его лица были мрачными и застывшими.
— Я навещал своего отца и проверял легенду о Темном Боге Волков и связи Драгана с ней. Все хуже, чем я опасался. У нашей стаи есть старое пророчество: Драган попытается совершить ритуал жертвоприношения безлунной ночью, и если ему это удастся, Темный Бог вернется через семь дней и принесет разрушения в мир живых.
Холодный ветер обдувал мою кожу, хотя воздух был спокоен.
— Сейчас новолуние, — прошептала Сэм.
Джексон кивнул.
— Мы должны остановить его. Сегодня. Мой источник сказал сделать все, что в наших силах, чтобы уничтожить его.
Я с трудом сглотнула.
— Все готово? Ты заставил меня обслуживать столики и бегать марафоны вместо того, чтобы помогать.
Он наклонился ближе.
— Да. Чтобы прочистить тебе мозги после того, что случилось. Чтобы показать тебе, кто ты есть и частью чего ты сейчас являешься. Сегодня вечером нам нужно будет положиться друг на друга. Оружие и боеприпасы достать легко. Доверие — нет.
Я взглянула на волков, загружающих оборудование в грузовики. Лучшие люди Джексона. Некоторых я узнала, других — нет. Все они были подтянутыми и худощавыми и выглядели как профессиональные убийцы.
Моя стая.
Джексон прочистил горло и подошел ближе ко мне и Сэм.
— Это еще не все, — прошептал он. — В пророчестве говорилось, что Драган украдет наших волков.
Черт.
— Когда я разговаривала с Кахановым — я имею в виду Драгана — в Стране Грез, он хотел мою волчицу, — прошипела я.
— И ты чуть не отдала меня ему, — огрызнулась волчица.
Чувство вины терзало меня.
Джексон напрягся, но его голос был спокоен.
— Никому не говори об этом. Об этом знаем только мы трое, и нам нужно, чтобы так и оставалось.
Мы с Сэм кивнули, и Джексон повернулся к грузовикам.
— Нам лучше выдвигаться.
Я последовала за ним.
— Ну, я не уверена, что это поможет, но, как бы то ни было, я провела кое-какое расследование на кладбище Пер-Чейни, пока ждала своей встречи.
Джексон оглянулся на меня через плечо.
— Узнала что-нибудь полезное?
— Возможно? — Я пожала плечами, неуверенная, что вообще может считаться полезным, учитывая, что наш план состоял в том, чтобы сорвать байкерский сбор — но с волшебными местами никогда не знаешь заранее.
— Пер-Чейни был городом-призраком, который был стерт с лица земли в девяностых годах восемнадцатого века дифтерией, или чумой, или, возможно, — я позволила себе небольшую драматическую паузу, — проклятием ведьмы. Легенды гласят, что ее беспокойный дух до сих пор бродит по кладбищу.
Он хмыкнул.
— Люди — варвары. Большинство людей, повешенных как ведьмы, были просто молодыми девушками, которые высказали свое мнение или забеременели.
Слегка опешив, я сказала:
— Да. В историях тоже так говорится, но это как бы менее захватывающе и более удручающе. В любом случае, города больше нет, а кладбище — просто заросшая поляна у черта на куличках.
Добравшись до грузовиков, я подняла брезент, чтобы увидеть штабеля оружия и боеприпасов. Этого было много, хотя я предположила, что большая часть команды будет в волчьей форме. Именно так мы напали на хижину Билли.
В этот момент на стоянку въехали три черных внедорожника с тонированными стеклами. Оборотни натянули брезент на оружие, и Тони медленно вытащил дробовик с заднего сиденья.
Джексон остановился и подождал, пока головной внедорожник затормозит.
Агент Харлоу выпрыгнула со стороны водителя, от нее волнами исходило разочарование.
— Похоже, вы планируете вечеринку. Почему меня не пригласили?
Лицо Джексона не выдавало никаких эмоций.
— Потому что это не так.
Она кивнула на слишком подозрительный брезент в кузове грузовика Джексона.
— Мне казалось, я говорила вам троим, не устраивать больше ничего. Что мы поможем вам поймать Грейлинга, или как он там себя сейчас называет.
— Драган, — сказала я.
Ее напарник с песочного цвета волосами, Макс, и четверо других агентов Ордена выбрались из машин. Я практически почувствовала напряжение в воздухе.
Засунув руки в карманы, Джексон подошел к женщине и свирепо посмотрел вниз с высоты своего огромного роста.
— Байкеры — оборотни или ты забыла об этом? Более того, ты на территории стаи. Не в Мэджик-Сайде, а на нашей земле. Поэтому я предлагаю тебе отойти в сторону и остепениться.
Она стояла на своем, хотя я чувствовала запах ее страха и недоверия.
Волны напряжения прокатились по собравшимся волкам и агентам. Руки были уперты в бока, когти готовы были появится.
— Кажется, я видела этот фильм, — сказала моя волчица. — Спойлер: все умрут.
Тогда пора хвататься за гранату.
— Харлоу! — крикнула я и подбежала, махая рукой, как будто я не была в центре разборок. — Я так рада, что ты решила присоединиться к нам.
Я бросила на нее взгляд и попыталась силой воли вложить свои мысли в ее мозг.
Хочешь поиграть? Делай по-нашему.
Я почти чувствовала, как она сопротивляется мне, но теперь я лучше понимала свое волчье доминирование, поэтому я надавила — широко улыбаясь, со всей уверенностью, на которую была способна.
— Ты позвонила ей? — Голос Джексона был низким и ровным, но я чувствовала скрытую ярость.
Я кивнула, надеясь, что остальные волки не почувствуют ложь, если я не произнесу ее вслух.
— Стая и Мэджик-Сайд в опасности. Ты сказал мне, что нам нужно сделать все, что в наших силах, чтобы свергнуть Драгана. Что ж, к счастью, Харлоу согласилась обеспечить поддержку для нашей операции. Мы будем координировать действия. Таким образом, мы не будем мешать друг другу.
Харлоу изучала выражение моего лица. Она явно не так планировала эту встречу. Я умоляла глазами.
Я предлагаю оливковую ветвь, вот. Возьми ее. Лучшего предложения он тебе не сделает.
Наконец она слегка отступила, и ее плечи расслабились.
— Да, Орден готов координировать нашу операцию со стаей. Но условием является отсутствие жертв. Наша цель — обойтись без кровопролития, подобного тому, что было в коттедже в верхнем Мичигане.
Джексон сжал кулаки. Я знала, что Орден разозлился из-за перестрелки у дома Билли, но сейчас было не время дразнить медведя.
Я спросила Харлоу.
Ты что, издеваешься?
Сверкнула глазами, затем повернулась к Джексону с мольбой в глазах. Мы не могли общаться, как в волчьей форме, но я надеялась, что он мог прочитать выражение моего лица.
Нам нужна любая помощь, которую мы можем получить. Я предлагаю каждому шанс сохранить лицо.
Его челюсть дрогнула, а глаза расширились, как бы говоря:
Мы собираемся обсудить эту невероятную цепочку событий.
Но, наконец, он скрестил руки на груди и повернулся к ожидавшему копу.
— Мы будем принимать решения. Это не просто охота на человека. Мы думаем, Драган пытается призвать бога
