оградила Хевиса непроницаемой стеной. Он постарался, чтобы в этом мире не осталось человека, способного назвать себя его другом.
Птица покачала головой, глядя в пустоту. Хоть всего пару мгновений назад Фуку был в страшном плену, в нем не было ни капли растерянности. Уже спустя пару секунд он встрепенулся и деловито принялся раздавать поручения остальным.
Сам Фуку тоже не сидел без дела. Пройдя по периметру небольшого участка, он повторил несложный ритуал несколько раз, пока вокруг не образовался почти незримый золотистый купол.
Глядя, как остальные уже отправились на поиски пропитания и хвороста, Мал не мог не задержаться.
– Ты применил много заклинаний подряд. Ты в порядке? – участливо поинтересовался парень.
– Хотел бы я ответить, что так, но по правде говоря – я измотан. До похмелья еще есть немного времени. Думаю, я успею скрыть наш лагерь перед тем, как отключусь.
Необычные раскидистые деревья с пухлыми стволами и висящими лианами повиновались воле Фуку, сплетя ветви над головами путников плотный покров из ветвей.
Вернувшиеся с добычей икати с восхищением глядели на естественный навес, с которого свисали толстые лианы и необычные широкие листья.
– Так он не заметит нас с воздуха, – пояснил пернатый. – Вы должны сидеть на месте. Никому не выходить за пределы этого убежища! Это ясно?
Все трое кивнули. Никто не хотел навлечь на остальных гнев всесильного мага.
– Я могу тебя подлечить, пока ты будешь в отключке, – предложил Мал. – Мастер Итсвин научил меня мантре восстановления…
– Не стоит. Я уже применил намного более мощное заклятие. Твоя энергия только замедлит восстановление.
С этими словами ко-то не без труда забрался на одну из ветвей и закрыл глаза. Фуку слегка потряхивало, голова устало опустилась на грудь, а израненные руки повисли плетьми.
Остальные соорудили небольшой лагерь на земле.
Когда все дела были сделаны, все трое опустились на лежанки. До того молчаливый Зам задумчиво поинтересовался.
– Я не могу понять одной вещи, Малбор. Объясни мне, зачем Хевису понадобилось устраивать этот цирк с переодеваниями? Почему бы ему просто не прочесть твои мысли, как он сделал это с моей сестрой?
– Маги с опаской используют подобные заклинания против себе подобных. Есть большая вероятность, что открыв мост, ты потеряешь концентрацию, и противник обратит заклинание против тебя.
– Значит, пока мы не решим вопрос с колдуном, тебе нельзя рассказывать, чем все закончилось, – с грустью заключила Ясмала.
– Да, думаю, это разумно. Я вообще теперь сильно…
– Жалеешь, что решил рассказать мне? – перебила Ясми.
– Вроде того.
– А я не жалею. И не жалею, что решилась пойти с тобой в столицу.
Икати посмотрела на сидящего рядом брата. В глазах Ясми сверкнули слезы радости.
– Осталось только выбраться из этого переплета, – невесело отозвался Замрад. – Как вообще можно противостоять колдуну с бесконечным запасом сил и одному из правителей империи одновременно?
– Будем надеяться, что они сначала схлестнутся между собой, а нам останется разобраться с последним, – неуверенно пожала плечами Ясми.
– Хевис узнал от нас, что Коготь не подозревает о его обещании графу, – покачал головой Малбор. – Может статься, что эти двое найдут общий язык.
– Лиотари права, – послышалось сверху.
Обратив туда свои взгляды, они ахнули от увиденного. Ко-то заметно преобразился, обзаведясь новым оперением. Часть отросших перьев отчего-то приняла красноватый оттенок, а старые зеленые валялись кучкой под его импровизированным насестом. Как и раньше, под глазами и на груди оперение ко-то было черным.
Выглядел Фуку все еще болезненно, но теперь в нем хотя бы без труда можно было узнать исконного обитателя этих мест. Руки теперь гораздо больше напоминали крылья. Блестели ровными рядами маховые перья. Хвост выходил из-под темной мантии красным веером, а два особенно длинных бледно-желтых пера в цвет хохолка выступали значительно сильнее, закручиваясь вверх.
Мастер спланировал с ветки к остальным, дабы те не утруждали себя задиранием голов.
– Дал хитер и весьма практичен. Он способен создать временный альянс, чтобы разбить внешних врагов. После чего уже займется союзниками.
– И что же нам делать?
– Мы должны сыграть неожиданно, непредсказуемо. Нарушить его планы, заставить совершать ошибки.
– И тогда мы сможем его одолеть? – воодушевленно спросила Ясми.
– Одолеть – навряд ли. Ослабить – скорее всего.
– Это все еще не план, – зевнул Зам. – Я тоже могу говорить общими словами. Что конкретно ты предлагаешь?
– Хм… – Задумался Фуку. – Это нам и предстоит обсудить…
***
– Ничего не понимаю, – признался Клык, прослушав длинный рассказ товарища. – Информации все больше и больше, а ответов на вопросы так и нет.
– Это потому что своей головой думать разучился, – заметила Оса. – Хватит ждать, пока тебе все разжуют и в рот положат.
Трещотка устало выдохнул. Неожиданные новости и долгий рассказ весьма его вымотали. Он и сам готов был отдать немалую сумму за то, чтобы ему кто-нибудь объяснил, что происходит. Но в ближайшее время, по-видимому, ему самому придется с этим разбираться.
– А на что мне тогда команда? Моя задача – метко стрелять и выполнять приказы. А думать должен старший.
Взгляды собравшихся снова собрались на бывшем дозорном. В них читались замешательство, растерянность и отпечаток пережитых недавно потрясений.
Королева слегла с тяжелым недомоганием. Даже проверенные целители разводили руками и чесали затылки после осмотров и попыток помочь. Ее ментальная борьба на истощение дала свои печальные плоды. И пусть она выстояла практически до конца, долгое пребывание под заклятием наложило свой след. Она слегла, узнав о побеге Трещотки и смерти Пепла. Ухаживать за ней оставили безногого Искру. Единственного члена команды, оставшегося в столице на время этого задания. Остальные отправились на поиски беглянки.
Когда со Льдом было покончено, Королева очнулась от забытья. Перед тем, как снова впасть в беспамятство, главная успела передать свой приказ во всем слушать Трещотку. Так он стал временным лидером знаменитого отряда. Поэтому, когда его полумертвого нашли вместе с телом Льда в темном переулке, то не мешкая доставили к целителям. Теперь они отсиживались в одном из тайных пристанищ, обдумывая дальнейшую судьбу отряда.
Трещотка уже почти пришел в себя. Он уже успел рассказать остальным, что произошло у Хельги в борделе и что было после. Поведал также и о гнусном колдовстве эльфа, практически сумевшего подчинить Королеву, и о предательстве Пепла.
– Клык отчасти прав, Оса, – подал голос Искра, четвертый и последний участник беседы.
Обычно молчаливый и незаметный, подрывник редко высказывал свое мнение, предпочитая оставаться незамеченным. Однако в редкие моменты, когда он решался высказаться, к его словам прислушивались.
– У каждого в группе есть свои задачи, – продолжил он, уловив удивленный взгляд девушки. – У тебя стрелять, у меня – взрывать,
