академии.
— Вы были в группе перспективных студентов, — возразил он. — Но никакого официального статуса у этой группы не было. Вы просто… занимались дополнительно, и это практика многих учебных заведений, Яросав Иванович.
— А Виктор Иванов? — спросил я. — Его группа? Тоже просто дополнительная подготовка?
Ректор развёл руками и сказал.
— Виктор Иванов — талантливый молодой человек. Он возглавляет одну из групп первокурсников-искателей. У нас теперь такая система — студенты с первого курса проходят практику в зонах. Под наблюдением старших, разумеется.
— С каких пор вами введены подобные изменения?
— С недавних, — сказал он. — Князь Страхов в последний свой приезд выразил озабоченность нехваткой квалифицированных кадров в зонах порталов, и мы пошли навстречу. Решили готовить боевых магов с первого курса, а не ждать, пока они закончат теорию.
— И поэтому первокурсники теперь искатели? — я смотрел на него в упор.
— Именно так, Ярослав. Мы вынуждены адаптироваться к требованиям времени. Порталы становятся всё активнее, существ становится больше. Нам нужны бойцы на передовой, а не теоретики.
Я кивнул, делая вид, что принимаю его объяснения, но внутри всё кипело. НЕНАВИЖУ, КОГДА МНЕ ВРУТ! Да еще и так нагло в лицо, как сейчас.
Я сжал от злости зубы.
— Хорошо, Павел Сергеевич, — сказал я вслух. — Я изучу эти документы, и если понадобится что-то ещё, я вас сам найду.
— Хорошо, — он снова улыбнулся той же дурацкой улыбкой. — Всегда рад сотрудничеству с представителями князя Страхова.
Я встал, взял папки и направился к выходу.
У самой двери я обернулся.
— Павел Сергеевич, а вы не боитесь, что князь узнает правду? О том, что вы скрываете?
Он не изменился в лице.
— Я ничего не скрываю, Ярослав Иванович. Всё, что нужно знать князю, он знает.
В коридоре я задержался на секунду, прижимая папки к грудги. Сейчас я уже намного спокойнее, но раньше я бы сжег бы его кабинет дотла и выбил бы из него правду.
Я было пошёл к лифту, но передумал, решил подняться пешком по лестнице и тут я увидел её. На втором этаже, у окна, стояла Екатерина Витальевна.
Она была одна.
— Екатерина Витальевна, а вы что тут делаете? — позвал я, подходя ближе.
Она резко обернулась.
— Ярослав, — её голос был тихим. — Мы можем поговорить?
Мы свернули в малоиспользуемое крыло и зашли в пустую аудиторию. Дверь была не заперта. Екатерина Витальевна вошла первой, и я следом.
— Зачем ты вернулся, Ярослав? — спросила она, поворачиваясь ко мне лицом. — Зачем? Я думала, ты ушёл навсегда! В Москве, при деле, ты был в безопасности, а тут…
— Я вернулся только по поручению князя Страхова, — ответил я. — Вы знаете.
— Знаю, — кивнула она. — И именно поэтому говорю тебе: лучше бы ты не приезжал.
— Почему?
Она подошла к окну задвинув шторы.
— Потому что здесь не всё так просто, как кажется. Ректор…
— Что ректор?
Она замолчала.
— Скажите, что тут происходит? — сказал я. — Я сильнее, чем кажусь, и помогу вам!
— Тебе надо срочно уехать… Павел Сергеевич теперь не на твоей стороне…
— А вы? — спросил я. — Вы на чьей стороне?
Она развернулась и вышла, оставив меня в пыльной аудитории.
«Алиса?» — позвал я.
«Я здесь».
«Что это было?»
«Не знаю, Ярик, но она боится. Сильно боится».
Я постоял ещё минуту, глядя на закрытую дверь.
Вечер тянулся медленно. Я вернулся в свою гостевую комнату, разобрал папки с отчётами, но вникать в них не было сил и желания. Мысли разбегались.
— Да что же тут, мать твою, происходит… — прошептал я.
За окном стемнело. Первые звезды появились на небе рядом с полной луной. Я уже начал засыпать, когда услышал тихий стук в дверь.
Тук-тук.
Я сел на кровати, насторожился.
— Кто там? — спросил негромко.
Тишина.
Потом снова стук.
Я подошёл к двери, приоткрыл. На пороге стояла Анжелика.
Она стояла в коридоре, босиком, в одной ночной рубашке, белой, тонкой, почти прозрачной. Волосы распущены, глаза блестели при свете ламп.
— Пустишь меня? — тихо спросила она.
Я отступил в сторону. Она скользнула внутрь и я, убедившись, что никого нет, закрыл дверь.
— Как ты узнала, где я? — спросил я, прислонившись к косяку.
— Меня перенесла сюда любовь, её не останавливают стены, — промурчала француженка.
Она подошла ко мне вплотную. Запах её духов, что-то цветочное, нежное, с нотками ванили, ударил в нос.
— Ты же сильно рискуешь приходя сюда ночью в таком виде. Зачем? — спросил я.
— Соскучилась, — ответила она и потянулась к моим губам.
Поцелуй был долгим и страстным. Рубашка скользнула вниз.
— Я скучала, Ярослав, — прошептала она мне в губы. — Очень.
— Я тоже, — сказал я. — Больше, чем ты думаешь!
Я взял её за тонкую руку и повел к кровати.
* * *
Потом мы лежали в темноте, накинув одеяло. Я смотрел в потолок, она на меня, положив голову мне на грудь.
— Ты изменился… — сказала она тихо.
— В каком смысле?
— Чувствуется, что тебя что-то сильно тревожит… Только вот я не могу понять, что…
— Не обращай внимание, просто у меня много работы — усмехнулся я.
Я не мог сказать ей правду. Это бы ставило её под удар, но кому еще мне рассказать всё, если не ей?
— Анжелика, — начал я. — Ты знаешь, что князь Страхов отправил меня сюда не просто так. Верно?
— Что за вопросы, Ярослав? Конечно знаю, ты же сам нам говорил, что приехал с проверкой.
— Да, но вот только это не вся правда. Он хочет, чтобы я следил за ректором, а вернее за порталами в зоне.
Она нахмурилась.
— Следил? Ты что теперь шпион Страховых? Такая у тебя должность?
— Нет, конечно. Просто в империи кое-что происходит, и если это случится на территории академии, мне надо будет срочно действовать.
— Что именно? — с удивлением спросила Анжелика.
— Не могу сказать. — я провёл рукой по её волосам. — Не потому, что не хочу, а потому что не имею права. Если я расскажу, это поставит под угрозу не только меня, но и тебя, да и вообще и всех вас.
— А если я сама узнаю? — спросила она.
— Ну в таком случае, я расскажу тебе всё, что знаю. Только вот это маловероятно. — ответил я ей поцеловал её в щеку.
Она помолчала, а потом прошептала:
— Ты правда беспокоишься обо мне? Ты боишься меня потерять?
— Единственное, чего я боюсь на свете — что с тобой может что-то случится…
— Это мило. — Она поцеловала меня в щёку. — Тогда доверяй мне, хотя бы иногда.
— Постараюсь. — сказал я.
Мы лежали в тишине, слушая, как за окном шумит ветер.
— А помнишь, как мы
