Реднор первым заметил, что женщины как-то осмелели. Такого прежде никогда не бывало. Раньше жители боялись выйти на улицу, даже когда проезжала мирная кавалькада. Женщины особенно остерегались. Они боялись, как бы их не увезли с собой. Он понял — жителям не страшно, потому что в отряде Леа. Во-первых, их заинтересовали ее вид и одежда, а во-вторых, ее присутствие среди солдат наводило на мысль, что те вряд ли способны сделать при ней что-то дурное. Он порадовался за жену — ни одним жестом она не показала даже тени отвращения к крестьянам, а ведь они были ужасно грязными, и от них дурно пахло. Реднор достал немного денег и расплатился за молоко. В этот момент раздался крик: «Берегись! К оружию!»
В ту же секунду солдаты окружили Леа. Женщин отогнали в, сторону. Реднор надвинул шлем поплотнее и перетянул щит со спины на грудь. Он и Джайлс поехали навстречу всаднику, который несся во весь опор с той стороны, откуда они приехали. Леа не успела и слова сказать, как поводья ее лошади взял в свои руки Гарри Бофор.
— Миледи, ничего страшного. Не беспокойтесь. Возможно, это просто гонец. Правда, сейчас такое время, что ни в чем нельзя быть уверенным до конца.
Леа совсем не понравилось, что кто-то держит поводья ее лошади, но Гарри не собирался править ею, и потому девушка промолчала. Она лишь с тревогой поглядывала на мужа. Стук конских копыт приближался. Это мог быть просто всадник, а мог быть и разведчик вражеского отряда. Мгновением позже Леа услыхала раскатистый хохот мужа. Кольцо вокруг нее распалось так же стремительно, как и возникло. Реднор возвратился, на ходу стягивая шлем и перетаскивая на спину щит, и отобрал у Гарри поводья. Опасность миновала — тревога оказалась ложной.
— Вы думаете, это было необходимо, милорд? — спросила Леа.
— О чем ты, о поводьях? Да, конечно, — успокоил девушку Кейн.
— Но почему? Вы мне так мало доверяете? Реднор удивился такому вопросу и посмотрел на жену.
— Нет, я думаю, что ты бы прекрасно со всем сама справилась. Мне не нравится твой отец, Леа. Но он, — Реднор кивнул в сторону Гарри, — такой же порядочный человек, как и твоя мать. Гарри знает, в седле ты держишься хорошо. Просто от криков или запаха крови лошадь может понести. Ты смелая девушка, но я не уверен, что эти нежные белые пальчики смогут удержать рвущегося коня.
— Вы правы, милорд, Холодный Рассвет никогда не видел и не нюхал крови. Моя лошадь хороша для охоты и вряд ли — для такого путешествия.
— Ты абсолютно права. Приедем в Лондон, я в Смитфилдс куплю тебе несколько кобыл для верховой езды. Не люблю я меринов — сердце у них слабенькое.
Казалось бы, им не было никакой необходимости задерживаться здесь, однако с места отряд не двигался. Реднор вглядывался в ту сторону, откуда они приехали.
— Милорд, можно мне спросить? А чего мы ждем? — полюбопытствовала Леа. Она на самом деле боялась, как бы не завязался бой. Ей совсем не хотелось смотреть на сражающихся солдат.
— Мы дожидаемся Херефорда. Он не более чем в десяти минутах от нас — так говорит гонец. Вместе с Честером они собирались на север, но их планы изменились, и Херефорд надумал присоединиться к нам. Это очень хорошо! Нужно быть сумасшедшим, чтобы рискнуть напасть на нас, когда мы с ним вместе. Сегодня мы переночуем в замке Херефорда, и ты сможешь… Нет, об этом скажу позже.
11
Лорду Реднору так и не удалось закончить разговор с женой. На всех парах по пыльной дороге к ним несся всадник. Еще издали Кейн признал в нем Херефорда. В метре от Реднора тот осадил коня и разразился криками:
— Я еще не встречал большего идиота, чем ты! С тобой лишь четверть твоего отряда, и ты везешь женщину! Ко всему этому, ты еще собираешься остановиться у Оксфорда! Я-то думал, это шутка, но Пемброк сказал мне, что это на самом деле так.
