— Нормальные? — ужаснулась Руфь. — «Лунная река», по-твоему, нормальная песня? Да это подлинный шедевр!
Мгновение спустя пожилая дама стала готовиться ко сну.
Энни забралась на постель к матери и, подтянув ноги к груди, уперлась подбородком в колени.
— Мы с папой долго беседовали, — сообщила она.
— Вот как! — воскликнула Бетани, ни секунды не сомневаясь, кто являлся главным героем этого разговора.
— Я сообщила папе о твоем странном поведении, — ухмыляясь, добавила девушка.
— Уверена, ему было что сказать в этой связи, — спокойно ответила Бетани, предпочтя уклониться от брошенного ей вызова.
— Я посоветовала Гранту уделять этому больше внимания, но, боюсь, мой сын давно перестал прислушиваться к моим словам, — произнесла Руфь, нанося на руки увлажняющий лосьон и принимаясь ожесточенно втирать его в кожу.
— Папа сказал, что мы должны оставить тебя с Максом в покое. — Слова Энни изумили Бетани.
— В самом деле? — Это не было похоже на Гранта, которого она помнила.
— Да. И я знаю, что он прав. — Дочь смотрела на Бетани немигающим взором. — А еще он сказал, что, возможно, уже потерял тебя и если так, то он это заслужил.
Неужели эти слова действительно принадлежат Гранту?
— Папа говорит, что ты сама должна принять решение.
— Лично я считаю, что мой сын совсем выжил из ума, — пробормотала Руфь, закрывая крышечку тюбика с лосьоном. — Самое меньшее, что ему следовало бы сделать, — проявить инициативу и начать за тебя бороться.
Бетани не сдержала улыбку, представив со слов свекрови, как двое мужчин встречаются на рассвете и, выбрав оружие, вступают в поединок из-за нее.
— Это твое дело и Гранта, — не унималась пожилая дама, — поэтому я умываю руки. К тому же у меня для вас новости.
Энни так и подпрыгнула на кровати:
— Ты позвонила Ройсу!
Руфь смущенно склонила голову и кивнула.
— Когда?
— Пока вы ходили по магазинам.
— И что он сказал? — Вопрос снова задала Энни, которая подалась вперед всем телом, стремясь не упустить ни единого слова. — Держу пари, он обрадовался твоему звонку.
— Думаю, да… Мне кажется, он даже узнал мой голос. Я-то его голос сразу узнала, он ничуть не изменился, как будто Ройсу по-прежнему восемнадцать лет.
— Как прошла беседа? — Бетани не хотела выказывать чрезмерной заинтересованности, но, глядя на выражение лица Руфи, несложно было предугадать ее ответ.
— Мы договорились встретиться вдвоем, чтобы поговорить.
— О, Руфь, какая чудесная новость! — воскликнула Бетани. Она была очень рада за свекровь и благодарна Ройсу за то, что ответил согласием. Она давно гадала, наберется ли Руфь смелости позвонить старому другу, и в душе надеялась, что та все же это сделает.
— А еще я поговорила с Джейн.
— Все, наверное, ждут не дождутся вечера встречи, да? — Энни откинулась на подушку и зевнула.
— Да, и, похоже, все складывается очень удачно, — ответила Руфь. Глаза ее сияли от предвкушения. — Джейн сказала, что ужин и танцы будут организованы в спортивном зале школы, прямо как во время выпускного бала. Ей эту новость сообщили Джим Максвелл и Элис Коан. Они, между прочим, уже пятьдесят лет женаты и будут праздновать двойной юбилей!
— Ты помнишь свой выпускной бал? — поинтересовалась Энни, выжидающе глядя на бабушку.
Руфь засмеялась:
— Сомневаюсь, что мне когда-нибудь удастся об этом забыть.
— Ты ходила с Ройсом?
— О да, — мечтательно отозвалась пожилая дама.
— Должно быть, это было так романтично.
— Вовсе нет. — Руфь отрицательно покачала головой. — В действительности то был один из худших дней в моей жизни.
— Бабушка, как ты можешь такое говорить! Что произошло?
Руфь откинула в сторону покрывало и присела на краешек кровати.
— Та еще история.
— Расскажите же нам, — попросила Бетани.
— Ну… я, возможно, упоминала, что родители Ройса были очень небогаты. Его семья продала все, что имела, ради возможности приобрести апельсиновую рощу. К несчастью, первые несколько лет выдались неурожайными. Ройс много трудился вместе с родителями и братьями, но им все равно никак не удавалось заработать денег.
— А со временем их приобретение окупилось? — спросила Бетани, которой была ненавистна мысль, что столь благие намерения ни к чему не привели.
— Полагаю, что да, но только не тогда, когда Ройс еще жил в отчем доме.
— Так что же случилось на балу? — снова спросила Энни.
— Ах да, на балу, — с улыбкой произнесла Руфь. — Ройс пригласил меня пойти с ним, и я, разумеется, согласилась.
— Разумеется, — эхом повторила Энни.
— У него не было денег, чтобы купить мне букетик цветов на корсаж платья, поэтому его мама сделала это украшение из цветков апельсина, но они никак не хотели держаться вместе. Ройс боялся обидеть мать, поэтому взял созданный ею букетик, но, так как тот буквально развалился у него в руках, он принес мне искусственную розу.
— Искусственную розу? — недоверчиво протянула Энни. — На выпускной бал?
— Энни, он не мог позволить ничего иного, — резонно заметила Бетани.
— Но он хотя бы был в смокинге? — не унималась девушка, не обращая внимания на слова матери.
— Смокинге? — удивилась Руфь. — Боже мой, конечно нет. На Ройсе был его лучший воскресный костюм, но, даже приди он одетым в рабочий комбинезон, я не обратила бы внимания. Он все равно был самым красивым из парней в классе.
Энни во все глаза смотрела на бабушку, зачарованная историей, столь отличной от привычной ей жизни.
— Он заехал за мной на открытом грузовике, которым они пользовались на ферме. Возможно, крыша там когда-то и была, но теперь отсутствовала.
— О нет, — прошептала Энни. — Может ли быть что-то хуже этого?
— Боюсь, что может. По дороге пошел дождь.
— Какой кошмар!
— Именно так. Смею заметить, что если вы не видели дождя во Флориде, то вы не видели дождя вовсе. Морось на тихоокеанском северо-западном побережье не идет с ним ни в какое сравнение.
— И на тебе было бальное платье?
Пожилая дама кивнула:
— Да. Я была в новом шифоновом платье и с уложенными в красивую прическу волосами. Когда мы добрались до школы, вид у меня был такой, словно я несколько часов скиталась по болотам.
— Ах, бабушка…
— Ройс ужасно переживал.
— Бедный мальчик, — сказала Бетани, представившая себе эту кошмарную сцену. Кажется, хуже ничего и быть не может.
— Тем не менее Ройс повел себя как настоящий джентльмен. Он вытер с моего лица потеки туши и покрыл его поцелуями.
