— Они просто выдающиеся психи, — не согласился Мартин. — Не путай это ни с чем другим.
— Кстати, Гарри, ты говорил, что один ушел? — вспомнила Сьюзен. — Возможно, Эстебан. Он часто срывается раньше других — возможно, этим и объясняется то, что он до сих пор жив. Эсмеральда скорее всего вела наблюдение с крыши соседнего дома — и она же, возможно, привела в действие взрывное устройство.
— По логике вещей, и нападение на меня перед входом в контору ФБР — тоже их рук дело, — сообразил я. — Наглухо тонированные окна машины. А сам стрелок сидел в глубине салона, подальше от окна.
— Очень похоже, — согласилась Сьюзен. — В случае острой необходимости они и днем могут орудовать — закутавшись с головы до пят, конечно.
Я хмыкнул.
— Выходит, Эстебан и Эсмеральда…
— Ээбы, — решительно поправила меня Сьюзен.
— Выходит, Ээбы не столько бойцы, сколько организаторы. Я верно понял?
— Достаточно верно, — сказал Мартин, и в голосе его послышались едва уловимые нотки одобрения.
— То есть им и их вампирской команде полагалось только следить за вами? А когда они увидели, что вы направляетесь прямиком в их информационный центр, им поневоле пришлось действовать. Они пытались защитить информацию. Что ж, логично.
Сьюзен нахмурилась и кивнула.
— Конечно, — согласился Мартин. — Трудно предсказуемо, но никак не глупо.
— Тогда почему, — продолжал я, — если они по распоряжению графини только следили за вами… Почему они пытались меня убить?
Мартин открыл рот, нахмурился и снова закрыл.
— Я хочу сказать, Арианна ведь хочет насладиться моими страданиями, так? Но мертвым я страдать никак не могу. Если я уйду со сцены раньше времени, это ей всю радость испортит.
— В рядах Красной Коллегии нет единства, — пробормотала Сьюзен. — Это единственное объяснение. Столкновение интересов — похоже, в верхних эшелонах их власти.
— Или, — вздохнул Мартин, — покушение предприняли не Ээбы.
— Но меня в последнее время вроде никто не хотел убить, — сказал я. — А Ээбов я видел накануне вечером. Все-таки они — самое простое объяснение.
Мартин чуть склонил голову набок.
— Не забывайте, что все ваши рассуждения пока не более чем теория. Никак не факт. У вас, Дрезден, нет недостатка во врагах.
— Э… Гарри? — подала голос Молли.
Я повернулся в ее сторону.
— Я не знаю, стоит ли мне влезать в разговор со всякими глупостями, но… Если внутри Красной Коллегии раскол… Что, если и похищение, и все такое… что, если это только прикрытие для чего-то другого? Что она затеяла внутри своей коллегии, а? То есть я хотела сказать, может, все это затеяно не ради вас? Или, ну, не только ради вас?
Несколько секунд я тупо смотрел на нее.
— А что, может, и так, — произнес я наконец. — И вообще, кто сказал, что я — центр Вселенной?
Молли закатила глаза.
— Хорошая мысль, Кузнечик, — похвалил я ее. — Это стоит иметь в виду. Возможно, нас используют для того, чтобы отвлечь внимание.
— А это что-то меняет? — спросила Сьюзен. — Я хочу сказать, в свете наших проблем?
Я пожал плечами:
— Думаю, скоро мы это узнаем.
Она поморщилась.
— Если Ээбы работают не на Арианну, а на другую партию, это лишает нас последней нити. Я-то надеялась, что смогу убедить их выдать нам, где держат Мэгги.
— В любом случае стоит попробовать, — буркнул Мартин. — Если нам, конечно, удастся их поймать.
— Можно попытаться, — сказал я. — Или постараться блокировать Чичен-Ицу, чтобы отбить Мэгги, когда Красные доставят ее туда для своих фокусов с магией.
Сьюзен, широко раскрыв глаза, повернулась ко мне.
— Что?
— Они готовят свою церемонию в Чичен-Ице, — объяснил я, встретился взглядом со Сьюзен и кивнул. — Я это узнал. Она будет там. А нам остается отбить ее.
Сьюзен издала исполненный свирепого торжества вопль и прыгнула на меня через всю комнату. От неожиданности я даже врезался спиной в книжную полку. Она обвила меня ногами и прижалась губами к моим губам.
Губы ее оказались жаркими как пламя, сладкими, и стоило им коснуться моих губ, как по всему моему телу разбежался огонь, на некоторое время испепеливший в голове все более или менее разумные мысли. Руки сами собой сомкнулись, прижимая ее к себе, такую теплую, такую настоящую, такую… такую… в общем, крепко ее обняли. Сердце забилось вдвое чаще, и голова слегка пошла кругом.
И тут в комнате послышался утробный, предупреждающий рык Мыша.
— Родригес! — рявкнул внезапно напрягшийся Мартин.
Сьюзен оторвалась от меня губами. Когда она открыла глаза, они оказались совершенно черными — в точности как у вампиров Красной Коллегии. Мои губы и язык продолжало щипать — это напоминало слабое эхо отравления ядовитой слюной Красных. На ее лице, шее и руке проступили багровые татуировки. Мгновение она смотрела на меня затуманившимся взглядом, потом медленно зажмурилась и оглянулась через плечо на Мартина.
— Ты на грани, — очень тихо, успокаивающим тоном сказал он. — Тебе нужно прийти в себя. Перевести дух.
На мгновение на лице Сьюзен промелькнуло нечто, похожее на злость. Потом она поежилась, несколько раз перевела взгляд с Мартина на меня и обратно и осторожно отстранилась.
— Сейчас тепло, солнечно, — продолжал Мартин, мягко взяв ее под локоть. — Идем, прогуляемся по солнышку, и все будет хорошо.
— Солнце, — пробормотала Сьюзен все еще хриплым, чувственным голосом. — Ну да, солнце…
Мартин смерил меня взглядом, каким порой и убить можно, и они со Сьюзен вышли на улицу.
— Что ж, — заметила Молли, когда они отошли от двери на достаточное расстояние. — Очень глупо со стороны вас обоих.
Я оглянулся на нее через плечо и нахмурился.
— Ну, я что вижу, то и говорю, — вполголоса продолжала моя ученица. — Вы же знали, что она с трудом контролирует свои эмоции, свои инстинкты. Ей не надо было так на вас бросаться. А вам — целовать ее в ответ. — Она поморщилась. — Кто-то мог от этого пострадать.
Я машинально потер губы (которые все еще продолжало щипать) и подавил вспышку гнева.
— Молли…
— Да понимаю я все, — упрямо сказала она. — Правда. Послушайте, ну ладно, вам она дорога. Может, вы ее даже любили. Но дальше-то так все равно не получится. — Она развела руками. — Ну, так все выходит, вот такая реальность, и вам придется с этим жить. И отмахиваться от этого не получится. Стоит вам сблизиться с ней, босс, и ничего хорошего не выйдет.
Я испепелил ее взглядом, и как я ни старался сдержать злость, получалось у меня это плохо.
— Поосторожнее, Молли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
