Выдержав значительную паузу, пришелец обратился к Кристине:
– Доброе утро, сударыня. Надеюсь, я не очень помешал вам. Что-то подсказало девушке встать с места и сделать глубокий реверанс; после этого она неуверенно ответила:
– Доброе утро, господин.
Тонкие губы незнакомца дрогнули в улыбке. Он подошел ближе и почтительно поцеловал Кристине руку, отчего та мгновенно вспыхнула, но все же осмелилась поднять глаза… О, как же потом она проклинала себя за это! С того момента, когда она поймала внимательный взгляд странных янтарных глаз, необходимость в каких-либо словах отпала. Девушка вообще забыла, где и на каком положении она находится; она знала только, что отдала бы все на свете, лишь бы этот величественный, вежливый человек никогда не отдалялся бы от нее более чем на несколько футов…
Звуки шагов она снова пропустила и очнулась лишь тогда, когда голос Дуэйна недовольно прозвучал прямо у нее над ухом:
– Что тебе не спится-то, я не пойму?! Обязательно надо в такую рань приходить?!
– Доброе утро, брат, – спокойно отвечал пришелец. Кристина, как громом пораженная, стояла рядом, пытаясь осмыслить происходящее. Так вот он, Айринкельн Аарден, тот, кого Дуэйн так ненавидит! Тот, кто, если верить чародею, постоянно строит препятствия на пути младшего брата к магии и могуществу и тот, кто занял трон исключительно из-за симпатии отца! На деле же король производил впечатление очень разумного и справедливого человека, во всяком случае, на вероломного интригана он явно не походил… – К сожалению, помимо визитов к тебе у меня полно дел. Кроме того, мое появление на улицах позднее не прошло бы незамеченным, а я забочусь о твоей репутации и не хочу лишних слухов в городе.
– Как это трогательно! – огрызнулся чародей. – И что же ты намереваешься мне сообщить? Что я лезу не в свое дело? А мне-то казалось, что это твой грешок.
– Прошу прощения, сударыня, – вдруг обратился король к девушке, – вам, наверное, наши разговоры неинтересны. Я думаю, мы не будем более мешать вам своим присутствием. Кстати, брат, ты так и не представил нас.
– О, надо же, запамятовал, – кисло улыбнулся Аарден, демонстративно обнимая Криссу за талию. – Леди Кристина, это мой старший брат, король Эрквадиора Айринкельн Аарден. Лично я не вижу причин, по которым тебе стоит уходить.
Девушка и сама ни за что не согласилась бы уйти, поэтому она снова тихонько заняла свое место точно между мужчинами и незаметно устремила взгляд на Айринкельна. Она уже начинала понимать, что произошло непоправимое, и совершенно не представляла себе, как будет дальше подчиняться Дуэйну, но в данный момент это ее почему-то не волновало. Крисса лишь невольно любовалась королем и слушала его размеренный голос, произносящий:
– Не понимаю, почему я до сих пор уговариваю тебя, как маленького. Ты давно должен был понять, что Проклятый храм запечатан неспроста, и нам, смертным людям, нельзя пытаться его открыть.
– Это вам нельзя, а мне можно, – небрежно ответил Аарден.
– Я неспроста сутки напролет штудирую книги и составляю магические эликсиры. И почему ты вечно становишься на пути моего исследования? Зависть гложет?
– У исследования должна быть цель, – возразил Айрин. – Позволь спросить, чего хочешь добиться ты?
– Дурацкий вопрос. После того, как ты женился и стал счастливым отцом, мои шансы на трон вообще скатились до нуля. Хоть в чем-то же я должен добиться своего! Кто знает, что за магия скрыта в храме… Может, с ее помощью можно общаться с богами…
– Ты уже раз пообщался. Неужели тебе было мало? Боги не любят, когда люди суются в их дела, так что в следующий раз Оркхаанг может не ограничиться одним пинком. Кроме того, сильнейшие маги своего времени убили кучу сил, чтобы создать эту печать, явно не для того, чтобы ее сломал какой-то честолюбец.
