у меня когда-то были ноги, – почесал я затылок.
Двуногий, вроде, успокоился, перестал хвататься за сердце и более внимательно меня разглядывал.
– Как тебя зовут? – решил я продолжить внедрение. Все равно других объектов рядом не было, да и с тем, что хвосты их так пугают, знакомство опять начнется с дикого крика. Мои женские ушки этого не вынесут.
– Марвин. А тебя?
– Линн… – осекся я. Я же не знаю как тут женщин называют.
– Очень приятно, Линн, – решил за меня эту проблему Марвин.
Мы смотрели друг на друга, не зная, что сказать.
– Может, поможешь мне слезть отсюда? – кокетливо поправил я волосы. Как женщины с такими длинными ходят? Неудобно же.
Марвин замялся, переминаясь с ноги на ногу и оглядывался по сторонам.
