разглядел несколько человек, которые несли нечто вроде тарана. Талантов здесь было немного, и все до одного были слабенькими, едва ли способные на полноценные всполохи. Да, похоже, Киж прав, особняк собираются атаковать.
— Ну-ка, Дмитрий Иванович, лети за воздушными пехотинцами. Командуй использовать спецсредства и разогнать толпу любыми способами. А я пока поприветствую гостей как положено.
Киж умчался, а я вытащил middle wand и встал на изготовку около окна. Так-так, и зачем вы сюда заявились, судари французики? Есть у меня сомнения, что вы не случайно организовались для атаки иностранного посольства. Уж не друзья-масоны ли стоят за вами?
Толпа между тем запрудила улицу, но пока не бросалась на штурм. Парижане орали что-то об иностранных злодеях, грабящих Францию, о правителях-тиранах и богомерзких колдунах. Кажется, во всех случаях они подразумевали князя Алеутского. Кто-то профессионально разогрел толпу, подкинув «правильные» лозунги, и направил против меня.
Не прошло и минуты, как в особняк полетели камни. Зазвенели разбитые окна, а на мостовую посыпались сверкающие осколки. Стали бухать выстрелы, большей частью пороховые, колотя стёкла на верхних этажах. А хмурые дядьки, тащившие таран, начали пробираться в первые ряды. Нет, так дело не пойдёт!
Резким движением я сдёрнул портьеры и нарисовал перед разбитым окном защитную связку. А затем демонстративно встал в проёме, чтобы меня точно увидели. Толпа взвыла единым радостным криком. И в меня дружно полетел целый рой камней, а следом забухали выстрелы. Но всё без толку — Знаки отлично защищали меня от такой мелочи.
— Судари, — я усилил голос, чтобы меня слышали на улице, и насмешливо поклонился, — вы напали на посольство Алеутского княжества. И я вынужден принять меры для самозащиты.
Вскинув Нервного принца, я выпустил в толпу сгусток чистой силы.
Вжу-у-ух!
Будто шар для боулинга врезался в лёгкие кегли. Людей расшвыривало в разные стороны, со всего маха отправляя в полёт на десяток шагов. Но вместо страха и криков боли толпа яростно завыла и качнулась вперёд, смыкая ряды. Отброшенные поднимались снова, не обращая внимания на ушибы и разбитые лица, и с искажёнными ненавистью лицами рвались обратно. Похоже, все собравшиеся перед посольством были не в себе. Тот, кто привёл их сюда, устроил отличную провокацию — или толпа устроит разгром в посольстве, или мы их перебьём, и меня можно будет обвинить в массовой резне.
В пекло! Я не буду разводить политесы и нянчиться с людьми, жаждущими крови моих людей. Хотят по-плохому — значит, будет по-плохому. В крайнем случае сожгу Париж и возьму Луизиану силой. В конце концов, пусть все знают, чего стоит нападение на князя Алеутского.
Ещё дважды я успел «выстрелить» силой по толпе, прокладывая в ней широкие просеки. Но людей на улице становилось всё больше и больше, а в парадную дверь начал стучаться таран. И в этот момент мне на помощь пришли воздушные пехотинцы.
Как горох, из окон второго этажа на улицу посыпались стальные фигуры. Возвышаясь на две головы выше любого человека, они походили на рыцарей в доспехах. Но это была не банальная броня, а силовые экзоскелеты, дальние потомки того устройства, что я сделал для княжны Вахваховой. Пехотинец, одетый в такое спецсредство, мог поднять над головой дормез и одной рукой швырнуть его на десяток шагов. Проломить стену крепости или снести какой-нибудь дворец. При этом защищали его не только стальные пластины, но и сотни защитных Знаков, запитанных от эфирных накопителей. А кроме грубой физической силы в арсенале пехотинца имелась ещё и автоматическая картечница, с вращающимся блоком стволов. Суммарно вышла очень дорогая игрушка, но крайне эффективная. Даже один пехотинец в спецсредстве мог уложить всю толпу, а их у меня был десяток.
Толпа отпрянула, когда между ней и особняком появилась стальная линия. Зашумела, не понимая, с чем столкнулась. Как бы эти люди не были затуманены тёмным эфиром и массовым психозом, крохи самосохранения в них всё же остались.
«Рыцари» дружно сделали шаг вперёд. Парижане дрогнули и отшатнулись на такое же расстояние. Ещё один стальной шаг, и снова толпа пятится, не решаясь спорить со стальными людьми.
Едва «рыцари» собрались шагнуть в третий раз, как на улице гулко прозвучал выстрел. Какой-то недоумок не нашёл ничего лучшего, чем пальнуть из «огнебоя» в моих пехотинцев. Магический снаряд чиркнул по доспеху и рикошетом ушёл в небо, будто шутиха на празднике. И в тот же момент картечница в руках ближайшего «рыцаря» коротко рявкнула.
Бамс! Голова стрелявшего взорвалась, как переспелый арбуз. А через пару секунд, не давая толпе опомниться, разом «заговорили» картечницы всех пехотинцев, стреляя длинными очередями.
— А-а-а-а!
Парижане, слитно завывая от ужаса, кинулись в разные стороны. Бросая факелы и оружие. А над их головами лупили картечницы, наводя панику и нагоняя страх.
Раньше, чем они разбежались, я увидел возле соседнего дома человека. Он не собирался бежать, а лишь зло кусал губы и нервно теребил что-то в руках. А его Талант изо всех сил качал эфир, выплёскивая на толпу какие-то заклятия. Попался! Вот кто всё это устроил! И мне не требуется даже подтверждения перстня Тау, чтобы определить в нём масона. Рука с Нервным Принцем сама вскинулась, и в масона полетела стая мелких Знаков Огня. Толпа стала разбегаться ещё быстрее, не обращая внимания на пылающий факел, в который превратился мой враг.
Я спрятал middle wand и пошёл искать Таню. На ходу делая себе зарубку на память — выдать всем воздушным пехотинцам премию. А Великому ещё и с особой благодарностью. Разогнать толпу, обойдясь без бойни, это дорогого стоит.
* * *
— Как ты себя чувствуешь?
Утром Таня устроила мне полную диагностику. Уложила на стол, разрисованный Печатями, и принялась водить стальной пластинкой со сложной связкой Знаков.
— Уже нормально. Источник пришёл в норму, эфир идёт ровно, без хлопьев.
— Сейчас посмотрим, — Таня нахмурилась и провела пластинкой у меня над головой. — Лежи ровно, пожалуйста.
Я постарался замереть и даже не дышать. Спорить с Таней, когда она работает с медицинскими Знаками, — всё равно что пытаться разжалобить каменную статую. Даже собственного супруга она будет мучить столько, сколько потребуется, и не секундой меньше.
— Всё, можешь вставать.
— И каков будет твой вердикт?
— Постарайся ближайшие дни не напрягаться и поменьше использовать магию. А в остальном — ты полностью здоров.
В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, заглянул Киж.
— Доброе утречко, Татьяна Алексеевна! Я не отвлекаю? Там прибыла карета из Версаля с эскортом из