— Оксфорд отдаст мне ключи и объяснит, как найти дом Пемброка в Лондоне. Мне же нужно где-то остановиться, и этот дом — подходящее место, — спокойно парировал резкий выпад друга Кейн.
— Да, остановиться тебе где-то нужно, но совершенно не обязательно у Оксфорда. За весь год ты ни разу не был при дворе, и возможно, поэтому многого не знаешь. Оксфорд в когтях у Джоанны Шрусбери, а она тебя очень не любит.
— Какая ей польза от Оксфорда? Ей нравятся настоящие мужчины. — Рядом находилась Леа, и Реднору ничего не оставалось, как сделать вид, что последних слов Херефорда он просто не услышал.
— Ты посмотри на Уильяма Глостера, чем он берет женщин, а? А ты говоришь о настоящих мужчинах. Кто поймет этих женщин…
Реднор уже давно привык к шуточкам Херефорда и выслушивал их спокойно.
— Только не говори мне, что и ты не устоял перед его чарами, — отрезал с ядовитой усмешкой Реднор и махнул рукою, показывая, что разговор закончен. Леа покраснела.
Херефорд не унимался:
— А если Джоанна прослышала, что ты собираешься навестить Оксфорда? Ты думаешь, она упустит шанс поквитаться с тобой…
— Херефорд! — перебил приятеля Реднор. — Давай поговорим о серьезных вещах, а не о глупостях. Если мы остановимся у Оксфорда, Джоанна там не появится, и не надо нам забивать себе этим голову. Вот что я тебе хочу сказать: происки Честера — больше не секрет. Филипп Глостер знает обо всем и подозревает…
— Ну, тогда Роберт Глостер еще больший дурак, чем я о нем думал, если, рассказывая байки о предательстве сына…
— Прикуси язык! Не надо убеждать меня, что Роберт одобрил этот безумный план!
Херефорд отвернулся и молча смотрел куда-то в сторону.
— Я не говорил, что Роберт одобрил, — произнес наконец он, — я сказал лишь о том, что он говорит.
Все эти разговоры о заговорах и предательствах не занимали Леа. Она вообще не была уверена, что ей надо все это выслушивать, и потому тихонько развернула коня и оказалась рядом с Гарри Бофором. Он приветливо улыбнулся, и Леа ответила ему такой же беспечной улыбкой.
— Вы когда-нибудь были в этих краях, сэр Гарри?
— О, да! Я родом из Уорвикшира и частенько проезжал здесь, когда ездил на турниры.
— На что это похоже?
— Замок или город, миледи?
— Ой, — рассмеялась Леа, — и то и другое. Я мало что знаю, потому что никогда не уезжала далеко от дома.
Гарри тоже рассмеялся. Мягкость манер Леа смущала его, он боялся сказать ей что-то резкое и старался предугадать ее вопросы. Он только было открыл рот, чтобы ответить, как она воскликнула:
— Смотрите!
Бофор встревожено огляделся, но не заметил ничего, кроме шпилей церквей да крыш домов, — замок был совсем рядом. Возглас жены отвлек Реднора от разговора. Он оглянулся и, увидев, что Леа даже не держит поводьев, вопросительно посмотрел на Гарри. Вероломство Пемброка — единственное, что занимало сейчас Кейна. Он решил для себя, что сделает все возможное, чтобы спасти юного Херефорда, хотя внушать ему сейчас что-либо было бесполезно — времени на это не оставалось. А Херефорд, которому надоело, что его все только ругают, извинился перед Кейном и сказал, что поедет вперед предупредить мать о приезде гостей. Реднор согласился. Затем он махнул рукой, и отряд медленно тронулся в путь. Сэр Гарри оставил Леа и поехал вперед, чтобы проверить дорогу. А Леа послала мужу сияющую улыбку, показав свои ровные остренькие зубки. Это они в прошлую ночь оставили следы на плечах Реднора.
