Мисс Рид была очень молодой, недавно представленной обществу хорошенькой девушкой. Так вот кто завладел сердцем безнравственного графа? Юная леди, подопечная его дяди, недавно окончившая школу? Она, конечно, очень хорошенькая, но Дерек никогда не имел дела с девушками на выданье. Это было всем известно.
– Вы удивлены, – сказал он, правильно истолковав выражение ее лица. – Я тоже, но это правда. Меня также удивляет реакция Николаса, когда заходит речь о вас. Думаю, это что-то значит. Я очень надеюсь, что мы объединим наши усилия. Если, конечно, вы заинтересованы в Николасе, как он, по-видимому, заинтересован в вас.
Она была более чем заинтересована, тем не менее, постаралась увильнуть от прямого признания.
– Я не думаю, что мы с герцогом достаточно знаем друг друга, чтобы оценить глубину наших чувств.
Лорд Мэндервилл усмехнулся:
– Он явно испытывал ревность, когда разговаривал со мной сегодня днем. Я хорошо понял его. Он был обеспокоен вашей дальнейшей судьбой, расстроен, несчастен, смущен, раздражен...
– Вы говорите об этом как об ужасной болезни, милорд. – Кэролайн с трудом сдержала неуместный смех, глядя на страдальческое выражение лица Дерека, и постаралась подавить необоснованный оптимизм.
– Это действительно так, даю словно. – Его губы скривились, и он заколебался на мгновение. – Послушайте, миледи, я давно знаю Ника. Как только вы появились тогда в гостинице, между вами вспыхнула искра. Я заметил это, однако думал, что его просто заинтриговали необычные обстоятельства встречи. Теперь я уверен, что дело было не в этом.
Прав ли он? Глупо надеяться на это. Тем не менее, Кэролайн смущенно спросила:
– Что же мы сможем сделать?
– Если мы станем действовать сообща, то, возможно, посодействуем друг другу. Мой дядя убежден, что Аннабел испытывает ко мне те же чувства, что и я к ней, и дай Бог, чтобы он оказался прав. Однако она уже помолвлена с лордом Хайаттом, и моя недавняя попытка объясниться с ней потерпела крах. Я подумал, было бы неплохо, если бы вы, имея печальный опыт замужества, поговорили с ней и попытались убедить, что брак без любви принесет только страдание.
Испытывала ли Кэролайн чувство сострадания к одному из самых красивых, богатых и привлекательных мужчин в Англии?
Похоже, что да. Он выглядел искренним в своем нелепом маскировочном наряде и, кроме того, пришел к ней в поздний час. Не говоря уже о том, что он не намерен далее участвовать в их сделке, даже если бы она захотела продолжить.
– Я могу говорить, только опираясь на собственный опыт, – сказала Кэролайн. – Я не знакома с лордом Хайаттом, но сомневаюсь, что он способен быть жестоким мужем. Но вы правы, милорд. Я убеждена, что брак без любви ведет к напрасной трате лучших лет жизни, и будет вдвойне плохо, если один из партнеров влюблен в кого-то другого. Я попробую поговорить с Аннабел.
– Отлично. – Дерек улыбнулся своей очаровательной улыбкой, от которой, несомненно, колени многих женщин слабели. – А я, в свою очередь, постараюсь, чтобы Ник разобрался в своих чувствах к вам. Мне не хочется, чтобы он совершил такую же ошибку, как я.
– Хорошо было бы ограничиться одной беседой, но, боюсь, в том, что касается чувств, мужчины не так чутки, как женщины.
– Если вы думаете, что я буду возражать по поводу вашего последнего утверждения, то ошибаетесь, лорд Мэндервилл.
– Я сомневаюсь, что вы станете возражать, – сухо сказал он. – Думаю, в данном случае удар дубинкой по его голове подействует лучше, чем изощренные убеждения. В связи с этим у меня есть план.
Кэролайн начала понимать, почему Николас дружит со своим пресловутым последователем.
– Я убеждена, что вы очень изобретательны, однако существует одна большая проблема. Если бы вы не были сейчас со мной так откровенны, я не стала бы обсуждать ее, однако...
Ее голос затих, и она проглотила подступивший к горлу ком. Затем посмотрела вниз, на свои сплетенные пальцы, и выпрямилась.
– Несмотря на мое предложение участвовать в качестве судьи в вашем споре, а также, несмотря на проведенные с герцогом дни, я не заинтересована во временной любовной связи. И, учитывая, что, вероятно, я бесплодна, между нами ничего не может быть. Кроме того, мы знаем друг друга слишком недолго. Менее недели совершенно недостаточно, чтобы судить об истинных чувствах.
Мэндервилл прислонился плечом к стене и сложил руки на груди.
– Думаю, вы ошибаетесь, леди Уинн. Я знал Аннабел более десяти лет, но не сумел понять, какие чувства владели мной. Не существует какого-то определенного времени, необходимого, для того чтобы влюбиться. Думаю, в одном случае это происходит мгновенно при первой встрече, а в другом – люди годами постепенно осознают, что любят друг друга. Что касается вероятности не иметь детей, я признаю: это очень важное обстоятельство для того, кто должен передать свой титул. Однако даже если Николас женится на девственнице, нет гарантии, что она не окажется бесплодной.
Это верно. До брака Кэролайн никогда не думала, что не сможет зачать.
– Но со мной все уже ясно, учитывая прежние неудачи.
– Следовательно, вы считаете, что ему лучше идти под венец с неопытной молодой девицей? Но, кажется, вы упомянули, что он хочет жениться исключительно по любви.
Стоило ли углубляться в дискуссию о романтических чувствах и браке с известным повесой?
Ни Дерек Дрейк, ни Николас не способны понять, что такое истинная любовь.
– Но мы не знаем, испытывает ли он ко мне что-нибудь, кроме физического влечения, – заметила Кэролайн.
– Жаль, что вы не видели его сегодня днем. – Дерек улыбнулся. – Скажите, миледи, могли бы вы одним словом охарактеризовать время, проведенное с ним в Эссексе?
Одним словом? Кажется, невозможно подобрать такое слово, которое способно одновременно описать залитую солнцем поляну, невероятное наслаждение, которое она испытывала с Николасом, его сильные руки и их безмолвный танец.
Тем не менее, можно попытаться.
– Волшебство, – сказала она, наконец, едва слышно. Дерек кивнул, и Кэролайн по его глазам поняла, что не смогла скрыть свои чувства.
– В таком случае, не хотите ли услышать, что я придумал?
Глава 19
Два дня. Эти слова непрерывно звучали в голове Николаса, когда он намазывал джем на тост за завтраком. Столовая в его лондонском доме существенно отличалась от залитой солнцем комнаты поместья в Эссексе, где он завтракал вместе с Кэролайн. Высокие потолки, огромный блестящий стол и слуги, осторожно двигавшиеся, подавая тонкие ломтики бекона и яйца, напомнили ему, что ничего не изменилось за тот короткий промежуток времени, пока он отсутствовал. Николас привык к этой обстановке и редко обращал на нее внимание, однако сейчас, когда его мысли были заняты прелестной вдовой, герцогская пышность казалась ему излишней.
