и понимающим истинные причины», как он лихо разобрался в обстановке и решил удерживать проливы в своих руках. Приказ какой был? А вот что по этому поводу писал русский представитель в Турции генерал-лейтенант Н. Н. Муравьев: «…внезапным вступлением в Босфор Лазарев
нарушил данное ему приказание от начальства, и то, о чем его прежде Бутенев просил письмом – остановиться у входа в пролив и не прежде входить в оный, как по предварительному сношению с ним: но моряки всегда имеют отговоркою ветер, и Лазарев сослался на эту причину…Внезапное появление наших судов крайне поразило турок, и недружелюбные нам миссии…»[140]. Ветер с моря дул, нагонял беду… Гнал и гнал корабли к турецким берегам… Лазарев чуть не сорвал переговоры, а составители книг с его письмами и документами написали, что он «проявил себя не только как талантливый флотоводец, но и крупный государственный деятель». Чем? Невыполнением приказа? Два первых пункта упущу, только то, что касалось Лазарева. Повеление от Императора было следующее:
«3) Адмиралу сему [141] поставить на вид, что цель его отправления есть защита Константинополя от покушения египетских войск, преграждая им перехода на европейский берег…а потому вы неоставите ему предписать: а) Между Черным морем и Дарданеллой занять положение наиболее выгодное для воспрепятствие вторжения египетских войск
б) препятствовать египетскому флоту занять Дарданеллы.
Быть в частом сношении с действительным статским советником Бутеневым…а потому принимать в особое внимание указания сего министра.»
Грейг должен был вооружить 5 линейных кораблей, 4 фрегата и некоторое количество мелких судов и по первому требованию Бутенева отправить их в Босфор. Лазареву: «Поставить на вид, что цель его отправления есть защита Константинополя от покушения египетских войск, преграждения им перехода на европейский берег и вообще воспоможествование турецкому правительству». Однако эта помощь должна была осуществляться лишь в пределах Босфора и Дарданелл… Нигде не нашла, что ему было за эту самодеятельность. Состав эскадры был такой:
4-е 84-пушечных корабля – «Память Евстафия», «Чесма», «Анапа», «Императрица Екатерина»; 3-и 60-пушечных фрегата – «Эривань», «Тенедос», «Варна»; 24-пушечный корвет «Сизополь»; 20-пушечный бриг «Пегас». 8 февраля в Константинополе к ним присоединился 44-пушечный фрегат «Штандарт».
20 марта 1833 года в Константинополь пришёл второй отряд под флагом контр-адмирала Кумани: 84-пушечные – «Императрица Мария», «Адрианополь»; 74-пушечный «Пармен»; 60-пушечный «Тенедос», пароход «Метеор» и 4-е транспорта с десантом в 5000 человек.
11 апреля – третий отряд под флагом контр-адмирала Стожевского: 110-пушечные «Париж» и «Пимен»; 74-пушечный «Иоанн Златоуст», два бомбардирских судна и два транспорта с 5000 десантом. Чуть меньше 14000 русских солдат было высажено на берег.
В конце концов 8 июля 1833 года был заключен мир, так называемый Уинкиар-Искелесский договор. Граф Орлов недаром почти два месяца просидел перед этим в Константинополе. Потом в дипломатических кругах Парижа и Лондона говорили, что во всем Константинополе к началу июля остался лишь один не подкупленный Орловым человек – сам Махмуд II – да и то лишь потому, что графу Орлову это показалось уже не нужным расходом[142]. Возможно, как человек приведший русскую эскадру в Босфор, Лазарев и присутствовал при подписании договора, но никакой решающей роли не играл, и расписывать его, как «выдающего дипломата», неприлично. Было только два человека, блестяще решавшие и решившие этот вопрос: Бутенев и Орлов.
СТР. 519
Есть ещё одно «НО». В списках кораблей имеется несколько названий, которые упомянул Лазарев в письме другу А. А. Шестакову: «Небольшой ветерок, что я имел из Феодосии, доказал, что из 11 кораблей, которые Черноморский флот имел в Босфоре, годных только шесть, а остальные гнилы как в корпусе, так и в рангоуте. «Париж» совершенно гнил, и надобно удивляться, как он не развалился… «Пимен», кроме гнилостей в корпусе, имеет все мачты и бушприт гнилыми до такой степени, что чрез фок-мачту проткнули железным шомполом насквозь!! Как она держалась, удивительно… «Пантелеймон» также весь гнил, а фрегат «Штандарт» от открывшейся сильной течи… чуть не утонул. Итак, Черноморский флот ныне состоит из 6 только годных кораблей…» Ну что тут скажешь? Надоело уже писать, что Лазарев врёт. Потому, что из всего этого списка только «Штандарт» был тимберован (отремонтирован) в 1835 году и аж до 1841 года принимал участие в создании Кавказской укрепленной береговой линии, высаживая десант. «Париж» переоборудован в 1836 году, «Пимен» выведен из состава флота только в 1839 году, «Пантелеймон» выведен из состава в 1838 году[143]. Но вот незадача, писал Лазарев это письмо, уже после возвращения из экспедиции. Вопрос: когда он так красочно описывал подготовку кораблей, что они готовы, приняли «надлежащий вид и превратились в боеспособный организм», он что, этого не видел? Как же эти корабли ещё столько лет в море ходили без ремонта? И что же получается: упомянутый Казарский, «готовивший экспедицию» 13 марта 1833 года, доносивший в Главный морской штаб, что «при перевозке с берега войск и тяжестей не произошло ни малейшей потери, хотя корабли стояли в открытом море верстах в 3,5 от берега и не употреблено других гребных судов, кроме принадлежащих Черноморской эскадре», наврал? Лазарев, дававший указания, не видел в каком состоянии корабли?
СТР. 522, 525, 545
16 июня 1833 года Казарский умер. По мнению Шигина, он был отравлен. И как финал этих не красочных, надуманных фантазий – капитана 1 ранга Казарского отравила еврейская мафия из окружения Грейга, то ли ртутью, то ли мышьяком, то ли фосфором. Но все «симптомы отравления мышьяком». Что-то нигде не нашла про запах чеснока. А ведь должна была. И врачи должны были почувствовать, ан нет. Можно было бы и не обращать внимание на «фантазии», тем более, что построены они на домыслах, а также на письмах, рапортах Лазарева, больше похожих на доносы, опубликованных в сборнике его документов, если бы ни одно, навязчивое «но»… В своей статье «Потомству в пример»[144], Шигин продолжая эту тему, пишет, что евреи и в то время творили на флоте, что хотели, и сейчас «забирают силу». Вывод убойный: всем патриотам надо держать ухо востро и бороться, бороться и бороться с новым «еврейским походом против православных». На основе всей этой истории и воздвиг стройную теорию о греческо-еврейской мафии на Черноморском флоте. Но есть там ещё одно, переписанное из чужой книги, неприятно резанувшее слух: «Казарскому предстояло повторить подвиг, бывшего его командира Скаловского и превзойти его»[145]. Это так выгодно сейчас принижать подвиги других моряков? Командир брига «Александр» Иван Семенович Скаловский в войне с Францией в 1806–07 гг. вступил в бой с пятью кораблями.