– Ты забываешь, Айрин, что мне уже давно не четырнадцать лет, – снисходительно заметил чародей. – Я умею учиться на своих ошибках.
– Оно и видно… Вот что, Дуэйн, – серьезно сказал король, – пока, к счастью, тебя еще никто не поймал с поличным, все знают, что ты отираешься у Проклятого храма, но следов ворожбы я там не обнаружил. На твое счастье. Имей в виду, я не буду долго утруждать себя воспоминаниями о нашем кровном родстве, если ты мне попадешься. Хватило бы одного того случая с Оркхаангом, чтобы приговорить тебя к лишению силы, но я пожалел тебя и даже никому не рассказал о том, что видел.
– Ой, я сейчас умру от умиления! – грубо прервал Дуэйн. – Смотрите-ка на него, благодетель нашелся! Правь страной, умник, а магию оставь мне, коль скоро она тебе не нужна! Тебе что, и впрямь так уж надо, чтобы я во всем от тебя отставал?!
– Остынь и не суди людей по себе, – улыбнулся Айринкельн. За все время разговора он ни разу не повысил голос и говорил, как и прежде – размеренно, спокойно, в вежливом тоне. Его брат такой выдержкой явно похвастаться не мог. Крисса видела, что он буквально кипит от раздражения и злости, и только ее присутствие удерживает его от более крепких словечек в адрес брата. – Ты бы хоть дамы постеснялся, сколько раз я просил тебя держать себя в руках! Ведешь себя как подросток.
– В этом доме я имею право вести себя так, как я того хочу, – взяв себя в руки, сообщил чародей. – Не трать время на выезды, братишка. С твоим умом невозможно не понять, что ты лишь сотрясаешь воздух своими увещеваниями. Я все равно открою тот Проклятый храм, хочешь ты этого или нет!
– Ну-ну, посмотрим, – хмыкнул король, неторопливо поднимаясь с места. – Я все равно не позволю тебе этого сделать, хочешь ты этого или нет, – заканчивая фразу, он улыбнулся. – Что ж, не смею больше занимать твой досуг, продолжай переводить реактивы и тратить время.
– Тебя не спросил, – буркнул в ответ чародей, поднимаясь вслед за братом. Следуя примеру мужчин, Кристина тоже встала и сразу пожалела об этом. Дуэйн снова демонстративно притянул ее к себе и обнял за талию.
– Рад знакомству, леди Кристина, – пропустив замечание это мимо ушей, Айрин с чувством поцеловал девушке руку и улыбнулся. – Надеюсь увидеть вас вновь.
Крисса попыталась было ответить на эту вежливую фразу реверансом, все-таки перед ней был король! Но чародей Аарден не дал ей этого сделать, с презрением бросив:
– Кому ты кланяешься, милая? Тут все свои.
Эту фразу старший Аарден тоже проигнорировал, зато Кристина почувствовала, как кровь тяжело бьется в висках. Уходя, король одарил ее долгим, внимательным взглядом и едва заметно улыбнулся ей.
После ухода Айринкельна Крисса тщетно пыталась вернуться к прерванному занятию, однако даже ее вечная панацея не могла прогнать прочь мысли, стайками роившиеся в голове. Девушка с грустью думала, что вот опять она совершила большую глупость. Влюбилась… Надо же, и в кого?! В короля одного из самых процветающих королевств, в человека, которого она видела всего лишь полчаса, который не сказал ей и десяти слов. Какая глупость! И тем не менее эта глупость стала серьезно отравлять Кристине жизнь буквально с первого дня… Отчаявшись отвлечься, Крисса отдалась своим мыслям и целый день, следуя давней привычке, бесцельно бродила по многочисленным комнатам дворца и дорожкам сада. Разумеется, она думала об Айринкельне, вспоминала каждый его жест, каждую фразу, каждую улыбку и понимала, что ничто на свете ей не хочется так сильно, как прижаться к его плечу. Девушка была совершенно уверена, что снова сможет чувствовать себя спокойно только в его руках, но неизменно усмехалась при этой мысли. Ведь так не бывает, а уж в нынешней ситуации о подобных вещах следовало забыть…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
