разбился о него вдребезги, но девушка тут же собрала новый для следующей атаки.
Глава 34
Тем временем Эйко билась в конвульсиях. Её тело извивалось на полу, и даже мощные руки Хизеши не могли сдержать резких ломаных движений. Изо рта девушки шла пена, как при эпилептическом припадке, и бугай с ужасом смотрел на неё, не зная, что предпринять. В какой-то миг ему пришло в голову, что в Эйко вселился ёкай, и лишь усилием воли он заставил себя не выпускать её. Отвращение смешивалось со страхом и растерянностью — таких чувств Хизеши не испытывал даже на поле боя, под шквальным огнём. А он участвовал не в одной войне.
Эйко видела сгущающийся мрак. Тени тянулись к ней, словно щупальца, обвивали руки и ноги, откуда-то доносился торжествующий каркающий хохот, а вдалеке слышался звук хлопающих крыльев.
Боль быстро охватывала тело девушки. Она не могла пошевелиться: мышцы сокращались совершенно произвольно. Кости ломило, словно они готовились взорваться изнутри. Изо рта Эйко вырвался душераздирающий вопль ужаса и отчаяния, во все стороны полетели хлопья пены.
Это заставило Хизеши очнуться от оцепенения. Поднявшись на ноги, он с рычанием бросился на мага и, словно заправский регбист, опрокинул старика вместе с креслом навзничь. Затрещали старческие кости, но Симада не отреагировал: он был полностью погружён в Кава-Мидзу и не чувствовал боль. Если обычные бойцы просто подключались к Кава-Мидзу и брали из неё энергию для атаки, то маги впадали в транс, поскольку работали совсем на другом, более глубоком уровне.
Хизеши вскочил и легко поднял сухое тело старика над головой, чтобы швырнуть об пол, но передумал и вместо этого резко опустил его на согнутое колено. Хрустнул позвоночник. В тот же миг Симада открыл глаза. На секунду в них застыло изумление, а затем они остановились.
— Кажись, всё! — объявил Хизеши, оттянув на тонкой морщинистой шее шарф и приложив два пальца к дряблой коже. — Окочурился!
Аяко, застонав, открыла глаза. Из прокушенной губы стекала струйка крови.
— Точно всё?! — спросила она хрипло.
— Да, сдох! — удовлетворённо констатировал Хизеши. — Голыми руками замочил! Никаких ваших магических штучек не понадобилось.
— Молодец, — без энтузиазма похвалила Аяко. — Не уверена, что справилась бы с ним сама.
— Да ладно, не прибедняйся, — махнул рукой Хизеши.
— Я серьёзно, — покачала головой Аяко. — Очень сильный маг.
— А так и не скажешь! — хмыкнул Хизеши. — Внешне-то чистый сморчок! Хотя, конечно, дело не в физиологии, — добавил он через пару секунд.
Амбал помог девушке подняться.
— Ты в норме, Аяко-сан?
— Жить буду.
Хизеши вдруг нахмурился и резко развернулся.
— Проклятье! — выкрикнул он, бросаясь к Эйко. — Я и забыл совсем!
— Пусти! — Аяко подскочила к девушке, сбросив оцепенение. — Не мешай!
Оттолкнув бугая, она положила руки на Эйко и вошла в режим гэнсо, чтобы видеть энергетические каналы и узлы девушки. Они были серьёзно повреждены атакой старика.
— Что с ней?! — обеспокоенно спросил Хизеши. — Одержимость? Или эпилепсия?
Покачиваясь, подошёл Риота, опустился рядом на корточки. Вид у него был бледный. Маг едва сдерживал тошноту: старый маг изрядно потрепал его.
— Не переусердствуй! — прохрипел он, обращаясь к Аяко. — Ты только что оттуда — побереги себя.
— Что ж, мне бросить её подыхать?! — резко ответила девушка, закрывая глаза, чтобы ещё больше сосредоточиться. — Всё, не лезьте!
— Смотри, Кава-Мидзу этого не любит, — пробормотал с беспокойством Риота.
Девушка не ответила. Она думала лишь о том, чтобы вытащить с того света умирающую на её глазах девушку. Техника, которую применил Хотэко, была одной из сильнейших. Он явно намеревался убить блондинку сам — раз уж не прокатил трюк с вызыванием ёкая.
Мужчины замерли, не спуская с Аяко глаз. Ждали.
Наконец, девушка убрала с «пациентки» руки и устало отстранилась.
— Ну, что?! — спросил Хизеши. — Вышло?
Девушка едва заметно качнула головой.
— На сегодня с меня хватит, — проговорила она.
— Хватит, хватит! — поддержал Риота, помогая ей встать. — Бери эту, — сказал он Хизеши, кивнув на Эйко.
Тот молча взвалил блондинку на плечо. Она была словно под наркозом, руки и ноги болтались безвольно, судороги отступили, гримаса боли и ужаса исчезла с милого личика.
— Как мешок с картофаном, — прокомментировал бугай. — А что с этим? — поинтересовался он деловито, указав на тело старика.
— Ничего, — ответила Аяко. — Надеюсь, его душа попадёт к Тэкеши-Оно!
— Можешь не сомневаться! — хмыкнул Риота. — На том свете старый хрыч сполна хлебнёт.
Они вышли в прихожую, затем спустились по лестнице. Хизеши открыл заднюю дверцу машины и уложил Эйко на сиденье — рядом с аккуратно и профессионально упакованной в пластиковые стяжки секретаршей и по совместительству горничной теперь уже покойного Симады. Рот у неё был залеплен куском скотча. Девушку они встретили на лестнице, когда та только отошла от двери квартиры с ключами в руках, так что сразу было ясно, что работает она у старика. Амбал её мигом сграбастал и отнёс в машину. Аяко предложила воспользоваться ключами секретарши, но Риота решительно воспротивился, заявив, что вовсе незачем давать старику понять, что девчонка у них.
— Что будем делать с ней? — спросил теперь Хизеши, глядя в распахнутые от ужаса глаза пленницы.
— Решим, — ответил Риота, устраивая Аяко на переднем сиденье.
Сам он влез назад, потеснив Эйко и секретаршу.
— Только без фанатизма, — попросила, поморщившись, Аяко.
— Будь спокойна, — Риота сорвал со рта пленницы кусок скотча и тут же предупредил:
— Не орать!
Девушка судорожно сглотнула. По миловидному личику потекли слёзы.
— Звать тебя как? — поинтересовался Риота.
— Амайя, — еле слышно проговорила девушка.
— Знаешь, кто приходил к старику, кто от него уходил? Есть журналы визитов, какие-нибудь записи? Где хранятся, покажешь?
— Да.
— Что «да»?
— Всё.
Риота ухмыльнулся и легонько похлопал Амайю по плечику. Достал острый, как бритва, нож танто и за пару секунд освободил руки и ноги девушки от пластиковых хомутов.
— Ну, веди, детка! — сказал он с широкой улыбкой маньяка. — Только без глупостей.
Помахав ножом перед носиком перепуганной девушки, блондин распахнул дверь, вылез из машины и
