на внеземной арене
Позор и глупость сотен поколений!
Сонет
Библия нам говорит, что свирепого Сеннахирима
Выгнали ангелы… «Мыши! – так утверждал Геродот. —
Столько укусов за ночь – это, знаете, невыносимо.
Хватка ослабла его – точно оттепель скушала лёд!»
Ангелы Света призвали – это готов утверждать я! —
Маленьких семь челюстей – и они потрудились не зря!
С тайною помощью ангелов выгнали малые братья
Гордых собой ассирийцев и их с бородою царя.
Разве чужой так поступит? Всесилье Своё умаляя,
Нежность явил Он, не гром – это ли жест чужака?
Здесь пребывал Он, покуда звучала молитва простая.
Двинув могучей рукой, мирозданье подправил слегка.
В долготерпенье Своём – нас, детей недостойных, любя —
Он приближается к нам, ослабляя, смиряя Себя!
А смысл?
(Против слишком большого числа сочинителей научной фантастики)
Так для чего нас увели
За сто парсеков от земли,
Воздвигнув (главное размер?)
Империи меж звёздных сфер,
Где отыскать нам суждено
Всем надоевшее давно —
Чем примитивней, тем верней:
Любовь, шпионы и злодей —
Такое б рассказать могли
Любые уголки земли?
Зачем я должен бросить дом,
Оставить мир, где мы живём,
Пройти сквозь тысячи ворот,
Где Неземное увлечёт
Мечтами, страха посильней,
Пронзительной красой своей,
И тайной, где – я сердцем знал! —
Лежит начало всех начал,
Что, кажется, прочёл насквозь —
Оно же мимо пронеслось?
Руины
Я рад – простая мысль! – что знать тебя пришлось.
Я сроду не имел святой, высокой цели.
Но жду – я, эгоист, самовлюблён насквозь —
Чтоб ты и Бог меня преобразить сумели.
Забвенье и успех – души моей состав,
Я идол сам себе. Подобно попугаю,
Тираду о любви торжественно начав,
Отвешу пару фраз – и тут же умолкаю.
Ты столько лет была мостом меж двух времён,
Однажды у него разрушилась основа…
Гигант над пропастью в руины обращён,
Отрезан путь назад – и я изгнанник снова.
Благословенна ты – и груда тех камней:
Всего, что я имел, такая боль ценней.
Метеорит
Среди холмов метеорит
Лежит, огромный, мхом застелен…
Ветрами смят, дождём залит,
Он гладок стал на вид и зелен.
Земля легко сокрыть смогла
След звёздной копоти и сажи,
Устроив лунного посла
Деталью в девственном пейзаже.
Не странно то, что мы нашли
В земных объятьях камень пленный —
Ведь каждый элемент Земли
Пришёл к нам из глубин Вселенной.
Мир небом был века назад…
Из солнца части все отлиты?
Звезды ль неведомой распад
Толкнул их к нам с другой орбиты?
И капли Рая, пав сюда,
Выходит, притаились где-то…
И всюду – он сокрыт всегда —
След давний радости и света!
Супер-Бродяга
Вильям Генри Дэйвис (1871–1940)
Уильям Генри Дэйвис – поэт и писатель из Уэльса. Несмотря на то что значительную часть своей жизни Дэйвис бродяжничал по Великобритании и США, он смог стать одним из самых популярных поэтов своего времени.
Дэвис родился в 3 июля 1871 году в Ньюпорте, Уэльс, рядом с оживлённым портом. У него был старший брат, Фрэнсис Гомер Боз, который немного отставал в развитии, а в 1874 году на свет появилась младшая сестра Дейвиса Матильда. В ноябре 1874 года, когда Вильяму было всего три года, его отец умер. В следующем году его мать Мэри Энн Дэвис повторно вышла замуж и стала миссис Джозеф Хилл. Она решила поручить уход за тремя детьми родителям её бывшего мужа, Френсису и Лидии Дэйвис, которым принадлежала находившаяся неподалёку гостиница «Церковный Дом». Дед Дэйвиса, Франциск Боз Дэйвис, родом из Корнуолла, был капитаном дальнего плавания. Дэйвис был в родстве со знаменитым британским актёром сэром Генри Ирвингом.
Бабушка Вильяма принадлежала к деноминации баптистов и была более строгой и религиозной, чем её муж.
В 1883 году будущий поэт перешёл в Александрийскую дорожную школу, и в следующем же году был арестован как член банды из пяти одноклассников по обвинению в краже сумки. Ему присудили двенадцать ударов розгами.
В 1885 году, в возрасте 14 лет, Дэвис написал своё первое стихотворение под названием «Смерть».
Он посещал школу до 14 лет, и вынужден был её оставить, чтобы ухаживать за умирающим дедушкой. После смерти деда он стал обучаться ремеслу создания рамок для картин и фотографий, одновременно продолжая обучение в вечерней школе. В возрасте 22 лет, с небольшим наследством, он сел на корабль, идущий в Нью-Йорк, и провёл следующие шесть лет поездным бродягой, избороздив всю территорию Соединённых Штатов и Канады, поддерживая себя случайными подработками и попрошайничеством.
Появлялся он и в Англии – в этот период он пересёк Атлантику по крайней мере семь раз, подрабатывая на судах, перевозивших крупный рогатый скот.
Поворотный момент в жизни Дэйвиса наступил, когда после недели бродяжничества по Лондону он прочитал в газете заметку о несметных богатствах, которые приносит искателям Клондайк. Он тут же отправился в путь, чтобы сколотить состояние в Канаде.
Пытаясь в компании с другим бродягой, Трёхпалым Джеком, на ходу прыгнуть в грузовой поезд на станции Ренфрю, Онтарио, 20 марта 1899 года, он потерял равновесие, и его правая нога была раздавлена колёсами поезда. Впоследствии ногу пришлось ампутировать ниже колена, и он после этого всю жизнь носил деревянный протез. Биографы Дэвиса сходятся во мнении, что значение этого трагического события огромно, что именно потеря ноги привела Дэйвиса к тому, что он стал профессиональным поэтом – хотя сам Дэйвис не считал эту историю краеугольным моментом своей будущей поэтической карьеры, и был не согласен, что она так много значила для него, как для поэта, говоря прежде всего о том, что из-за трагического происшествия он стал беспомощным калекой.
Так или иначе, после потери ноги
