с оборудованием.
Кроме этого, у нас были вода, сухпайки, верёвки, скотч и кое-что по мелочи. Всё продумано: лишнего веса — ни грамма, ибо и так идти было тяжело. Беспилотник же с двумя сбросами был установлен на специальной площадке недалеко от объекта и был готов в любой момент подняться в воздух.
Когда наконец забрезжил рассвет, мы выбрались на более сухое место, где под ногами уже была не зыбкая болотная почва, а крепкая земля. Лес редел, и через ветви робко пробивался первый утренний свет. Птицы ещё не проснулись, лишь изредка перекликались ранние дрозды.
— Вроде выбрались, — выдохнул Сергей, вытирая лоб, когда мы остановились, чтобы перевести дух.
— Ну да. Ещё немного, и будем на позиции, — ответил я.
Вооружены мы были кто чем. Я взял АК, доставшийся от охранников, исходя из того, что то оружие уже давно было проверено и перепроверено бывшими владельцами, наверняка, не один раз. Сергей же, после долгих раздумий, поступил как настоящий профессионал и остановился на трофейной винтовке Маузера.
— С ней я знаком. Не раз на стрельбище из подобной стрелял. А новое оружие — это хорошо, но без пристрелки и досконального изучения использовать опасно. Вдруг что-то пойдёт не так и можно сесть в лужу. Например, в самый важный момент патрон заклинит, или ещё что… Так что нет — пока остановлюсь на знакомой конструкции.
Перед тем как выдвигаться на операцию, обучил Сергея пользоваться портативной рацией. Мы уселись вечером у лампы, и я, положив перед ним устройство, показывал кнопки, объяснял про частоты и переключатели.
— Смотри, — говорил я, — вот здесь включение. Здесь — канал связи. А вот это кнопка передачи, не перепутай: когда говоришь, держишь её зажатой. Лишний раз не зажимай, иначе связь выдаст бессмысленный мусор, незачем эфир засорять. Одним словом, всё просто. Нажимаешь — говоришь. Отпускаешь — слушаешь.
— Понял, — ответил тот и, покрутив устройство в руках, спросил: — А что, если вдруг связь пропадёт по какой-то причине?
— По идее, не должна — батареи новые и будут заряжены. За этим я прослежу. Но если вдруг случится непредвиденное, то тогда действуем, как ранее договорились. Если же обстановка кардинально поменяется, то отменяем нападение, возвращаемся к условленному месту и уже там корректируем новый план. Главное, ты не спеши, не геройствуй и не импровизируй, короче, без самодеятельности. Нам лишние проблемы без надобности. Не поймаем машину сегодня, ничего страшного — займёмся этим делом завтра.
Проводить операцию было решено в три этапа. Сначала нужно было добраться до точки, спрятать телеги и замаскировать следы. Потом, во втором этапе, я должен был поднять беспилотник, провести разведку, найти и определить цель. И уже после этого мы должны были готовить засаду. Согласно тому же плану, если до трёх часов дня цель нами будет не обнаружена, мы возвращаемся на базу, оставив тачки в тайнике, и продолжаем операцию на следующий день, но уже налегке.
Замысел был прост, а потому мы небезосновательно надеялись, что в конце концов это принесёт результат и мы сумеем не только навредить врагу, но и добыть столь нужный нам боезапас.
К десяти утра почти добрались до места. Поход через топи и чащи, да ещё со строительными тачками — то ещё приключение. Усталость сказывалась: ноги гудели, а руки дрожали от натуги.
Но пока отдыхать было не время. Вначале необходимо было спрятать тележки.
Мы бродили вокруг находящегося неподалёку от дороги оврага, пока не наткнулись на старое дерево, под корнями которого зияла большая нора.
— Если чуть расчистить, можно загнать туда, — предложил я.
— Можно, — согласился Сергей. — Это дерево с дороги не видно. Да к тому же тут очень удобный склон, по которому легко можно будет подниматься.
С усилием вкатили обе тачки в укрытие, закидали ветками, сверху набросав мха и листвы.
Я отошёл на десяток шагов и посмотрел на импровизированное укрытие — ничего не видно и резюмировал:
— Сойдёт.
— Даже слишком хорошо, — согласился напарник и хохотнул: — Сами потом не отыщем.
После того как с этим было покончено, выбрали место для засады у обочины. Земля там была относительно сухая, удобная, а за кустами обнаружился небольшой пригорок. Мы расположились с разных сторон дороги. Замаскировались, проверили оружие и связь.
После того, как устроился, надел очки, достал пульт и активировал беспилотник. В его камере отразилось серое небо, в лёгкой дымке.
— Ну, полетели, — прошептал я, запуская дрон.
Винты загудели, машина плавно поднялась вверх и полетела среди верхушек. Я следил за изображением на экране.
— Видишь что-нибудь? Приём! — вскоре спросил Сергей через рацию.
— Пока чисто. Людей нет. Только… — я усмехнулся, — птиц спугнул.
И действительно, камера беспилотника неожиданно зафиксировала взвившуюся над лесом огромную стаю ворон, которая, впрочем, уже очень скоро осталась далеко позади. Дрон набрал максимальную скорость.
Я направил его на восток, туда, где, по идее, в это время должен был появиться нужный нам грузовик, который я ранее заприметил. Этот транспорт все два дня наблюдения по два-три раза в день совершал поездки между городом и деревней Давыдкино. При этом всякий раз возил он тяжёлые деревянные ящики, очень смахивающие на военные. Вот его-то мы и решили взять.
Однако сегодня что-то пошло не так. Видеокамера беспилотника, которая уже должна была бы его зафиксировать, ничего не обнаружила — дорога оказалась пуста.
Пролетел северо-восточнее и осмотрелся там — то же самое — ни дыма, ни пыли, ни движения.
— Похоже, я ошибся, Сергей. Нашей машины нет. Горизонт вообще словно бы вымер. Никого. Приём, — расстроившись, сказал я в рацию.
— Может, по дороге сломался? Мало ли… Или вообще по другому пути поехал? — предположил младший лейтенант.
— Не знаю. Может, конечно. Но пока его не видно…
Снял очки и взглянул на наручные часы.
Стрелки показывали именно то время, когда цель должна была бы подъезжать к лесу, в котором мы и устроили засаду.
Но, увы, все дороги в этом районе оставались пустыми.
— По ходу дела, я зря посчитал разовые поездки за график, — буркнул я, собираясь отправить дрон обратно, чтобы не тратить заряд батарей.
Но тут на горизонте в сероватой дымке показалась крошечная точка.
Я прищурился, приблизил изображение и облегчённо выдохнул.
— А вот и наша пропажа. Нашёлся. Приём, — облегчённо произнёс я в рацию, но через секунду задумчиво хмыкнул. — Только почему-то едет
