официальный договор и останетесь работать в качестве горничной. Если нет – можете жить здесь до поступления Анастасии, просто в благодарность за проделанную работу. И подскажите, сколько вы здесь?
– Дык с начала осени, – ответила Фекла.
Илья мысленно взвыл. Если считать по Зоюшкиным расценкам, то Фекла с Настькой наработали на вполне приличную сумму, которой им хватит на съемную квартиру. А значит, Гордеевы могут остаться без горничной, а ее из академии не украдешь. Но хуже будет, если дальние родственницы пожалуются в трудовую инспекцию, и тогда у Ильи возникнут серьезные проблемы.
То-то Голубицкий обрадуется, если газеты растрезвонят: «Илья Гордеев – рабовладелец». Его Василиса и рядом с таким не лежала.
Значит, настоящая Зоюшка по каким-то причинам уволилась, а к матушке как раз попало письмо от родственницы с просьбой о жилье. Вот она и сложила все это в хитрую комбинацию. Ну, Лизавета! Даже для нее такая выходка чересчур!
– Ну мы продолжим уборку? – робко спросила Фекла, – а то Настьке еще на учебу вечером.
Илья еще раз объяснил им, что работать без договора они не обязаны, потом отвел к себе в кабинет и занялся оформлением бумаг. Лучше уж опоздает на службу, чем дальше будет увязать в этом беззаконии.
И только выписав Фекле чек и подписав все необходимые бумаги, Илья поучаствовал себя чуть лучше. Хотя желание задушить Лизавету никуда не делось.
– Скажите, – прямо спросил он, – а Матильду… кошку тоже вы на улицу выпроводили?
– Сама сбежала, – внезапно тоненьким голоском ответила Настька. – Шмыг мимо меня и за дверь. А там вы к дому подходили, я побоялась ловить.
– Ясно.
Он едва сдержал вздох облегчения. Если так задуматься, то по сравнению с матушкиными выходками одна кошка – сущая мелочь. Но почему-то Илью грела мысль, что хотя бы до такой мерзости она не опустилась.
– А вы, значит, хотите магическим наукам обучаться? – спросил Илья. – По какому направлению?
– Инженерия, – сказала она и густо покраснела, будто только что призналась в чем-то постыдном. – Движетели хочу к трамваям и мобилям делать. Моя работа конкурсная до самого Снежеграда дошла.
– Отличное направление, – похвалил ее Илья. Хотя эта огромная и несуразная девица в ее деревенском платке меньше всего вязалась с инженерными чертежами и проектами.
Но вот взять Софью. Та на первый взгляд – развеселая барышня невеликого ума, а у самой познаний, как у профессора. Вопрос, конечно, откуда те взялись, но все равно подтверждают, как мало значит внешность.
Отец Небесный, теперь придется еще и Настькой заниматься. Узнавать, на какие ходит курсы, не нужна ли ей там помощь…
И куда подевалась настоящая Зоюшка, которой он каждый месяц перечислял по две сотни рудов?
Лизавета в такое время еще спала, но у Ильи было не то настроение, чтобы играть в деликатность. Он взбежал по лестнице, заколотил в ее дверь и, не дождавшись ответа, без церемоний сломал замок. С матушки сталось бы сидеть и молчать, только бы не отвечать за свои проступки.
Но она и в этот раз превзошла саму себя: в комнате было пусто. И судя по нетронутому покрывалу с веточкой лаванды поверх, ночевала Лизавета тоже не здесь. Это почему-то задело Илью. Матушка, конечно, дама в цвете лет, и он сам был бы не прочь, если бы она устроила свою личную жизнь, но никак не ожидал, что этот процесс уже запущен. Да и опыт подсказывал, что все выходки Лизаветы приносят только проблемы, потому и расслабляться не стоит.
Илья еще раз огляделся, затем вышел из спальни. В коридоре почти сразу наткнулся на Ксению, застывшую в боевой позе: вес на левой ноге, правая рука впереди со крюченными пальцами, будто с тех сейчас сорвется «сосулька» или «снежок». Эти заклинания считались самыми простыми и короткими, еще – относительно безопасными для противника, в отличие от того же «огонька».
Но Ксения-то где могла такого нахвататься?
Не успел он спросить, как дочка под его взглядом выпрямилась, убрала руки за спину и мило улыбнулась:
– Доброе утро.
– Доброе, – согласился Илья. – Не видела, куда делась Лизавета?
– Не-а, но она часто вне дома ночует. Сбегает ближе к полуночи, – тут же доложила она. – Ходит тихо, но в нескольких местах половицы все равно поскрипывают, а я сплю очень чутко.
Илья в который раз потер лоб. Если это утро принесет ему еще немного открытий, то в этом месте образуется дыра. Просто сумасшедший дом какой-то! Или, скорее, тот самый гнойник, о котором говорила Софья. Илья долго не обращал на него внимания, дожидался, когда тот набухнет и разрастется, а теперь разгребает последствия.
– Пойдем позавтракаем вместе, – предложил он, – заодно расскажешь, как у тебя дела.
Ксения сразу недоверчиво сощурилась, затем кивнула.
На работу Илья опоздал на полчаса, за это время узнал, что Лизавета для походов хорошо маскируется, даже не берет свою выходную верхнюю одежду. Федору нравится одна девочка из параллельного класса, ради нее он и ходит на танцы. А сама Ксения хотела бы брать уроки боевой магии, но такие есть только при специальном управлении, далековато от ее гимназии, Ульяна не сможет туда возить.
Илья кивал ей, а перед глазами стояли девушки-куклы из «Кошки и ворона». И вот в такое место он должен отдать дочь? Да никогда! При этом Ксения с таким выражением заглядывала ему в глаза, что Илья не смог отказать и обещал подумать.
***
В больницу он все же опоздал, а потому пришлось работать с утроенной скоростью и ни на что не отвлекаться. Повезло, что Стеша умело руководила отделением, раздавала указания и эликсиры, потому его отсутствие прошло незамеченным. Илья только удостоверился, что все в порядке, обошел пациентов и заперся в лаборатории.
Вышел оттуда через пару часов, когда сердобольная Стеша позвала его выпить чаю с домашним печеньем. Отказываться Илья не стал, заодно прихватил из кабинета коробку конфет, которые, как он знал, очень нравились помощнице.
– Тяжело мне тут одной, – вздохнула Стеша, разливая чай по чашкам. – Думаю, надо нам слегка расширить штат. Чтобы две старшие и посменно.
– Есть кто на примете? – спросил Илья.
– Дина Васильевна, молодая, но толковая. Все схватывает на лету, подтянуть еще немного, и вполне сможет меня замещать.
– Занимайтесь, Стеша. А к осени отправим вас на учебу в академию, я составлю рекомендацию, чтобы потом на врачебную должность
