— Вся Кларика знает об этом, наглый пес! Иди прочь, а то мои охранники займутся тобой. — Торговец кричал с большим возмущением, чем того требовала ситуация. — Ты и твой рыжий дружок, уходите прочь!
Эрейзан рассвирепел при слове «рыжий». Тирус потащил его прочь и не отпускал, пока они не отошли достаточно далеко.
— Я бы разогнал этих охранников. Они слишком толстые. Нет ни настоящих костей, ни мышц на них, — ругался Эрейзан.
Тирус успокоил его жестом. Он сказал спокойно:
— Они знают о краже короны Гетании. Я наблюдал за их лицами, пока ты описывал ее. Ты понимаешь, что это значит, друг мой? Корона была украдена месяц назад, когда загадочный корабль видели близ утесов Серса-Орнайля. Если люди не врут, то корабль отплыл в сторону Куреда…
Гнев Эрейзана быстро угас. Он кивнул.
— Ты думаешь, что торговец участвовал в краже? Он из людей Врадуира?
— Нет. Я проник в его мысли. Он боится колдовства и того, что его обвинят в кощунстве за похищение короны богини. Но торговец много слышал рассказов о таинственном корабле, укрывшемся в бухте, возможно к северу от города. А когда я чувствовал прикосновение Врадуира, мне показалось, что нити колдовства исходят оттуда, с севера.
Эрейзан поморщился.
— Мы так долго охотимся за Врадуиром, Тирус. Когда же мы загоним его в угол?
— Я уверен, что скоро. Пока я не могу отказать точно, где он прячется. Нам нужно узнать побольше, прежде, чем мы двинемся на север. Не пора ли дать наше представление? — внезапно сказал Тирус. — Мы будем изображать актеров, как это мы делали в других городах и портах. Когда народ смеется и веселится, он болтает более свободно.
Они пошли в самую гущу базара, проталкиваясь сквозь толпу и высматривая место, удобное для представления. Наконец, Эрейзан показал на лестницу замка, которая оказалась пустой, и сказал:
— Вот это самое подходящее место…
— Совсем не подходящее.
Это сказал крантинец, черные волосы которого уже начали седеть. Его лицо было обезображено чумой и самые страшные места он прятал под усами и бородой. Он казался лет на десять старше Тируса и Эрейзана. Грубый акцент жителя Крантина был смягчен из-за долгого житья в других странах. Меч он носил в ножнах по обычаям крантинцев, а не на перевязки, как предпочитали народы северных провинций. Его одежда была дикой смесью различных мод: крантинский плащ, широкая клариканская блузка, широкие штаны, какие носили жители Ирико. У него не было нескольких передних зубов, а те, что оставались, были в зазубринах и придавали ему хищный вид. Он широко улыбался, хотя его улыбка была какой-то волчьей.
— Почему не подходящее? — спросил Тирус.
— Потому что оно принадлежит свирепому Стратаю. Будет очень плохо, если он найдет вас тут. Конечно, вы не будете оскорблять его, но он очень туп и зол и напустит на вас полицию.
Щуплый незнакомец, примерно одного роста с Эрейзаном, пристально смотрел на Тируса и покручивал усы. Его черные глаза блестели.
— Стратай имеет двух свирепых охранников, с которыми вам вряд ли будет приятно встретиться. Поэтому мы лучше поищем для вас другое место для выступления. Пошли.
Удивленные, они последовали за ним, окружив его с двух сторон. Эта осторожная тактика позабавила незнакомца. Он продолжал беседовать с ними сердечным тоном.
— Актеры, да? А что вы делаете? Позвольте мне угадать. Вы — жонглеры? Нет? Не жонглеры? А, я знаю. Ты один из тех ловких дьяволов, которые гнутся, прыгают и летают — акробат! А! А ты? Я думаю, что что-то вроде колдуна.
— О, я только простой маг, — поспешно сказал Тирус. Он постарался создать о себе впечатление, как о простом фокуснике, а не о могущественном волшебнике. — Боюсь, ты слишком заботишься о нас, — сказал он преувеличенно театральным тоном, соответствующим его виду.
— О, конечно, — незнакомец передразнил и поклонился ему. Затем он снял свою маленькую, украшенную перьями, шляпу. — Я Роф. Скажите, чем вас заинтересовал тот болтливый торговец драгоценностями? Что вы там высматривали? Возможность ограбить его? Это было бы чересчур дерзко для вас, только что прибывших в Куред. А вы вовсе не кажетесь такими идиотами.
Друзья молча обменялись взглядами, и Тирус сказал:
— У нас вовсе не было намерения обокрасть его. Если ты хочешь сообщить о нас в полицию, то это будет несправедливо.
— Сообщить? — Роф стоял, подбоченившись и хохотал во все горло.
Несколько человек обернулись на этот смех, думая, что выступают актеры. Но когда они увидели, кто смеется, они быстро ретировались, так как все знали, кто такой Роф. Он встал между Тирусом и Эрейзаном и фамильярно обнял их за плечи. Роф повел их по базару.
— Уверяю вас, что я не осведомитель.
— Ты работаешь только за деньги, — сказал Тирус, подмигнув Эрейзану.
Роф сильно хлопнул его по спине с такой непосредственностью, что юноша поперхнулся и только спустя некоторое время смог восстановить дыхание.
— Да! Я знал, что вы не простые ребята. Я это сразу увидел.
Тирус и Эрейзан были насторожены, ожидая какой-нибудь ловушки. Они легко могли бы освободиться от объятия Рофа, но они этого не делали. Темноглазый Роф обезоруживал их своим шутливым обращением и какой-то веселой сердечной бесчестностью.
— Но если вы хотите ограбить этого костлявого купца, послушайте, что я вам посоветую. Вы должны напасть на него в его доме или когда он с караваном возвращается на побережье из Улинии или Балил-Таса. Но это опасно. Он слишком труслив, чтобы путешествовать без сильной охраны. Лучше напасть на него в доме. Конечно, там есть его охранники и полудикие собаки-волки, которых он держит на длинной цепи. Нет, это слишком сложно. Выберите что-нибудь попроще, вот вам мой совет.
— Ты говоришь все это, исходя из собственного опыта, да? — сказал ехидно Эрейзан.
Роф бесстыдно улыбнулся, оскалив свои желтые зубы.
— О, очень большого опыта, акробат! Все, что хочешь узнать о Куреде, ты можешь узнать от меня.
Роф внезапно остановился и показал на небольшое пространство между столбами под навесом. Три грязных юнца в лохмотьях сидели там и играли в камушки. Когда Роф окликнул их, они забегали, как три крысы, застигнутые в мясной лавке. Сжавшись в комочки они ждали его приказа и моментально исчезли прочь, когда он пренебрежительно махнул им рукой.
— Пошли вон! Я даю это место своим новым друзьям.
Он помолчал, явно ожидая, чтобы они представились. Тирус и Эрейзан назвали свои имена. Они уже долгое время путешествовали анонимно и на сей раз не решились довериться Рофу. Лицо Рофа прояснилось и он задумчиво повторял их имена, пока Тирус осматривал новое место. Никто, кроме них, не претендовал на эту площадь, которую освободили ребята по приказу Рофа, хотя место было очень хорошее и находилось вблизи пересечения главных дорог через базар.
